В некотором царстве, некотором государстве жила была Чародейка искусница. Уж и чудеса она творила – краше да изящнее и придумать-то невозможно. Сначала она радовалась, как ребенок каждому новому чуду, каждой порожденной ею звездочке, что появлялись искрами сердца, ослепительным свечением кристалликов глаз или чудом возникали прямо из ее маленьких ладошек, образами фантазии ума. Но со временем, повзрослев немного, стала она смотреть на все чудеса, как на обыденную, хотя и приятную работу. Чародейка искрилась и танцевала… но как бы по инерции своего волшебства… Даже возгласы счастливчиков, кому она посылала божественные знамения, волшебные совпадения и откровения, не могли вновь зажечь в ней тот огонь, что пылал раньше в душе. Солнце ее сердца чуть-чуть потускнело и уподобилось привычному солнышку… Вот так именно и образовались в царстве-государстве подобные нашей Земле планеты. Все они двигались по единому Закону... Чародейка давала планетам имена и отпускала на волю вольную для самостоятельной жизни...

когда-то так она прозвучала для меня

ОСТРОВИТЯНЕ

...Чтоб остров видеть, нужно с острова уйти,
Чтоб вспомнить прошлое, вглядеться нужно все же,
И чтоб узнать, на что душа твоя похожа,
Так надо в духе цветом мысли расцвести...

((()))

Пусть резюме покажется простым,
И пусть не каждый в нем увидит больше,
Ствол дерева… с годами станет толще,
Сюжет же остается молодым.

((()))

Так велико различье жизни одного
Из человеческого общества и всех,
Но много больше все ж различие помех,
Что нам мешают видеть сущности всего...

А жизнь построена подобьем образца,
Столь очевидного в понятии одних,
И столь открытого по мнению других,
Но не разгаданного все же до конца.

Тот образец подвержен Времени теченью,
И распадается на множество иных,
Таких же правильных образчиков благих.
Но люди знают лишь фрагментов назначенье...

И неизменно те значения находят,
Что ожидают... а не те, что существуют
На самом деле.
Вот о них и повествуют
Седые сказки, что из Вечности восходят...

*****

Когда ты хлеб печешь, зачем о производстве
Муки иль соли постоянно поминать?
Следи за Временем, как преданная мать
Растит ребенка, и в любви, и в благородстве...

*****

Суфийской ниточкой, но собственной иглою
Я постараюсь вышивать по образцу
Прекрасной притчи с уваженьем к мудрецу
Аль-Газали, что разговор ведет со мною...

А мы дальше и дальше... за новой сказкой отправимся в путь...

Доступно только для пользователей ..напомню, картинки мои интерактивны..

Песчаным берегом он шел, а с ним Господь
Молчаньем вечности дарил ему крыла...

Картины прошлого открылись - тяжесть, мгла,
Печаль и два следа, где так страдала плоть...

И только в радости следов как не бывало -
Полет на крылиях! Но вот он увидал
Не два следа, а лишь один, где погибал:
Судьба показывала метку от кинжала...

Тогда он к Господу с вопросом: - Где был Ты?
И почему меня оставил в смертный час?
Я нес тебя из мрака вечной суеты,
Чтоб ты увидел все событья без прикрас...

..в гости...

Считали... тридцать девять текстов было,
И все в стихах, про этого слона!
А вот сороковой я сотворила.
Как эхо слов Руми, как пра-волна...

Мне Идрис Шах поведал притчу эту...
А, может, рассказал сам Санайи?
Откуда сей сюжет, и где те дни,
В которых появился слон вне света?

((()))

В сарае темном слон стоял теперь...
В стране, где не слыхали о слонах.
Молва о чуде - чудо в головах!
Но как увидеть, коль закрыта дверь?

Один смельчак нашел какой-то лаз,
И с выгодою стал водить туда
Желающих развлечься без труда…
И вот какой уж вышел пересказ:

- На ощупь этот слон... ну, как бревно,
Хоть теплое, шершавое. Стоит
Как будто неподвижно, но сопит!
- Да нет! Ты говоришь совсем не то!

Я тоже щупал. Слон как опахало,
Огромное, чуть влажное, живое,
И в воздухе парит оно, в покое...
И будто звуки слышит, иль слыхало...

- Глупцы! - Вмешался третий человек.
- С ума вы посходили! Слон - труба,
Подвижная, вся в кольцах, не груба,
Ест пищу и засасывает хлеб!

- Я тоже прикасался, слон - диван.
Он кожаный, огромный, вертикальный.
- А я сказал бы - он нетривиальный.
Сравнить нельзя ни с чем. Слова - обман!

((()))

Неведением все мненья рождены,
Но каждый судит смело о другом,
Ему понятным словом, языком.
А к Истине слепы.... и видят сны,

Коль зрения духовного в них нет,
То мир воспринимают как слона,
Где каждый видит часть, а не сполна...
Но ясно видит тот, кто видит свет.

- А если б были свечи, при свечах
Сумели бы побольше рассмотреть?
- Что пользы жить на ощупь да скорбеть...
При свете же нужды нет и в речах.

ЛЕВ В ПЛЕНУ

...вход

Однажды лев пробрался в хлев к быку
И съел его, насытившись до лени.
Затем уснул, забывшись на боку.
В плену не видно солнца, темны тени…

Пришел хозяин, в хлеве темнота…
И нежно шерсть погладил у питомца.
А лев подумал: - Он сошел с ума!
Наверно, в темноте не видит солнца.

Возможно он от страха бы… сгорел!
Глупец, я - царь зверей, любимец бога! -
Хозяин… не услышал, не сумел.
И дверь забил покрепче у порога.

((()))

Любой из нас, достигши славы льва,
Не должен до отвала наедаться,
И спать в хлеву. Звучит в веках молва:
Нам жизнь дана, чтоб жить, преображаться.

Если человек осознал, что находится не в том потоке, где хотел бы быть, что он может предпринять? Как можно изменить течение реки? Поставив запруду. Как иначе? Сделав отвод воды вниз в нужном направлении. При этом в случае духовного потока отвод «воды» будет направлен ввысь. Как иначе? Так, как рассказывается в суфийской притче «Поток»…

ПОТОК

Эхо Абд аль-Афифи (1870 г.)

Поток, пройдя свой длинный Путь,
В горах, долинах протекая,
Преград не ведая, заснуть
Себе на миг не позволяя...

Достиг песков пустыни.
Здесь... вода в песок вся уходила.
И свой напор могучий весь
Он утерял, растратив силу.

Но вспять Поток не потечет,
Преодолеть пустыню нужно.
Судьба его вперед влечет.
Пустыне зов его был чуждым.

Он вновь стремится с быстротой,
Препятствий и преград не зная,
Усилить свой былой напор,
В песок… всю силу зарывая…

И тщетно... Как же быть ему?
Но вдруг Пустыни голос тихий
Заговорил: - Я не пойму...
Ведь ты Поток! А не безликий!

Так не достигнешь своего,
Твой прошлый опыт не поможет...
Но выход есть, и есть звено,
Что самого тебя умножит.

Способен Ветер пересечь
Пустыни гордые просторы,
И суть твою собой извлечь
Для жизни, выкинь с жизнью споры.

- Я не могу, - Поток сказал.
И Ветер не течет, летит он.
Ты хочешь, чтоб я потерял
Единство вод, теченьем слитым?

Я, испаряясь, превращусь
Лишь в Пар и цельность потеряю!
- Да ты себя не распознал, -
Пустыни голос отвечает.

Ты называешься лишь тем,
Чем кажешься себе сегодня,
Глаза не видят перемен
В душе незримой, благородной.

И ты не знаешь часть чего
В тебе сейчас здесь основная.
Вода Потока твоего
Была ведь Паром... Я - то знаю!

Поток услышал… и томленье,
И вера обожгли всего
И, погасив все самомненье,
Он ожил вновь. Вот мысль его:

- Ты победил мою гордыню!
К Тебе иду я на поклон.
Молю Тебя, спаси, помилуй.
Прошу, открой мне свой Закон.

Поток так к Ветру обратился,
Свое неверие забыв...
И тут же в Пар он превратился,
Всю силу духом воскресив.

Подобным образом можно изменять сознание, ведь только оно способно вырастить материальный истинный райский сад для просветленного Человека – Бога. Такой человек уже не ожидает многие годы, пока вырастут деревья и дадут плоды. Он сам есть плод и причина для будущих садов… Такой человек вечен. Но путь становления вечного человека бесконечен, в этом и состоит великая Игра Бога в Иллюзион Вечности.

Первые шаги в направление к своему просветлению человек делает, приобретая опыт жизни и учась у других людей. Поскольку других людей огромное количество, то лучше присмотреться и выбрать лучших, тех, чьи имена помнит Время… Поскольку опыт жизни у каждого разный, то возможности реализовать себя неповторимым образом есть у каждого!

Из «Этики» Пифагора

Любовь к прекрасному вся в знаниях и нравах.
Учись любить благопристойное в оправах.
Оправа к камню драгоценному - суть польза.
Необходимое - ограда, но не роза…

В удаче нечто есть божественное, знай,
Но направление свое все ж проверяй.
Бывает, выбор наугад - все удается,
А преднамеренный - судьба дерзит, смеется.

Удача в том, с какой натурой ты родился:
Есть - что врожденное, а есть - чего добился.

ПЕРВОНАЧАЛЬНОЕ СОВЕРШЕНСТВО

Он был округлым, мягким, желтым, а движенья
Его нескладны были. Жаден. Есть хотел!
Желанье главное в себе уж он имел:
Достичь такого, без желаний, положенья,

В котором не было б нужды бежать и есть!
Хотел быть гладким, ровным, просто гармоничным
Всему вокруг! И он не ведал, что обычным
Цыпленком был. Хотел яйцом стать! Эка весть…

ВЫБОР

Коль по привычке выбираешь, а не сам,
То это все-таки, пора признать, обман!

ВЫСШИЕ ПРИНЦИПЫ

Жил некогда надменный эгоист
Узнавший, что плохое можно скрыть,
А вредные привычки обелить.
Зови их по-иному - будешь чист.

Он принял вид того, кто практикует
Мораль и достиженье совершенства.
И сам поверил в это, вот блаженство,
К тому же, ум нисколько не рискует…

Да стал к своим собратьям придираться,
Решив, что улучшает их мораль,
И дарит то, что все ценили встарь.
Так сам себе он мудрым стал казаться.

А люди с уважением и опаской
К нему уж относились, полагая,
Что сила управляет им святая,
Стыдились пред ним, его оглаской.

И высшие из принципов культуры
Они в его речах уж отмечали,
И Этикой публично величали
Его статьи, опорою структуры.

Болезнью изошел сей морализм,
Но не было лекарства от него,
От массового вируса… А что
Случается, известно – плюрализм.

Болезнь души болезнью тела стала.
Аппендикс воспалился у пророка.
К врачам не обращался же до срока
Больной, хотя болезнь и возрастала.

Он, важностью своею одержимый,
Желал лишь наилучшего врача.
И в поисках такого, сгоряча
Отправился он в путь, неутомимый.

Но всякий раз, когда врача встречал,
Он все не доверял и сомневался,
Что лучший изо всех с ним оказался…
И в каждом недостатки отмечал.

Но вот, настал тяжелый самый час,
Когда без операции нельзя…
А рядом лишь мясник, его семья.
Животным помогал он много раз,

Но все его старания не впрок!
Так умер выдающийся святой,
Считавшийся законною главой.
Но, может быть, все выдумка, урок?

ТОЧКА ЗРЕНИЯ

Саади из Шираза утверждает
В своем «Бустане» мысль миниатюрой:
Ученый, встретив складного фигурой,
Красивого собрата, вопрошает:

- Ты кто? - а тот с улыбкой: - Дьявол я!
- Но этого не может просто быть!
Ведь дьявол безобразен, что таить!
- Моим клеветникам ты веришь зря!

Однажды слон, что был немало умудрен,
Ловцом искусным, прочной сетью был пленен.
И продан в рабство для услуг и для забавы,
Да увезен из мест родных он был в дубравы.

Тоска ж по Индии жила в его мечтах,
Просторы милые являлися во снах.
Он вспоминал весенний ветер и листву
Нежнейшей зелени платанов… наяву,

Ручьи бегущие, звучащие вдали,
И гиацинты, как на празднике земли.
Он слышал птиц на все лады звучащий хор
И тростниковый неумолчный разговор,

Он вспоминал благоуханные ветра
И круг друзей своих, с утра и до утра.
А все ж работал, как положено слону:
Был такелажником и клоуном в миру.

И продолжалось это долго, очень долго,
Стал забывать он край родной цветного шелка.
И вдруг, однажды, он увидел яркий сон,
Как будто светом озаренья светит он,

И в отражении невидимых зеркал
Он сотоварищей внезапно распознал!
Да к ним рванулся изо всех, что было сил,
И тем желанием он смерч в себя впустил!

Да все оковы, стены, сети раскидал!
И непонятно как… на Родину попал.
Не так ли души наши в тяжести земной
Все вспоминают, вспоминают дом родной.

И видят в снах и наяву его дары.
Суфийский символ - слон дозоревой поры.

Еще добавлю, что осел… не помышляет
О дальней Индии, и время… не теряет…

Посвящается Ивану Дикусар
http://iabsogodov.narod.ru/ - сайт участник нашего проекта
Доступно только для пользователей

Все, что ради других, это в помощь себе.
Сознаем и растем, путь нелегкий верша.
Просто все наши «мы» - зеркала по судьбе,
В витражах отражаются мысль и душа.
Помогая другим, к свету движемся мы,
В одиночку пройти этот путь невозможно.
Так дари только лучшие миру плоды,
В зеркалах бытия Бога встретить не сложно…

ИСТОРИЯ МОДЖУДА

Эхо Фармади (1078 г.)

Жил некогда, в обычном городке,
Обычный мелкий служащий Моджуд.
И дни бы он окончил налегке
Инспектором Весов и Мер, но тут...
Случись, ему идти через сады,
Где древние постройки возвышались.
Тут Хидр лучом с незримой высоты явился перед ним...
Так повстречались...
Обычный человек и Проводник,
Таинственный суфийский посвященный.
- Оставь свою работу, - молвил гид, -
Спустя три дня встречай меня, влеченный...
Блестящих перспектив изведай Путь.

Затем, исчез, как будто небывало.
В смятении Моджуд не мог уснуть,

И только утро щедрое настало...
Явился он к начальнику, сказал,
Что место службы тотчас оставляет,
И каждый, кто об этом услыхал,
Подумал - в нем безумие играет.

Но так, как кандидатов нет числа,
То очень быстро все о нем забыли.
И сам уж он подумал, что с ума...
Сошел, но все ж явился, как просили...

Тут встретил снова Хидр его, сказав:
- Сорви свою одежду и бросайся
В поток, - затем, минуту помолчав,
Добавил: - Ничего не опасайся!
Тебя, возможно, кто-нибудь спасет…

И сделал так Моджуд, но удивился
На это все... Куда его несет...
И плыл, пока рыбак не появился.

- Глупец, смотри, течение сильно!
Что делать ты пытаешься, бедняга?
- Не знаю я, - ответил он на то.
И вышел из воды через корягу...

- Посмотрим, что же сделать для тебя,
Останься в моей хижине, покуда.
И сделал так Моджуд, в трудах горя…
Полгода. А была ли в том заслуга?

Вот вновь явился Хидр, на этот раз
В ногах кровати, молвил:
- Поднимайся, уйди от рыбака, сокройся с глаз.
Ты будешь обеспечен. Собирайся.

Моджуд, одетый так же, как рыбак,
Все шел и шел, пока не посветлело.
И вот - торговый путь, и вот чудак -
Крестьянин на осле:
- Ты ищешь дело?

Итак, он стал трудиться у него,
И выучился множеству ремесел,
И с пользой обоюдною прошло
Две долгие зимы и пара весен...

Но снова Хидр велел ему идти
В старинный город Мосул для торговли...
Чтоб кожей торговать и обрести
Богатство. И забыть о рыбной ловле.

И там Моджуд три года мирно жил,
Скопил и денег на покупку дома,
Как снова гид суфийский посетил,
И вымолвил с порога очень строго:

- Отдай мне сбережения свои. Иди до Самарканда,
Путь далекий. Работай бакалейщиком и жди...

На этом Хидр закончил. И нелегкий...

Моджуд проделал Путь. И стал собой...

Да знаки озаренья проявились.
Больных он исцелял одной рукой.
Глаза Моджуда мудростью светились...

Церковники пришли, ученый люд,
Философы вопросы задавали:
Скажи, где ты учился, боголюб,
Каким Путем ты шел, и что вначале?

- Об этом очень трудно рассказать.
Был служащим, затем оставил это...
И все, что я успела описать,
Сказал и он канвой сего сюжета.

- Рассказ твой не пролил ответов свет...
На чудные таланты и уменье
Любому дать полезнейший совет.
И все же мы опять, в недоуменье.

Биографы, как водится всегда,
Раскрасили фантазией все факты.
Святого Путь простому не чета!
А жаждущие ждут на поле жатвы...
Должна быть жизнь святого такова,
Как хочется читателям рассказа.
Реальна в сей истории - канва.
Но каждый ожидает час приказа...

Рассказ суфийский вас не развлечет.
Он нужен для глубоких размышлений.
И тот в Пути свой посох обретет,
Кто чашу поднесет для поучений...

Продолжу притчи - эхо Идриса Шаха

УСТРИЦА

Лежавшая открытою, без дела,
На донном, мшистом камне океана,
Она вдруг ощутила «сном органа»
Звучащую жемчужину на теле…

И устрица закрыла тотчас створки…
Жемчужина упала в щель у дна,
Среди камней придонных не видна,
Так спряталась в укромной, темной норке.

Ценой своих усилий преогромных
Та устрица извлечь ее сумела!
На листик положила, все для дела:
Она ловцов боялась устриц скромных,

И знала, жемчуга лишь ищут люди.
- Вот взятка, что меня предохранит!
Подумала она, - мой ум не спит.
Жемчужина сияет, как на блюде!

Вот рядом и ныряльщик, цель ясна…
Его глаза лишь ракушки искали.
А руки эту устрицу забрали.
Темно, уж такова реальность дна…

Жемчужина куда-то укатилась.
Ловец доставил устриц для стола,
В которых нет жемчужин. Такова
Цена того, что с устрицей случилось…

Жемчужину и ныне не нашли,
Хотя она звучит, порой, без цели.
А, может быть, на некоем пределе
Поет, как воды жизни, о любви.

О, педант! О, воинственный Вита,
Мудрецов почитавший умом,
Бездну знаний просеяв сквозь сито,
Ты с Основой своей не знаком...

*****

Совершенного Мастера ищет
Некий Вита среди мудрецов,
В запредельных теориях рыщет,
На гробницах умерших отцов...

Сомневаясь и снова дерзая,
Находя и теряя впотьмах,
Неприятием всех удивляя,
Он однажды нашел имя - Шах!

Слово - мудрое, действие - цельно,
Совершенность во всем и всегда.
Суть сияет в очах беспредельно.
Идрис Шах, как живая вода...

И воинственный Вита колена
Преклонил, и остался у ног...
Совершенного Мастера...
Плена испросил, ученичества срок.

- Да, действительно, - Мастер ответил, -
Так меня называют в миру...
Совершенного Мастера встретил
Умный Вита, но... я не могу,

Не приму я того, кто желает
Ученичество в плен превратить.
Ученик совершенный не знает,
Кто его пожелает учить...

*****

О, воинственный, умный мой Вита!
Ты просеял старательно все...
С отрубями пшеницу сквозь сито,
Не заметив в нем сердце свое...

Слово формой живой удивляет
И ответною мыслью кипит.
Идрис Шах не умом покоряет -
Целым, Сутью всех Вита живит...

Путник со своей семьёй пересекал пустыню. Изнемогая от жажды они, наконец, добрались до колодца. Перед тем, как зачерпнуть из него воды, путнику внутренний голос сказал, что вода в этом колодце отравлена. Но просьбы жены и детей были так настойчивы, что он поддался уговорам, позволив им напиться. Не успел он зачерпнуть последний сосуд, чтобы напиться самому, как увидел, что вся его семья мертва. Тогда он взмолился Богу с просьбой вернуть ему умерших близких. Он плакал и негодовал о такой нелепой смерти, удивлялся, как такое могло случиться.

И тогда он услышал голос с Небес:

— Я верну тебе твою семью, если ты ответишь на вопрос: что на свете является самым удивительным?

Путник подумал немного и ответил:

— Самая удивительная вещь на свете — когда умирающий плачет над умершим. Те, кто каждую минуту сами могут умереть плачут над теми, кто уже умер, как если бы их слёзы возымели действие: то ли оживили бы мёртвого, то ли предотвратили бы их собственную смерть, а в жизни поступают так, как будто сами не умрут никогда.

Семье путника была возвращена жизнь.

***

Буду благодарна, если кто-либо захочет обсудить сюжет и скрытый смысл данной притчи.

Другие, более древние притчи о Колодце
на Волшебном острове Эхо