Пятница, 2024-06-21, 2:26 AM
О проекте Регистрация Вход
Hello, Странник ГалактикиRSS

Храмы Ковчега! Вход День Сказочника! Вход
Авторы Проекты Ковчега Сказки КовчегаБиблиотекаГостям• [ Ваши темы Новые сообщения · Правила •Поиск•]

  • Страница 1 из 2
  • 1
  • 2
  • »
Модератор форума: bragi  
Родной дом 2. Купальские приключения
bragiДата: Пятница, 2022-03-11, 3:23 PM | Сообщение # 1
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 1303
Статус: Offline
Купальские приключения (Николина Вальд) / Проза.ру (proza.ru)
Родной дом 2. Купальские приключения


Купальские приключения

Николина Вальд

С О Д Е Р Ж А Н И Е

1. Банник
2. Домовой.
3. Купальница
4. О чём рассказала старая ольха
5. Бедовый Кешка.
6. Баба Гаша и петух.
7. Цвет папоротника
8. Лесное приключение
9. Тетяся
10.Ульяна Криворучка
11.Колобок
12.Тимошка


Сообщение отредактировал bragi - Вторник, 2022-03-22, 5:40 PM
 
bragiДата: Пятница, 2022-03-11, 3:25 PM | Сообщение # 2
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 1303
Статус: Offline
Банник (Николина Вальд) / Проза.ру (proza.ru)

Банник

Николина Вальд

В русской баньке жаркой с запахом духмяным
Славно отдыхаешь телом и душой
Веником похлещешь спину и румяным
Выпьешь кваса пенного – на душе покой!

Только знайте меру – парить до угару
Тело не старайся. Житель банных мест,
В баньке обитая, может с пылу-жару
Кипятком ошпарить, выразив протест.

У него за каменкой личные хоромы,
Может и под полоком время коротать,
Листьями от веника облеплён. И голым
Выйдя к нарушителю, может покарать.

Средь дворовых духов самый вредный, право,
И по слухам сильный, хоть и невелик.
С локоток. Выходит, крепкий и бывалый,
Соблюдёт порядок в неразумный миг.

Хлеб ржаной нарезав и куском хорошим,
Солью припорошив, сытно угостим,
Чтобы банник добрый позабыл о прошлом,
Вволю дал расслабиться, постращав, простил.

Отгремели троицкие праздники, и отплясали у костра молодёжные хороводы. Приближались три самых длинных дня в году 21, 22 и 23 июня, а с ними и их праздники: Аграфены-Купальницы  и Ивана Купалы. Елизавета Сергеевна решила познакомить своих внуков с этими народными обычаями.
За огородом стояла старая заброшенная банька, построенная ещё её покойными  мужем  Матвеем  и  отцом.  Её  сын Фёдор с невесткой Людмилой проживали в городе Одессе в достатке и им удалось провести к дому своей матери в деревне природный газ и установить АГВ. Однако мать упросила их оставить, на всякий случай, старую печку с трубой.
– Ну, зачем тебе эта старая печь? Уж не собралась ли  ты,  мать,  на  старости  лет  на метле через трубу на рождественские праздники  вылетать,  как  гоголевская  Солоха? – пошутил сын. – «Колдовать» было всегда привилегией нашего покойного отца.
– А где же будет наш Домовой жить, он, ведь, тебя ещё в люльке по ночам качал, когда ты своим плачем спать нам не давал? – отвечала шуткой на шутку Елизавета Сергеевна.
Конечно, отопление дома в зимнее время – большое дело для пожилого человека, так  как на старости лет Елизавете Сергеевне нелегко было одной возиться с дровами и печкой. Теперь же она могла спокойно  готовить  на  газовой  плите  и  купаться  в  сидячей ванне, поливая себя струёй тёплой воды из  душа. Эх, однако ж, непросто пожилым людям расстаться со старыми вещами и привычным укладом жизни!
А бывшая банька служила теперь чем-то вроде дополнительного подсобного  поме -щения. В ней  Елизавета  Сергеевна хранила отслужившие уже давно вещи такие, как велосипеды сына, начинающую приходить в негодность  лодку, на которой  он  со  своим отцом когда-то добирались к месту рыбалки, бывшие миски, медные побитые тазы с вмятинами,  вальки  для  стирки белья и даже одна дубовая кадка петровских времён,  потерявшие уже их назначение в наше время, но хранимые как память о прошлом со всеми пережитыми радостями  и  горестями.  Кто  знает,  может, когда-то  весь этот инвентарь займёт своё место в каком-то местном  краеведческом  музее.  В  прялке  тоже не было необходимости, и она также хранилась в бывшей баньке.
– Дорогие  мои внуки, завтра праздник Аграфены-Купальницы. Его тоже надо  отметить, как полагается. Так что приглашайте своих друзей, расчистим нашу старую  баньку и встретим самый «душистый» день в году.
– У-р-р-а!!! – в один голос воскликнули внуки.
Появившиеся их деревенские  приятели Вовка, Гришка и Колька вместе с  Игорьком  отправились в баньку, чтобы её расчистить и весь инвентарь перенести в сарай рядом, а бабушка с Кристиной пошли на чердак готовить  травы,  которые полагалось разложить в баньке на полу, а также приготовить банные веники из собранных в лесу  и  оврагах  в прошлом  году  в  этот  же  праздник и сложенных в букеты трав: чабреца, папоротника, Иван-да-Марьи, ромашки,  лютика, полыни и пахучей мяты. Считалось,  что  Аграфена-Купальница блюдёт здоровье и телесную чистоту. Поэтому, завтра с утра,  когда   начинается её праздник, нужно в первую очередь в баньке попариться, а потом уже идти  собирать травы и коренья.
Но,  конечно,  дети  есть  дети. Вначале они старательно работали, чтобы побыстрее всё очистить и дать возможность  бабушке  с  Кристиной по завершении работы всё помыть,  подмести  и  разложить  на  полу  и  полках  травы. Но под конец работы Игорёк, вспомнив прочитанные книги о рыцарях, пиратах, приключениях Короля Артура и Властелине  Колец,  начал  рассказывать  эпизоды  своим  друзьям. А потом, разыгравшись, одел себе на голову медное ведро, вообразив его забралом, взял  в  левую  руку крышку
от этого ведра, представляя её своим рыцарским щитом, а в правую – деревянный кол с железным наконечником.
– Чёрный викинг, я вызываю вас на поединок! – закричал Игорёк, обращаясь  к  Вовке,  который  тоже  облачился  в похожие доспехи, и бросил ему старую перчатку, которая, повидимому, служила в своё время прихваткой.
– Красный викинг, я принимаю  вызов! – крикнул  в  ответ Вовка,  поймав  перчатку.
– Мои отважные воины! – обратился он к Гришке и Кольке. – Слушайте меня! Если паду в бою, сражайтесь после меня!
После поединка они стали играть в пиратов, как будто начисто забыв, зачем  пришли в баньку. Поднялся шум от летящих  на пол тазов и вёдер, послышался  свист,  грохот и соответствующие  выражения из современных фильмов для детей, которые с  невероятной лёгкостью запоминались детьми:
– Карамба-а-а! Полундра! Семь футов под килем! Кишки спущу!  Зубы вирву!  Пасть порву! Моргала выколю! – орали  разгоряченные  «пираты». – Вперёд  за  сокровищами капитана Флинта!..
– Немедленно прекратите! – пробовала  успокоить  прибежавшая  на шум бабушка из предбанника, – выходите во двор и играйте, а в бане не шумят!
Но  разыгравшиеся  «Джентельмены удачи» не слышали бабушкиных криков и дви -гали по полу старую лодку, на которую повесили обнаруженную в бане чёрную тряпку, и на которой не хватало только белого черепа и костей. Но такой «Весёлый Роджер» тоже подходил на первое время за неимением лучшего, и наши пираты запели:

Готовь к атаке экипаж, пора идти на абордаж,
Даруй удачу нам в бою, «Весёлый Роджер»!

Рыжику с Персеем  эта игра тоже пришлась по вкусу,  и  проворный  Рыжик прыгал по полкам, сбрасывая на  пол  то,  что  когда-то называлось мыльницами и мочалками, а разгорячённый  Персей  мчался за  ним по полу, подхватывая всё то, что сбрасывал расшалившийся  Рыжик  на  пол,  и  даже пробовал на зуб. Дети есть дети, будь они детьми человеческими или звериными.
Внезапно, Персей испуганно  заскулил, а Рыжик так распушился, словно перед  ним оказался  огромный  бульдог. И в эту же самую секунду крики стихли, и из бани выскочили  перепуганные, белее стены, «пираты» и кинулись к Трезору, словно за  ними  гнались настоящие пираты. А за ними мчались их перепуганные «младшие братья».
– Господи Иисусе! – вскрикнула бабушка и перекрестилась. – Да что же это им  привиделось?
А наши «викинги-пираты»  сидели  около  Трезора  и  тряслись от страха. У Рыжика шерсть стояла дыбом, а Персей, прижавшись к Трезору,  дрожал мелкой дрожью и тихо поскуливал. Трезор пытался их успокоить, облизывая своим шершавым  языком  то  одного, то другого своего воспитанника.
Что же случилось в бане? Когда голоса не в меру расшалившихся ребят достигли такой высокой  ноты,  что  вот-вот лопнут барабанные перепонки, из-за заслонки, которая закрывала печь,  отодвинув  небольшую  дубовую  кадку,  поддерживающую  заслонку, вылез крошечный лохматый старикашка, одетый в старые  листья, повидимому, отвалившиеся от старых банных веников. Волосы его были взлохмачены и  свисали  огромными  паклями ниже  плеч, нечёсаная борода доходила почти до колен, а руки и шея были  покрыты густыми волосами, напоминавшими старую шерсть. Зыркнув на  наших  нарушителей спокойствия своими полыхавшими звериным блеском огненными глазами, обрамлёнными густыми чёрными ресницами под косматыми  бровями,  этот  «мужичёк  с  ноготок, борода с локоток» показал им свой волосатый кулак, с зажатым  в  нём  огромным  камнем, явно намереваясь запустить им в «Джентельменов удачи». Быстро, как по команде, побросав свои «рыцарские доспехи», наши герои, остолбенев на минуту и  покрывшись холодным потом, выскочили из бани и помчались прочь, только пятки засверкали.
– Так, с  вами  всё ясно, – сказала,  казалось, нисколько не  удивившись бабушка.
– Я вас просила в бане не шуметь? Вы меня не послушали, вот Банник и разозлился.
– А кто такой Банник? – спросила внучка, – Он что, действительно,  собирался  бросить в них камень?
– Банник – это хозяин бани, также как и домовой в доме. Живёт  он  за  выложенной из камня  печью или под полоком. Но в отличии от домового он считается  вредоносным существом. «Банник – человеку не товарищ!» – говорят в  народе.  Если  человек  в  бане  нарушает нормы поведения, то он может над ним  злостно подшутить и даже задушить.  В  бане нельзя шуметь,  сквернословить,  торопить  друг  друга,  купаться  после  захода солнца и в полночь. Теперь вот повсеместно имеются больницы, роддома, а раньше  лечились и детей рожали в банях. Так Банник мог даже ребёнка подменить, если мать  оставит в бане ребёнка на долгое время, заругается или проклянёт под горячую руку.
В святки к Баннику обращались девушки во время гаданий  и  совали  руку  в  дымник. Если Банник прикоснётся мохнатой лапой – значит богатый жених будет,  если безволосой – то бедный.
Поговаривали люди, что у Банника  есть  шапка-невидимка, которую он раз в год  в пасхальную неделю кладёт сушить на печь-каменку. Украв её,  можно  стать  колдуном. Однако добыть её очень трудно. Если схватишь и добежишь до церкви – она твоя. Если хозяин догонит, то отнимет, а тебя задушит.
А  ещё  говорят – у  него есть рубль неразменный. Нужно в полночь бросить в баню спеленатую чёрную кошку и сказать:
– На тебе ребёнка, дай мне беспереводный целковый!
А после этого выбежать из бани и трижды себя крестом осенить.
– Лизавета  Сергевна,  а   кто-нибудь  это  делал? И  получил  что-нибудь от  Банника? – спросил Вовка.
– Это всё в народе говорят. Я на своём веку никого не знаю, кто бы решился на  это. С  нежитью шутки плохи – задушить может. А можно и в психушку потом попасть. Бесплатный  сыр – в мышеловке. Вы же знаете тётку Клавдию, которая в святки гадала  около зеркала и ведра с водой. Суженого в зеркало увидеть хотела. А чем всё  закончилось? Повернулась, и получила удар  копытом по  глазу.  В  таких  случаях  синяк  остаётся  до тех пор, пока она не выйдет замуж за того, чьё отражение в зеркале видела. Это отражение показывает стоящая за спиной нечисть.  Нужно  было  ей  кричать  «Чур меня!», а не головой к нечисти  поворачиваться. А могла бы и, вообще,  задушить!  Потом с переляку бедная гадальщица в психушке оказалась!
– Нет, я  больше  в  баню  не  зайду, лучше  в доме под душем буду мыться! – твёрдо сказал Игорёк.
– А я пойду туда завтра с бабушкой. Банник хоть и вредный,  но  справедливый – порядок любит. Мы с бабушкой шуметь и беситься не будем, и он нас не тронет.
– Ну, ты  же у  нас всегда  была  мечтательницей – «маркиза  ди  Пимпадур»  или  же какая-то «Пиатье», или, как её там ещё, – съязвил братик.
– Не Пимпадур, а де Помпадур, а Диана де Пуатье была графиней. А  тебе бы только по чердакам лазить и старушек пугать! – огрызнулась Кристина.
– А кто забыл, как с нами по чердакам гонял, когда мы в войну с ребятами играли? А вспомни, когда сама со своими одноклассниками в подъезде войну устраивала, и  друг  в друга  кидались  земляными комьями? Кого тогда баба Глаша за руку схватила и притащила к нашей маме жаловаться? А потом что было?
– А что было? – спросила бабушка.
– Расскажи нам, если интересно.
– Да, так. Мамы дома не было, а мы с ребятами из нашего 6-Б  класса  номер  прикольный разрабатывали.  На нас были костюмы чертей из магазина приколов, и мы мешали растворы, чтобы получить  что-то  вроде  взрывов  с грохотом и дымом. Дверь мы не заперли, а баба Глаша, которую все соседи называют «старая ведьма», ворвалась с  криками и угрозами. А у нас тогда раствор как бабахнет! Грохот - и полная квартира дыму!  Бабка,  увидев  перед  собой  трёх чумазых чертей и адское пламя, перепугалась и начала пятится к двери, а я прыгнул вперёд и говорю:
– Зажилась ты бабка на этом  свете, соседям жить не даёшь, кляузы на них строчишь, мыльный порошок в борщ на коммунальной кухне  сыпишь,  к  детям  постоянно  цепляешься. Бог  от  тебя отказался – ему не нужны такие вредные старухи. Так что, собирайся с нами в пекло, шашлык из тебя будем делать!
– Как тебе не стыдно так на старую женщину говорить! – возмутилась бабушка.
– А  так  про  неё  все  соседи  во дворе говорят, что она жить никому не даёт ни в своей коммуналке, ни во дворе. Ну, вот  бабка  тогда вскрикнула и от испуга без сознания на пол грохнулась! Мы сами перепугались. В это время мама из магазина  пришла.  Нам  велела всё тщательно вымыть,  чтоб  и  следов  не осталось, а сама  вместе  с Кристиной бабку начали откачивать. А когда та очнулась, сказали, что понятия не имеют, что с ней произошло, потом  домой её отвели. После этого две недели все соседи  отдыхали. Баба Глаша сидела дома, а дочь её, тётя Ира, ей продукты приносила. Соседи по  коммунальной квартире, как узнали в чём дело, так торт огромный нам притащили  на радостях! И попросили, чтобы  мы с ребятами свой прикол повторили. Смеху было!.. А теперь, чуть что, ей кричат:
– Цыть, бабка! Черти близко, придут и заберут тебя к себе!
А она, в самом деле, до того вредная была, что даже участковый  милиционер  говорил соседям:
– Вас много, и вы  «перевоспитать» не можете? У меня уже от жалоб на неё и от неё, сил  нет!
– А не хочешь ли ты, Игорёк, сказать, что Банник  страшнее  бабы  Глаши? – съехидничала  Кристина.
– А  я  Банника  не побоюсь и пойду завтра вместе с бабушкой утром париться, а ты купайся в сидячей ванне и поливай себя душем! Скучище!..
– Вот что, дорогие внуки, довольно сориться, – сказала бабушка. – Идите с  друзьями гулять, а завтра будет видно. А я пока сама всё уберу и примирю всех с Банником.
– Бабушка, я с тобой останусь! Я тебе помогу в бане уборку делать.
– Да только не забудь  потом  Банника  к нам в Одессу в гости пригласить, будем его чаем с пирожками угощать и на бабу Глашу натравим! – крикнул Игорёк, выбегая с ребятами за калитку.
Кристина не  оставшись  в  долгу  показала  ему язык и кулак. Баню они с бабушкой привели  в  порядок.  Разложили по полкам весь разбросанный инвентарь, на пол постелили  травы, в углу поставили веники. Около заслонки бабушка положила кусок ржаного хлеба, густо посыпанного солью:
– Поешь,  Байнушко,  на  здоровье,  нам  попариться  завтра  разреши  и внуков моих больше не пугай – не смышлёные они ещё!
Но Банник больше никому не показывался.


Сообщение отредактировал bragi - Пятница, 2022-03-11, 3:27 PM
 
bragiДата: Пятница, 2022-03-11, 3:28 PM | Сообщение # 3
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 1303
Статус: Offline
Домовой (Николина Вальд) / Проза.ру (proza.ru)

Домовой

Николина Вальд

Он – седой старичок,
Борода с локоток.
Средь лошадок живёт,
Им косички плетёт.

В  эту  ночь  Кристине  не спалось,  и она ворочалась с боку на бок. Завтра с утра  бабушка собиралась пойти с ними в лес собирать травы. Начинался праздник Аграфены-Купальницы. «Аграфена – лютые коренья!» – как  говорили  ещё в народе. В этот день нечистая сила  собирается  на свои  гулянья,  портит скотину и над людьми любит потешиться. К окнам  летит  нетопырь,  и  лесовик  из чащи выбирается поглядеть на человеческое житьё-бытьё. Вот потому-то бабушка, как принято, поставила на окнах в баночках с водой веточки  липы, чтобы нечисть в дом не лезла. Бабушка  рассказывала,  что в купальские дни  деревья  между собой разговаривают на языке, понятным только древним волхвам в языческие времена. А в наше цивилизованное время эта способность практически утеряна.
Ну, как тут уснёшь!  Жаль,  что  отказалась перед сном выпить чай из трав. Бабушка смешивает  мелиссу,  чабрец,  душицу, ромашку и заливает крутым кипятком. А вместо сахара кладёт в чай ложку мёда, который  бабушкины пчёлы собирают. В этом году она отнесла ульи на гречневое поле. А какой у неё мёд вкусный! Бабушка  говорит,  что мёд разный бывает как по вкусу, так и по цвету: цветочный,  липовый,  лесной, а в этот раз она ещё и гречневый соберёт!
Вдруг, неизвестно почему, Рыжик вскочил и потянулся. Наверное, ему надоело,  что она постоянно ворочается с боку на бок и «маленькому ребёнку» не даёт спать.
– Мыр-р-р! – недовольно муркнул Рыжик и  спрыгнул на пол. – Пойду поищу другое место. То меня Банником пугали, то веник показали, а теперь спать не дают!
Проворочавшись  с  боку  на бок  не  менее  часа,  Кристина, наконец-то, заснула, но  тут её разбудили какие-то  непонятные  звуки.  Приоткрыв  сонные  глаза,  она  увидела  летающие  по  комнате её домашние тапки,  а Рыжик, как сумасшедший, гоняет по ком-нате  с другим котёнком, такого же рыжего цвета, только цвета не такого яркого, а с серовато-тусклым оттенком. И взгляд его был не игривым, как у котят, а как у взрослого  кота  и  даже  чем-то  на  человеческий смахивал. С пола на стул, потом на стол – вот уже Кристинины вещи – шортики  и футболочка летят со стула на пол. А её бантики и заколки  с мягкими фигурками заменяли маленьким разбойникам  футбольный мяч. Сейчас  полетит  на  пол  ваза! Но – чудо! Чужой котёнок её ловко огибает. Хочется закрыть глаза и спать, но они не повинуются. Откуда взялся чужой котёнок? Может это всё снится? Но вот оба нашаливших ребёнка прыгают к ней на кровать. Рыжик укладывается  в ногах, а его товарищ пристраивается  на  подушке  прямо над её головой и начинает копаться у неё в волосах, что-то тихо мурлыча себе под нос.
– Эй, ты! Кто такой? Откуда взялся? – спросила Кристина сонным голосом.
– А  я тут уже давно живу, с тех самых пор как дедушка Матвей выстроил здесь своё  жилище и  меня  пригласил  в нём жить. Раньше я на конюшне жил.  А  дело  было  так: дедушке  Матвею на  работу надо было рано ехать, один, ведь, на три села работал, и он упросил  председателя  дать  ему  для  служебного  пользования коня Орлика. А так как Орлик  был  моим  любимцем, я не мог оставить его одного, хотя дедушке Матвею полностью мог довериться. Вот так я и переехал в новый дом жить! Да, заодно не только за Орликом, но и за  другими  домашними  животными  присматриваю.  Кстати,  лисиц  да хорьков  не  одни  Трезор  с Пиратом гоняли. Без моей помощи  они бы одни не справились.
– А кто ты такой? – спросила Кристина испуганно, – неужели Банник?
– Нет, я не Банник, я – Домовой. Вообще-то, как только вы, люди, нас не
называете: нежить, нелюдь, нечисть...  Банник – мой дальний родственник. Но мы с ним  не  шибко  дружим. Вредный он больно, а я нет. Если хозяева добрые, то я для них первый помощник и защитник. Вот когда  твой батько маленьким был,  и  бабушка  валилась  ночью  с ног от усталости, а Федька продолжал дальше кричать – разрываться, то я всегда приходил на помощь: укачивал плачуна в люльке и песни ему колыбельные пел. А сейчас  цыплят  и  утят  няньчу,  коль детей в доме нет. Да вот ещё с Рыжиком по ночам в салочки играем. Я ведь не каждому показываюсь, а только тому, кто мне понравится.
Дедушка Матвей меня  не  раз видел. А над бабушкой вашей  я иногда и подшутить любил.  Как  соберётся что-то готовить, глядь - а соли на полочке нет! Она срочно в магазин  бежит  или у соседки одалживает. А на следующий день соль на своём месте оказывается! А однажды перед Рождеством Христовым я её кухонный передник на люстру повесил.  Она  злится,  а  дедушка  Матвей хохочет, а потом ставит на ночь около печки тарелочку с пряниками и приговаривает:
– Вот тебе, дедушка, пряники сладенькие, встречай с нами Рождество!
– А зачем ты над людьми подшучиваешь?
– Да, весёлый я больно. Вы, ведь, люди, на этом свете гости, а мы духи существуем с тех пор, как  мир  существует.  Мы путешествуем по всем пространствам и измерениям, можем  растворяться  в воздухе  или материализоваться в живое  существо,  например,  в зверька, как сегодня. А могу и старичком показаться. Жизнь у нас вечная – вот потому и любим веселиться и подшучивать над людьми. А если кого невзлюбим, то покоя пусть не ждут и  побыстрей съезжают с того дома, в котором домовой их невзлюбил, а то можем и погубить.
– Ой, какой ты строгий, дедушка! Зачем так жестоко с людьми обращаешься?
– Какой бы я ни был жестокий, а вы, люди, гораздо более жестокие,  чем  мы, нежити! Ни один хищник и ни одна нежить не  убьёт  живое  существо  без  нужды.  А  люди  бьют зверей на продажу  или  просто  ради  развлечений.  Вот  раньше  нежить  богами считали.  Когда  охотник  в лес входил, то спрашивал у его хозяина, бога Велеса, можно ли зверя убить или дерево срубить. И Велес не возражал, если по надобности было.
Жили в те далёкие времена в добром здравии  особые  люди,  которые  являлись  посредниками между людьми и духами.  Мужчин  волхвами  или  кудесниками  называли. А женщин – посредниц, звали ведуньями и волховицами, и они тоже за порядком следили. Да только не могут люди жить в мире и согласии – скучно  им! Идолов понастругали  и стали для устрашения других кровавые жертвы им приносить, чтобы посильнее напугать и заставить на хитрецов работать. А нам, духам, этих жертв не надобно.
Потом  князь  ваш Владимир на Русь другого бога привёз – Иисуса Христа, а идолов прежних – богов Перуна и Велеса – велел  к  лошадям  привязать  да  плетьми стегать, а потом в Днепре утопить. Бог  новый – очень  добрый  бог, однако не оценили его люди. Сколько  волхвов  и  ведьм  на  костре сожгли за то, что они его не признали! А сколько кровавых  войн  вели, тоже за его веру. И это надоело людям: храмы его разрушили, революции  устроили,  земного  бога себе завели, Ленина. После смерти его тело в мавзолей отнесли и устроили массовое  паломничество к нему. Ну, а теперь и его сбросили с пьедестала. Людям постоянно для подтверждения и права какой-то бог-кумир  нужен, иначе не могут!  Вот теперь,  конечно, снова временно, одни  к  Христу обратились, прощения у него просят, другие о нас, нежитях, вспомнили. И опять нам жертвы  приносят. А зачем нам нужно чьи-то мученья видеть и слышать?  Жили бы по совести или, как говорят, по-человечески. Но мы знаем, что этого никогда  не  случится:  люди  жили,  живут и будут жить всегда по человечьи, то есть по несправедливости, и жестоко убивать друг друга, зверя, природу и саму  Землю-Матушку. Вот теперь скажи, кто более жестокий: нечисть или люди?
– Но ведьмы и колдуны большие злодеи! – пробовала возразить Кристина.
– Эх, девочка, ничего ты не понимаешь в  жизни! –  ответил  ласково Домовой.
– Такой  сильный дар,  которым  волхвы обладали, не всем людям даётся. Они его своим де -тям по наследству передавали. А если  своих  детей  не было, либо недостойны были, то могли и  любому  другому передать, кого посчитают достойным. Дар этот могучий,  кто  им владеет, может нами легко управлять и в узде нас держать! А уж как  воспользоваться этим даром – в добро  или во зло – сами наследники решают. Мы, духи, при их жизни ничего с ними сделать не можем.  А как они мучаются из-за того, что умереть не могут,  пока свой дар достойному человеку не передадут!
Вот когда чёрный  колдун при смерти находится, но умереть не может, ему даже его кровные  дети  боятся  руку  подать, чтобы таким же злым колдуном не стать. А те злые бабки – полуведьмы, которые в нашем селе жили, коров портили, людям зло делали, на -травливали их друг на друга, так то ведьмы скорее по характеру, а не по профессии.
– А волхвы в нашем селе не жили?
– А ты у своей бабушки спроси. Она вам про Порфирьича рассказывала. Он ведь потомок  этих  самых  волхвов и есть. Его дальний предок Христа сразу признал, вот и помощь от него и от Богородицы  получил.  Поэтому избежали они костра и пыток. А сын его Богданко  с вашей бабушкой в детстве дружил. Их в селе женихом и невестой дразнили. Но Порфирьич  решил, что  нельзя  своему сыну такой дар отдавать. Шалопай он был большой: всё село от его шалостей стонало. А нам, по правде говоря,  весело  было,  даже вместе с ним иногда пошалить  любили.  Вот  отец  его, умирая, свой дар дедушке Матвею передал и на вашей бабушке велел жениться. А дед ваш, в свою  очередь,  отдал свой дар его правнучке Анке, которую в селе пулемётчицей  звали.  Тоже  вся  в  своего  деда Богданка пошла, разбойница!
– Дедушка,  а  ты  жену и детишек имеешь? – спросила Кристина, всё больше проникаясь симпатией к этому таинственому старичку.
– Вобще-то, мы, по  большей  части, одиночки, но можем женится на домовихах или кикиморах. Вот  к  нам  недавно  во  двор  одна кикимора красивая заглянула. Так она и мне, и Баннику приглянулась. Вот мы и ждём,  кого она себе выберет. Кикиморы любят хороших хозяек, вот я ей вашу бабушку нахваливаю. Бабушка ваша хозяйка хорошая, на  праздник мне всегда какой-нибудь гостиниц оставит: то пряник, то яичко крашеное, а то просто кашки с маслом и мёдом. Ведь домовые – очень большие  сластёны.  А  Банник её бабушкиной прялкой  к себе приманивает.  Кикиморы – прямо-таки  дети  малые, очень  прялки  любят!  Сядут  по ночам, напрядут чего-нибудь, а потом хозяйка  наутро  ничего разобрать не может, приходится всё расплетать и по-новому   начинать.  Только   сейчас уже прялки в прошлое ушли, никто больше на них не  прядёт.  Поэтому кикиморы все в лес жить перебрались, там им веселее  с  лешаками.  Помогают  птицам  гнёзда вить. А эта молодая – вредная, как вся их порода. Мы с Банником ссоримся из-за  неё,  а она нас только дразнит. То к одному, то к другому в гости бегает. А потом  посмеивается в сторонке, когда мы ссоримся. Вот как у вас есть вредные бабы,  так  и у нас среди нежитей такие попадаются!
Запели первые петухи, встречая  своим  пением  восходящее солнце. Домовой исчез, как  будто его и не было, словно растворился в воздухе. А Кристина открыв свои сонные глаза не могла понять: наяву  это  было  или приснилось всё? Вот бабушка обещала с ней сегодня рано утром по росе походить. Нужно будет у неё спросить, как всё  на  самом деле было. Может быть, приврал немножко дедушка? Любят, ведь, они разыгрывать и мудрить...

Домовой

Было время, предки жили,
домовому говорили:
«Дедушка-суседушка!
Кушай кашу, да избу храни нашу!»

Есть у нас сосед незримый. Деловой!
Охраняет дом хозяйский и очаг.
Этот добрый старичок – наш домовой,
Разбирается в большом и в мелочах.

Домовой за печкой, как известно, к счастью,
Охраняет дом от нечисти залётной,
Наделён, как скажут нынче,  властью,
Но не против  порезвиться беззаботно.

Под покровом ночи тёмной он котом
Обернётся до рассвета. И шалит
Вместе с лучшими друзьями кувырком,
А хозяин не услышит – крепко спит.

Колыбельную споёт детишкам малым,
Успокоит, покачав в тревожной зыбке,
Бросит сена лошадям усталым,
И косички заплетёт с улыбкой.

В полночь сдобу домовому, пирожки,
Медовухи на Кудесы чуть хмельной –
Есть у старого безвредные грешки!
Улыбнётся добрым людям – он же свой!

Лихоманкам, упырям порог заказан –
Домовой отгонит их, стращая,
Исполняя Велеса наказы
От всех напастей хозяина спасает.


Сообщение отредактировал bragi - Пятница, 2022-03-11, 3:29 PM
 
bragiДата: Пятница, 2022-03-11, 11:31 PM | Сообщение # 4
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 1303
Статус: Offline
Купальница (Николина Вальд) / Проза.ру (proza.ru)

Купальница

Николина Вальд

Вот уже пропели первые петухи. Кристина сладко зевнула и повернулась на другой бок. Дети не сильно любят рано вставать. Но сегодня особый день – праздник       Аграфены-Купальницы. С утра нужно в баньке попариться, по росе побегать, а потом с бабушкой в лес собирать травы и коренья. Этот праздник считается женским. Девушки и женщины совершают в этот день ритуальные обходы полей и устраивают в них обрядовые трапезы. В День Аграфены-Купальницы, также открывается сезон купания в реках, сбор трав, сенокос и начинают вязать мётлы и банные веники. Но бабушка уже не будет косить сено как раньше, а купит его у других селян. Игорёк спит без задних ног. Вчера весь день с друзьями пробегал, а Кристина дома с бабушкой осталась. Баньку убрали, травы на полках постелили, веники приготовили из собранных  в прошлом году в этот же праздник тонких берёзовых веток. Да, можно Игорька и не будить, он вчера с друзьями набедокурил в бане, вот Банник им и пригрозил. Но Домовой не такой вредный, как Банник, с ним можно дружить. А что если ему помочь, он же сорится с Банником из-за одной вредной кикиморы. Значит, нужно уговорить бабушку внести в дом старую прялку. Сон у Кристины как рукой сняло, и, быстро вскочив с кровати, наспех накинув свой сарафанчик и шлёпанцы, она побежала в сад. Бабушка уже суетилась в саду. С затопленной баньки поднимался к небу тонкий дымок, а бабушка собирала разложенные на травке простыни и выжимала с них росу в большие бутыли, которые сохранились ещё со старых времён.
– Что внученька, раз уж так рано встала, так скидывай шлёпанцы и потопай по росе, можешь даже скинуть сарафан и покататься по траве, – предложила бабушка. – Я уже самовар поставила, как только из баньки выйдем, чайку попьём.

«Приехала Купаленка на семидесяти тележках,
Привезла нам Купаленка добра и здоровья,
Богатства и почестей».

Пропела бабушка и пошла заниматься своими домашними делами. Скинув шлёпанцы и протопав по мокрой траве дорожку, Кристина пришла в восторг. А затем, сняв сарафан, она легла на землю и начала на спине кататься, приговаривая, как бабушка учила:
– Мать-сыра земля, я – твоё дитя, дай мне силу земную.
–   Мя-мя, – произнёс появившийся Рыжик. – Я тоже хочу с тобой играть.
И принялся ловить Кристину то за косу, то за ноги. Высоко в небе запели ласточки и стрижи, предвещая ясный и солнечный день.
– Тф-тяф, – услышали Кристина с Рыжиком голос Персея, мчавшегося к ним со всех
ног.
Только обжора Тимошка, слегка зевнув в своей деревянной клетке, по всей видимости, пока не слишком спешил на мокрую от росы траву, а решил подождать, пока её высушит солнышко.
– Да ну вас, – отмахнулась Кристина. – Что, ночью опять с домовым по комнате гонял, а теперь мне не даёшь по росе покататься. Играли бы сегодня сами. Приятели помчались играть в пятнашки по всему саду, словно поняли, что сегодня хозяйка чем-то озабочена и ей не до них.
– Му-у-му – замычала Зорька, которую бабушка выводила из хлева, слегка помахивая хворостинкой.
– Иди, иди, Зоренька, – ласково приговаривала бабушка. – Вот уже твои подружки  ждут тебя около ворот, а Степан вас всех на лужок поведёт, свеженькой травки покушаете.
– Внученька, – обратилась бабушка к подходящей Кристине. – Что ты сегодня как не в своей тарелке, озабочена чем-то или ночью плохо спала? Я ведь вижу, что с тобой что-то происходит.
– Бабушка, а кто такие волхвы? – ответила вопросом на вопрос Кристина.
–  Волхвы жили на Руси в дохристианские времена, и служили языческим богам, – ответила бабушка. – Помнишь стих А.С.Пушкина «Песня о вещем Олеге», в котором он описывал такого волхва, который предсказал князю смерть от его коня.
Настоящие волхвы не могли жить среди людей, хотя и рождались от простых смертных. Жили они в лесах, и следили там за порядком. Их дар был тяжёлым крестом, требующим от них полного отрешения от земных забот. Они были прорицателями, целителями, давали советы во время стихийных и общественных бедствий. Все их знания были от Матери-земли, которой они поклонялись. Поэтому они рано утром вставали, умывались росой, ходили до морозов босиком по земле. Могли слышать, как растёт трава, лечили зверей и людей, могли вызвать дождь, и напустить на людей морок. Все они были посредниками между людьми и древними богами. Умереть не могли своей смертью, не передав свой дар своим детям или другим людям, которых считали достойных этого дара. Но с приходом христианства их начали преследовать и сжигать на инквизиторских кострах, и мало их осталось. А с приходом Советской власти последние их представители гибли в застенках ЧК и на архипелаге Гулаг.
– Бабушка, а кто такие знахари и колдуны? – более настойчиво спросила Кристина.
– Это их потомки, которые выжили, если сумели скрыть от наушников свой дар, – ответила бабушка. – Ты только вспомни, как закончила свою жизнь Олеся из рассказа А.И.Куприна. Или французский фильм «Колдунья», в котором играла роль маленькой колдуньи Марина Влади. Вот так тяжела жизнь потомков древних волхвов. Ведь люди в основном злые, завистливые и невежественные. Вот и ненавидят тех, кто их умней и добрей. Этим даром можно воспользоваться и во зло людям, как это делали ведьмы жившие в нашем селе.
А знахарь, это человек от Бога, который владеет этим даром, но использует его только на благо людей. Лечит их, либо снимает порчу, которую на них насылают злые колдуны или ведьмы, используя этот дар во зло для своей собственной наживы.
– Бабушка, а кто такой Богданко? – задала Кристина последний вопрос, который она приберегла напоследок, а хотела больше всего узнать, поэтому и задавала другие вопросы, связанные с этой темой в надежде, что бабушка сама начнёт ей о нём рассказывать.
– Какого Богданко ты имеешь ввиду? – спросила бабушка, явно озадаченная им и тоже попыталась ответить вопросом на вопрос, а потом дать самой ответ. – Богдана Хмельницкого, или шестилетнего сына Марина Мнишек от её второго мужа Лжедмитрия II? После восхождения на престол первого Романова шестилетнего сына Марины Мнишек повесили, как ненужного претендента на престол. А сама Марина Мнишек ушла в монастырь с горя. Всегда в истории  так было и будет. Новая власть, чтобы закрепить за собой больше прав, уничтожает всех своих бывших конкурентов и их соратников.
– Нет, бабушка, – ответила Кристина, которая поняла, что нужно задать свой вопрос напрямую, а не вилять вокруг да около. – Богданко, который был сыном знахаря Порфирьича, и которого все в селе твоим женихом называли.
– Ах, вот он что! – воскликнула бабушка, вся изменившись в лице, чуть покраснев, словно в детские годы, когда самой попадало во время своих детских проказ, на которые Богданко был большой мастер. – Кто тебе про него рассказал, он уже давно в могиле почил, когда твоего отца ещё в помине не было.
Но, вдруг, внимание бабушки привлекла малюсенькая косичка, сплетённая на голове Кристины её новым ночным другом. Дедушка домовой был на эти косички большой мастак. Правда их совершенно нельзя было ни расчесать, ни расплести и поэтому приходилось их просто отрезать. Но все знали, если на голове косичка, то домовой благоволит к жильцу. А если синяки, да ушибы наутро, то или с дома съезжай или ищи пути примирения, которые очень трудно было найти.
– Ах, вот оно что, – воскликнула бабушка. – Опять старый сплетник семейные тайны рассказывает. Ну, погоди, вот принесу сегодня из лесу крапивы да полыни и выкурю обоих из дому. Мне тут только кикиморы не хватает!
Если бы бабушка обладала даром волхвов, которые могли видеть духов, то её, наверное, рассмешили бы происходящие в доме события. Кикимора, очередной раз издеваясь над обоими «кавалерами», принарядившись, собралась в лес.
– Скучно мне с вами обоими, – улыбаясь себе в кулачок, сообщила им «красавица», – пойду-ка я обратно в лес. С лешаками да грибниками намного веселее. Пойду им мухоморчиков наварю. Да и сорока моя по мне скучает. А может быть, ещё вернусь к вам.
Банник, временно покинувший затопленную баньку, спокойно доедал приготовленный ему бабушкой кусочек хлебца, густо посыпанный солью, усевшись на оставшихся дровах за банькой. Всем своим видом он хотел показать, что его ничего больше не волнует, даже покинувшая кикимора. А Домовой, усевшись на лавочке около дома, пригорюнился, не желая скрывать свои чувства. Набегавшийся Рыжик прыгнул рядом с ним на лавку и пытался его утешить, тихо напевая свою кошачью песенку, которую мы, люди, называем мурлыканьем.
–  Ко-ко-ко-ко! – услышала Кристина голос Пеструшки, выводящая на прогулку своих малых чад.
– Кристя пошли в баньку! – громко скомандовала бабушка. – Все дела решим потом, день только начался.
В натопленной баньке стоял дивный запах от травы устилавшей пол, и веников, сложенной в прошлом году бабушкой с добавлением в них букетов чабреца,                Ивана-да-Марьи, ромашки, полыни, лютика и пахучей речной мяты, собранной по берегу реки.
– Шампунь и мыло оставь, где взяла, – сказала бабушке Кристине, которая направилась с ними в баньку. – Сегодня в баньке сушёные травы нам всё это заменят.  Будем мыться сушёной полынью и ромашкой. А потом чай с травами попьём.
Конечно любой городской человек, избалованный парфюмерными благами цивилизации, с большим удовольствием окунулся бы в эту экзотику. В то время как любой деревенский мог только помечтать о бассейнах и массажах, которые уже приелись крутым, и теперь последние с удовольствием попарились бы в баньке и посидели потом у костра, на котом пеклась картошка. Что поделать, если так устроен человек, что ему как показал С.Я. Маршак на примере своей избалованной королевы, в пьесе «12 месяцев» на Новый год подавай подснежники, а в разгар лета – сосульки.
Вымыв волосы отваром из сухих трав, бабушка с Кристиной по очереди отхлестали друг друга банными вениками, а потом пополоскались в деревянных ушатах с травяными отварами. Потом обдав себя чистой водой и вытершись полотенцем, сели на деревянные скамейки в предбаннике отдохнуть, вконец разомлевшие от пара  и кипятка. А на столе в предбаннике бабушка приготовила кружки холодненького мятного кваску, которым они с удовольствием насладились после купания.
Кристина после посещения бани уселась на веранде, распустив на солнце свои мокрые волосы, чтобы дать им возможность высохнуть. Но не тут-то было, появившийся Рыжик тут же на них повис, приняв это за очередную игру. Пришлось пойти в дом и воспользоваться феном. А когда волосы были высушены, Кристина заплела их в тугую косу и, скрутив её махровой резинкой, сложила вдвое, чтобы спасти от Рыжика.
Игорёк продолжал спать, явно не разделяя энтузиазма бабушки и сестры по поводу деревенской бани, намереваясь утром воспользоваться услугой домашнего душа.
– Ну что, Криська, пьём чай и пойдём в лес собирать травы, а когда домой придём, тогда и позавтракаем.
И они бодрые после душа направились к калитке. Только Персей недоумевал, что делать. Он хотел было за ними увязаться, но хозяин его спал,  и вставать не собирался. Тогда он пулей кинулся в спальню и начал стаскивать с Игорька одеяло:
– Тяв, тяв! Пора вставать, а то без тебя уйдут! Тяв-тяв.
– Персей дай спать, сонным голосом пролепетал Игорёк, и повернулся на другой бок, укрывшись с головой одеялом.
Но Персей, прыгнув на постель и сунув свою лохматую голову к хозяину под одеяло, принялся лизать его щеки. Тогда Игорёк, вскочив с кровати, вытолкал несносного щенка во двор и закрыл за ним дверь. После этого он снова лёг в постель и сладко заснул. А возмущённый Персей кинулся догонять бабушку с Кристиной.
– Бабушка, посмотри, кто за нами увязался.
– Персей, а ты куда побежал, травы положено собирать только пожилым женщинам и девочкам подросткам, так что быстро домой к своему хозяину и приятелям.
– Тяв, тяв! он меня прогнал, я с вами хочу, тяв, тяв! Я буду вас, тяв-тяв, охранять
– Бабушка не гони его, пусть с нами побегает, он не будет нам сильно мешать
И довольный Персей побежал за ними, изредка отставая, чтобы от нечего делать погонять зазевавшуюся кошку или чью-то прогуливающуюся курицу. А бабушка с Кристиной, обогнув луг, на котором селяне косили сено, свернули в берёзовый лесок.
По дороге бабушка, а за ней следом Кристина скинули свои шлёпанцы и пошли босиком по траве. Трава приятно щекотала с непривычки ногу, но по всему телу разливалось такое непривычно-приятное ощущение, которое чувствуют с детства все крестьянские дети, а для городских – это всё в диковинку.
– Смотри под ноги, а то на колючку наступишь! Вспомни, как поэт из народа Сергей Есенин писал:

«Матушка в Купальницу по лесу ходила
Босая, с подтыками, по росе бродила.
Травы ворожбиные ноги ей кололи,
Плакала, родимая, в купырях от боли»

– Ко дню Аграфены – лютые травы и коренья в соку.
В лесу они сели чуть передохнуть на небольшой пенёк воле старой ольхи. Недалеко от него находился большой муравейник, в котором жили рыжие лесные муравьи. Персей, насторожившись, начал подползать к муравейнику и чуть-чуть рычать.
– Персей, кого ты там нашёл, нельзя в муравейнике копаться. Бабушка сказала, что может вихрь подняться!
Кристина попыталась поймать своего расшалившегося воспитанника. Но оказалось, что его заинтересовал не муравейник, а зелёная ящерица, по всей видимости, караулившая выходивших наружу муравьёв. Ящерица, заметив, что пока она караулит муравьёв, за ней самой начал охотится более крупный «хищник», и, недолго думая, дала прыти, за что недаром получила прозвище прыткая. Персей стремглав кинулся за ней, а Кристина за ним. А бабушка тут же расхохоталась, наблюдая за этой потешной сценкой. Когда Кристина набегавшись за Персеем вернулась к старому месту, то увидала что бабушка прислонилась к старой ольхе и как будто бы с ней разговаривает.
– Бабушка, что ты слышишь? – спросила Кристина, вспомнив, что перед Ивановым днём деревья между собой разговаривают.
– Слушаю сказку, которую мне рассказывает старая ольха. Как домой придём, расскажу, а пока пойдём наломаем нужных нам веток.
И они отправились дальше в лес. Наломав веток берёзы, ольхи, рябины, липы, черёмухи они пошли собирать травы.  Затем, пройдясь по берегу реки и набрав полные охапки нужных трав, состоящие из лютика, мяты, чернобыльника, чабреца, ромашки, братков и наломав веток ивы, бабушка с Кристиной повернули домой.
На следующий день начинался праздник Ивана Предтечи. В этот день проводятся молебны, крёстные ходы по берегам рек и водоёмов. Но в этом празднике прослеживаются и элементы прежнего языческого обряда, посвящённого древнему славянскому языческому божеству Купале. Поэтому праздник называли Иван Купала, совершенно не предполагая, что этим названием совмещают двух несовместимых по своей логике персонажей.
Иван Предтеча – это был не кто иной, как святой Иоанн креститель – пророк, рождённый у пожилой бездетной еврейской пары – священника Захария и его жены Елизаветы. «И многие о его рождении возрадуются, ибо явился пророк и Предтеча пришествия Христова». Поэтому Рождество Иисуса Христа отмечают в зимний солнцеворот, а Рождество Иоанна-Крестителя – в летний. Он крестил первых иудеев, в том числе и самого Иисуса Христа в священных водах реки Иордан.


Сообщение отредактировал bragi - Пятница, 2022-03-11, 11:32 PM
 
bragiДата: Пятница, 2022-03-11, 11:33 PM | Сообщение # 5
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 1303
Статус: Offline
А Купало – был славянский языческий бог плодородия, земных плодов и летнего солнцестояния. Травы в этот день набирали особую силу. Но для каждой травы было своё время отпущено. Часть трав на Иванов день собирали на утренней росе, некоторые только днём или же только ночью. Собирать лекарственные травы мог не каждый, а только тот, кто в них разбирался. А все травы собранные на Купала, сохранялись высушенными в течении года до следующего праздника Ивана Купала, их добавляли понемногу ко всяким лекарственным зельям. А знаменитая ночь накануне Ивана Купалы, когда по поверьям зацветал папоротник, начиналась сегодня.
     Все сломленные в этот день ветки и собранные травы считались чудодейственными, из них заготавливали веники на целый год.
     Вся взрослая часть населения косила траву, собираясь гулять и купаться после полудня и вечером, после сделанной работы. А по берегам речки бегали и плескались дети, за которыми присматривали кое-где их родные бабушки. Свернув к дому, Кристина заметила маленького Васятку, убегавшего от своей бабушки Одарки. А сама бабушка   что-то кричала ему вслед, явно чем-то недовольная. Заметив бабушку с Кристиной Васятка, недолго думая, кинулся к ним, ища у них спасения и защиты. На лбу у него была шишка с царапиной, а за пазухой что-то трепетало.
       – Кинь зараз же оцю гадiсть! – прокричала подбежавшая следом за ним бабушка. – Оциєї бандюгi мені тiлькi у хаті ще немало. Щоб вiн потiм моїх курчаток поїв!
       Что же оказалось, Васятка увидал, как один деревенский довольно взрослый котёнок что-то пытается выудить под кустиком. Подбежав туда, он заметил маленького желторотого сорочонка, который сильно дрожал всем тельцем, а на маленьком тельце чуть оперившегося птенца были следы крови. Недолго думая, после сказок рассказанных бабушкой, Васятка отогнав котёнка, схватил птенчика и положил себе за пазуху, намереваясь забрать его домой и спасти.
       – Васятка, отдай нам птенчика и мы дома его выходим, – предложила бабушка. – А сам, если хочешь, можешь пойти с нами. У тебя он всё равно погибнет или домашняя кошка его съест. А ты будешь к нам приходить в гости и кормить его червяками и личинками, которых ты сам наловишь. А я расскажу вам сегодня много новых сказок, в том числе и про сорочонка, которого звали Кешкой.
       – Ой, спасибi тобi Лiзонька! – приветствовала васяткина бабушка Елизавету Сергеевну по имени.
       – Тяв, тяв! он будет жить у нас, тяв, тяв, – подтвердил Персей и попробовал его лизнуть.
       – Осторожно Персей, он ещё маленький, бери его под свою защиту! – засмеялась Кристина.
       – Ну, до вечера Одарка, вечером мы пойдём опять травы собирать, встретимся – попрощалась бабушка с Одаркой.
       Когда-то они и в школу вместе ходили, и в молодёжных посиделках принимали участие. Но как по-разному у них сложилась жизнь. Потом сыновья их  дружили. А теперь Васятка, как хвостик бегал за Лизыными взрослыми внуками, внимательно прислушиваясь к их словам, и слушая сказки, которые рассказывала их бабушка, что незаметно перешёл с украинского языка на русский. Ведь все дети мгновенно выучивают новый язык во время своих детских игр.
       На пороге дома их встретили Рыжик с Тимошкой, и Персей тут же побежал их приветствовать, по-видимому, рассказывая с прихвасткой о своей прогулке. Бабушка с Кристиной выложили на веранде все собранные травы и ветки. После чего бабушка начала их сортировать, а Кристина с Васяткой побежали будить всё ещё спавшего Игорька.
       – Вставай соня! – весело крикнула Кристина. – А то всю жизнь проспишь. Мы с бабушкой уже трав набрали и нового питомца домой принесли. А я ночью с бабушкиным  Домовым познакомилась, а ты всё спишь и спишь.
   А маленький Васятка посадил испуганного сорочонка Игорьку на постель.
        – Ого теперь у нас свой Кешка будет, – заспанным голосом проговорил Игорёк, протирая руками сонные глаза.
       – Давай вставай и готовь ему жильё, бабушка даст тебе какую-нибудь старую корзину.
  – А что тебе ночью Домовой рассказывал, камнем не грозил как Банник?
       – Да ну тебя, он не злой, с ним можно дружить, готовь жильё для Кешки, расскажу по дороге.
       – Дети завтракать, – крикнула бабушка с веранды. – Давайте птенчика посадим пока в эту корзинку и обработаем ему ранки.
       Пока Игорёк принимал душ, бабушка усадила птенчика в корзину, на дно которой положила сухое сено и осторожно смазала зелёнкой ранки нанесенные ему котёнком, а Кристина с Васяткой пошли накопать около зорькиного стойла дождевых червяков. Когда все процедуры были закончены, они усадили птенчика в корзину и пробовали ему предложить червячка, но птенчик пока не отреагировал. Он был ещё сильно напуган.
       – Дети пойдём пока перекусим и дадим ему отдышаться, – предложила бабушка, – а корзину поставьте на табуретку, чтобы до него Рыжик не добрался.
       Во время завтрака все так увлеклись беседой, что не заметили Рыжика, который, не долго думая, прыгнул в корзину и вместе с ней опрокинулся на пол. Васятка замер, Игорёк пулей кинулся к корзинке и мгновенно схватил птенчика одной рукой, а второй слегка отшлёпал Рыжика, а Кристина от испуга разревелась.
        – Ну, всё тихо, – начала успокаивать бабушка. – Птенчик жив, давайте его поставим в комнату, а Рыжик пусть пока живёт на веранде, не пускайте его в комнату, пока Кешка не поправится.
       Перепуганный новым стрессом птенчик начал открывать свой желторотый клювик, и Игорёк сунул ему в клюв пинцетом, принесенного Васяткой червячка. Бабушка на всякий случай достала из своих запасов корешок валерьянки, и, запарив кусочек, накапала пару капель в стакан с водой и, набрав немножко в пипетку, капнула её содержимое в раскрывшийся клювик. А когда кормление было закончено, его занесли в комнату. И все уселись на веранде собирать в пучки принесенную траву, вязать из неё веники и потом готовые бабушка относила в сарай и вешала на специально прибитые для этого гвозди и жерди.
        – Что у тебя за шишка на лбу? – спросил Игорёк Васятку
   – Да это соседский петух, такой злющий, на всех кидается и клюёт прямо в лоб.
   –  А что, никто не может с ним справиться?
   – Да, говорят, его хозяйка бабка Гашка ведьма, вот и не спорят с ней.
   – Тогда мы сегодня ими обоими займёмся, когда ребята придут.
   – Что вы там задумали? – раздался за спиной голос бабушки.
   – Да нет, ничего особенного, а расскажи лучше нам свои сказки.
       Эй, хозяева, открывайте ворота! – раздался голос их деревенских приятелей, и все трое шмыгнули в калитку.
   – А когда это вы успели столько трав набрать?
        – Пока Игорёк дрыхнул без задних ног, мы с бабушкой в лесу побывали, и старая ольха бабушке одну сказку рассказала, – похвасталась Кристина. – А ещё я ночью с Домовым разговаривала,  а он мне сказал, что у вас в деревне жил один парень Богданко, который любил над всеми подшучивать.
        – Это кто? Тот, который бегал с вороном на плече и вместо собаки волчонка воспитал? – спросил Гришка. – Лизавета Сергевна, расскажите нам про него.
        – Про него расскажу в другой раз, а сейчас послушайте «Сказку старой ольхи» и «Бедовый Кешка». У нас теперь свой птенчик появился и дети его тоже Кешкой прозвали, как того, который жил у их мамы, когда она была васяткиного возраста. – Сказала ребятам старая учительница Елизавета Сергеевна, убирая со стола посуду.
 
bragiДата: Пятница, 2022-03-11, 11:34 PM | Сообщение # 6
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 1303
Статус: Offline
О чём рассказала мне старая ольха (Николина Вальд) / Проза.ру (proza.ru)

О чём рассказала мне старая ольха

Николина Вальд    

 Наступила, наконец, долгожданная Весна-красна. Выехал из зимнего терема на своей колеснице лучезарный Даждьбог – бог весеннего солнца и помчал по лазурному небу на встречу с Живой-весной. Вся природа оживала под его тёплыми лучами.
Один игривый лучик пробежался по лесному муравейнику, стоящему  недалеко  от  старой  ольхи. Небольшой пенёк, спиленной, видимо, на дрова ольхи,  прошлым летом облюбовала молодая муравьиная матка по  имени Индигерда, так как  многочисленные углубления под его корнями как нельзя лучше подходили для начала строительства будущего жилья. Шаг за шагом вместе с появлением на свет её многочисленного  потомства рос муравейник, который в настоящее время достиг двухметрового роста и имел форму сферического конуса.  Этот огромный муравьиный дом скрыл внутри себя весь старый высохший пенёк.
Весёлый солнечный лучик, ласково скользнув по спящему муравейнику, воскликнул:
– Просыпайтесь! Просыпайтесь! Весна пришла!..
Малютка-подснежник немедленно отреагировал  весенней песенкой, окончательно разбудив звонким голоском  всех  обитателей муравейника, досматривающих последние зимние сны. Осенью малые труженики собирались  в  кучу,  чтобы теплее было, и всю зиму спали на дне аккуратного тёплого жилища, в центре которого располагалась их царица-мать Индигерда.
Как только с приходом весны муравьи пробуждаются, то сразу же начинают выполнять свои обязанности.  Их  природный инстинкт, если не сказать разум, не даёт им возможности предаваться ленности и праздности, и они работают до последнего дыхания, пока смерть не оборвёт их короткую жизнь.  Трудно сравнивать организацию жизни муравьиных сообществ с организацией жизни других насекомых, разве что тружениц-пчёл. А как они отчаянно до последней капли крови защищяют своё потомство и жилище от многочисленных и безжалостных врагов!
Муравьиный народ строго разделён по видам выполняемых ими работ. Муравьи-строители после долгой спячки осматривают свой дворец и залатывают в нём дыры. Если дыр не обнаруживают, то старательно  моют  и  чистят свой запылившийся во время зимней спячки дворец. Муравьи-няньки готовят жильё для будущих детей. Муравьи-охотники и воины чистят  своё  оружие,  а  пастухи  проверяют стада «коров» – маленьких тлей, зимующих в зимних яслях, которых они с наступлением весны  выпускают  на близрастущие деревья и цветы,  ревностно  охраняя  их  от  естественных  врагов – комара-красавки и божьей коровки, а также и от соседних муравьёв, готовых  иногда полакомиься тлиным молочком в том случае, если сильно проголодались, а до своих «коров»  ещё много вёрст пути! В муравейниках  также  проживают  гусеницы  мелких  полевых  мотыльков - голубянок.  Муравьи с удовольствием слизывают с их крошечных телец сладковатую жидкость, по вкусу напоминающую молочко тли. Именно за это муравьи  сами предлагают голубянкам снимать жильё в своём гостеприимном доме в течение всего их кукольного периода, одновременно подкармливая их любимыми ими листочками.
На кухне уже дружно кипела работа. Муравьи-повара готовили свой первый весенний пир  из  зимних запасов: на веретелах жарились засушенные мухи и кузнечики, заготовленные ими ещё с осени, из лапок и крылышек получались отменные студни, из собранных осенью  семян  пеклись  всевозможные  пироги, пышки и кулебяки, во внутрь которых искусные  повара укладывали свареное ими повидло из лесных ягод, а из сушёных ароматных  ягод варили сладкие кисели и компоты. К зажаренным мухам и кузнечикам полагался острый  соус из семян медвежьего ушка и одуванчика, также собранных прошлой весной.  А главный повар колдовал над сладким кремом из молочка тли и лесного мёда,  подаренного  им  земляной  пчёлкой Розалиндой, жившей с ними по соседству на лесной опушке. Этот крем главный повар  муравейника  готовил  сам.  Ревностно хранил он секрет этого особого крема, рецепт которого перед смертью передавался только тому поварёнку, которого он лично посчитает  достойным.  А  пока главный повар был ещё бодр и полон сил и готовил его самолично, потому что он предназначался специально для царицы, готовившейся произвести на свет новое поколение муравьёв-тружеников. К тому же она была  неравнодушна к сладкому! Для будущих детей заботливые няньки уже готовили ясли, устилая пол сухим сеном.
Сама  Индигерда  внимательно  наблюдала, как трудились её дети. Рядом  находилась её старшая дочь Альвена,  которая  была  советницей во всех делах. Её главной обязанностью было следить за детскими яслями и относить туда  новорожденных  малышей.  Все  воспитатели боялись её больше самой царицы, зная как ревностно следит она за здоровьем и правильным воспитанием нового поколения.
Проснувшиеся  нахлебники – мелкие пауки-скакуны покидали этот гостеприимный дом, предоставивший им по закону леса на зиму убежище:
– До свидания, дорогие соседи! – слащавым  голоском  прощался с муравьями хитрый паук-скакун по имени Скин. - Большое  вам  спасибо  за  предоставленное  нам  на зиму жильё.
– Уходим быстрее! – торопила его сварливая жена Скина. – Пора  и  нам  о своих детях подумать. Наш  сосед  крестовик  Голиаф,  наверное, уже приготовил себе в ветвях гнездо и сетки для охоты расставил, а ты ещё ни о чём не думаешь!
– Ой, Скина! Его порода  живёт постоянно в одном месте  и  поэтому  плетёт  сети,  а нам,  скакунам,  сетей  не  надо – у  нас  каждый  куст дом! Для нас в жизни главное ловкость лап и быстрый прыжок, и мы всегда будем сыты. Хотя, по правде говоря, нам, всё-таки, труднее приходится:  ловить добычу, нападая на неё с наскока, в то время как Голиаф сидит и ждёт, пока добыча сама попадёт в его сети. Как бы нам в его сеть не по-пасть,  как  это  случилось с моим легкомысленным братом! – философски произнёс Скин, желая всё же  оставить  последнее слово за собой, но получил от своей жены большую затрещину.
Он быстро выскочил из муравейника на поверхность, не желая демонстрировать муравьям  свои  семейные  ссоры, очень часто случающиеся во всех паучьих семействах.
– Видеть  не  могу  этих  негодяев! – проговорила  возмущённая  Альвена. – Сколько наших детей погубило их семейство. Вот и прошлой осенью мой любимый брат Калхас погиб в схватке со Скином. А ведь Калхас был сильным и смелым воином и не раз доказывал это в бою с врагами. Если бы Скин предложил ему честный поединок, то Калхас вышел бы победителем. Но хитрый Скин подстерёг его в засаде и прыгнув ему на спину, вонзил в него свои ядовитые зубы. А когда зима приходит, то всё его семейство невозмутиво является снова к нам в муравейник и просится перезимовать. Ну, почему  мы не можем закрыть перед ними дверь?
– Что поделать, Альвена? Таков закон леса, установленный самим Велесом, и мы не вправе его нарушить.
Сам лес день за днём оживал после зимней спячки. На ветвях деревьев набухали почки, а на солнечной стороне даже появились первые нежные листочки. Синицы и воробьи на деревьях  распевали  свои  весенние мелодии. С юга летели в свой родной лес зяблики, скворцы, тоже желая принять участие в лесном концерте. На ветвях самых высоких деревьев свил гнездо  аист. Дятел своим музыкальным инструментом – мощным клювом репетировал мелодию из какого-то военного марша. Из берлоги  вылез  наружу  самый сильный лесной зверь – дедушка медведь. Щурясь на ярком солнышке он весенним, густым рёвом оповещал лесное население о своём появлении, давая тем самим понять, кто в лесу главный. Услышав эти звуки серые разбойники волки, поджав хвосты, быстро мчались на другой участок леса, понимая, что их зимней власти в лесу пришёл конец, и настала пора уступить дорогу медведю. Больше всего доставалось от неисправимого сластёны муравьям и пчёлам. Старый ворчун непрочь был полакомиться весной за неимением ягод вкусными муравьиными личинками, или же, поломав лесные улья-дупла в старых стволах деревьев, забрать у пчёл остатки мёда, особенно нужного им самим ранней весной. Но мог он и невольно оказать услугу пчёлам и муравьям, слопав на обед парочку другую лесных грызунов, которые тоже воровали у пчёл мёд, и лакомились муравьями и их личинками.
Дед Лесовик, усевшись на высокую сосну, осматривал свои лесные владения, покуривая дубовую трубку, часто запуская в небо лёгкие облачка табачного дыма, словно соревнуясь с небесными облаками самого бога неба – Сварога. Изредка он перебрасывался приветственными словами со своим коллегой старичком-Грибовиком, который очищал от остатков снега свои небольшие участки леса, на которых в летнее время должны будут произрастать грибы. Пока что на этих участках распускались подснежники и за ними фиалки, а рядом с ними уже пробивались маленькие ростки лесных ветрениц. Лесные девы – мавки, проспавшие всю зиму в облюбованных ими деревьях, как всегда весною занялись уборкой леса. По окончании работ, как обычно, лесные обитатели увидят весенние танцы в их исполнении, не уступаюшие своими грациозными движениями танцам порхающих бабочек и стрекоз. По всему лесу был слышен их звонкий и весёлый смех.
А в реке протекала своя жизнь. Дедушка Водяной рубил лёд, сковавший воду на всю зиму. Его русалочки, надев весенние наряды, расчёсывали ряску и очищали своими мягкими щёточками почки кувшинок и кубышек, изредка передразнивая пришедшего медведя, который пришёл попить весенней воды. Эти молодые пересмешницы обрызгали старого ворчуна речной водой, а одна русалочка, что посмелее, попробовала щекотнуть его за пятку. Но Топтыгин только добродушно оскалил пасть, показывая всем своим видом, что не обижается на этих пересмешниц. Их сестрички – полевые русалки  приводили в порядок свои луговые угодья, лежавшие между рекой и лесом. Только болотные кикиморы не переставая ворчали со своих кочек, пытаясь навязать молоденьким русалочкам свою волю. Но водяные красавицы к этому давно привыкли и просто не обращали на них внимания. Им было достаточно наставлений самого Водяного, в подчинении которого они находились. Однако и он, иногда забывая о своей большой власти, хохотал до упаду, как маленький ребёнок, над проделками его подопечных. Только людям иногда было не до смеху от их выходок, и поэтому последние старались не входить без нательного креста в их речные и лесные владения.
Индигерда, как и другие муравьиные царицы, одно за другим производила на свет  новое и новое потомство муравьёв, пополняя ими ряды погибших от естественных врагов. А все рабочие муравьи так ревностно заботились о потомстве, что ни один рабочий муравей не позволял себе ни минуты сидеть без дела.
Муравьиный дворец – сооружение многоэтажное. Верхние этажи расположены над землёй, а нижние – под землёй. В его нижних этажах, расположенных под землёй, было много ходов и выходов. В одних камерах находились кладовые, где хранились запасы еды, в других муравьи выращивали грибы. В самом большом помещении были расположены детские ясли, где лежали  яйца и личинки, безглазые и беспомощные. Специально обученные муравьи-няньки под командованием старшей Альвены их кормили, чистили и переносили с места на место. То они их поднимали на верхний этаж поближе к солнцу, то, наоборот, несли вниз, где по их мнению было попрохладнее в жаркое летнее время. Наверное, у таких нянек не мешало бы постажироваться другим живым существам! В минуту тревоги, угрожающей всему муравьиному царству, в первую очередь муравьи кидались спасать царицу мать и подрастающее поколение.
Но была и ещё одна особая комната, в которой стояло шесть самых больших кроваток. Это была детская комната для трёх наследных принцев и принцесс. Индигерда выбирала их сама, полагаясь на свой материнский инстикт. Они были наследниками. Им предстояло улететь на божью волю и завести свой собственный муравейник подобно этому. Для них были изготовлены большие удобные кроватки, лучшая еда с королевской кухни и много детских игрушек. Остальные же личинки за неимением всего этого вырастали недоразвитыми, неспособными к продолжению рода, но с сильными руками, и должны были стать рабочими муравьями. Так было задумано  матерью природой.
Итак в детской комнате для принцес спокойно подрастали три сестрички Берата, Доротея и Инельга. А напротив стояли три кроватки с принцами: Алкасом, Свеном и Рогдаем. Принцев ждала недолгая жизнь. После свадьбы они умирали, а их жёны-вдовы строили себе свои собственные муравейники. А пока все шесть наследников спокойно посапывали в своих кроватках, обласканые и своими няньками и рабочими муравьями. Последние очень любили после окончания рабочего дня, когда на ночь закрывался на ключ их дворец, прийти в ясли и поиграть с подрастающим поколением. Они приносили им игрушки с верхнего мира, которые они сами для них мастерили в перерывах между основной работой.
Берата и Доротея хорошо кушали и быстро росли на радость всему муравейнику, переговариваясь друг с другом со своих королевских лож. Только Инельда росла медленнее и была очень задумчива. Но она очень любила, когда к ней приходил по вечерам старый пастух Дрон и рассказывал сказки, услышанные им от деревьев, цветов и других насекомых.
– Здравствуй, маленькая Инельда! – привествовал он свою любимицу, – вот сегодня я перескажу тебе сказку, которую мне рассказала серая цикада, прыгнувшая на медвежье ушко недалеко от нашего дворца.
И маленькая Инельга с замиранием сердца слушала все сказки старого Дрона.
– А правильно ли мы сделали, что уложили Инельгу на королевское ложе? – сказала как-то Альвена Индигерде. – Что-то она плохо растёт. Какая же из неё будет продолжательница рода?
– Ну что ты, Альвена. Я мать всего муравейника, и мне лучше знать, кто для этого подходит. Моё материнское сердце никогда меня не подводило. Очень часто слабые и хрупкие матери рождали на свет богатырей. Мне это рассказывала сама Мавка во время моей собственной свадьбы.
– Но ведь и я ваша дочь, а вы меня сделали только рабочей особью, – проворчала чуть слышно в ответ Альвена.
Наступило лето. Лес покрылся зелёными листьями, доцветали последние весенние цветы, уступая место своим летним собратьям. На солнечных прогалинах красным цветом засверкала на солнце сладкая земляника. Подросшие птенцы вылетали из гнезда и готовились вступить в самостоятельную жизнь. По лесу скакал чёрный дрозд Алкид со своими подрастающими детьми Чарли и Вилли и подкармливал их червячками, которые он выкапывал из земли своим длинным жёлтым клювом. В их детском оперении коричневого цвета уже пробивались два чёрных пера в хвосте, свидетельствующие о переходном возрасте. Их мелодичное пение раскатывалось по лесу. А их мама Дина снова сидела на гнезде и ждала появления их младших братиков и сестричек. Из дупел высоких деревьев выглядывали детские мордочки рыжих бельчат.
И вот наступил день вылета муравьиных принцес. Индигерда одела им на спину свадебные крылышки и водрузила на их головки маленькие короны, искусно сделанные муравьиными мастерами. Обласканные всем муравьиным семейством Берата и Доротея смотрели с замиранием сердца на новый неизвестный им доселе мир. Пропустив мимо ушей наставление своей матери Индигерды об огромных опасностях, таящихся за каждым кустом, они быстро вылетели вместе со Свеном и Рогдаем к большому дубу, на котором их, как и другие муравьиные пары, ждала лесная Мавка. Сегодня был день вылета лесных муравьиных наследников, а лесная Мавка играла у них ту роль, которую у людей играет священник. А роль алтаря у них выполнял большой дуб, вокруг которого они должны были три раза облететь. Сверчки и кузнечики приветствовали их свадебным маршем в исполнении лесного оркестра, а лесная черёмуха, осыпала их белоснежными цветами, источающими тонкий аромат. Бабочки, летая над дубом, украшали бал своими яркими нарядами.
Только Инельга немножко замялась, как бы неохотно прощаясь со своею матерью и старым другом пастухом Дроном.
– Лети дочка на праздник, ты теперь тоже станешь муравьиной царицей, но помни об опасностях. Больше я вас никогда не увижу. Помню, когда я только успела вылететь,  мой родной  муравейник запылал огнём, и я до сих пор не знаю, какая судьба тогда постигла мою мать, моих милых братьев и сестёр. Но жизнь продолжается, и вот я теперь имею собственную семью, а вы, мои дочери, тоже должны продолжить наш муравьиный род. Сейчас ваши свадьбы. Этот день самый счастливый для вас и самый опасный. Очень много чудовищ подстерегают вас в пути, желая вами пообедать. И только самые умные и ловкие выживут на этом опасном пути.
– Прощай, мама! Прощай, мой старый друг Дрон! – с большим волнением произнесла Инельга и, протянув руку своему наречённому Алкасу, полетела с ним вслед за сёстрами к священому дубу, где собралось большое количество муравьиных пар со всего леса. Гремела лесная музыка. Звенели бокалы с нектаром летних цветов, доставленных по этому случаю лесными пчёлками. А сама Мавка, одетая в пышное зелёное платье с короной из золотых шишек, венчала все прилетевшие пары и от души поздравляла и желала счастья.
Но, как говорили в старые времена славяне, что Родом, богом судьбы и вселенной, написано, того не миновать никому.
Вот «кончен бал, погасли свечи...». Все молодые пары муравьёв полетели искать себе места для постройки дома. Тут только они столкнулись с самыми большими опасностями земной жизни. На деревьях и кустах раскинули свои сети пауки, заранее зная об этом дне, и не одна пара закончила свои дни в сетях этих коварных хищников. Их подстерегали певчие птицы, пением которых мы, люди, так восторгаемся. Хищные шершни, стрекозы, различные хищные жуки тоже были непрочь перекусить жирными муравьиными принцессами. Некоторые пары падали в пруд или лесное болото, принимая его с высоты полёта за зелёный луг. А там их подкарауливали водяные клопы, водомерки, жуки-плавунцы, личинки стрекоз, не говоря уже о рыбах, лягушках и тритонах. Даже избежав пасти хищников, муравьиные пары могли погибнуть, захлебнувшись в воде, из которой были не в силах выбраться. А когда по окончании полёта муравьиные самки садились на землю и отгрызали себе крылья, чтобы выкопать себе норку для будущего потомства, их караулили шустрые ящерицы, земляные лягушки и всевозможные земляные пауки, включая скиново семейство. Да и дрозд Алкид с удовольствием ловил муравьих принцесс и кормил ими своих подрастающих деток. А те снова раскрывали свои маленькие клювики в ожидании новой порции.


Сообщение отредактировал bragi - Пятница, 2022-03-11, 11:35 PM
 
bragiДата: Пятница, 2022-03-11, 11:37 PM | Сообщение # 7
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 1303
Статус: Offline
Как всегда, чуть замешкаясь, Инельга вдруг услышала крик своей сестры Бераты. Её бедная сестра, совсем забыв об опасности ринулась в неизвестность и вместе со Свеном упала в ловко расставленную на цветке сеть зелёного цветочного паука Теуна.
– Мавка, помоги нам спаси мою сестру! – начала просить Альвена.
– Ничего не могу сделать, – ответила Мавка, смахивая со щеки слезу. – Так устроен мир, и я не имею права нарушать закон природы. Ибо нарушив мировой порядок, мы уничтожим всю природу. Вы, муравьи, тоже поедаете лесных червей, жучков, мух и также, как паук, впрыскиваете в них свой яд – муравьиную кислоту, которая парализует жертву. А если я вмешаюсь и буду их спасать, вы все умрёте от голода. А они тоже мои воспитанники, как и вы, и пауки, и мне их тоже жалко. Всё зависит от Рода, как он вписал в своей книге судьбы, так и сбудется. И конечно вы тоже не должны быть беспечны, и всегда помните об опасности. Вас предупреждала мать Индигерда, и я говорила то же самое во время свадебного пира. А твои сёстры были очень беспечны, вот теперь одна из них за это расплачивается.
Зелёный паук Теун быстро приближался к своей жертве. Он уже два дня как сплёл свою ловчую сеть и был наконец-то вознаграждён попавшей в неё добычей.Подбежав к барахтающейся паре, он схватил и опутал своей нитью Свена и вонзил в него свои ядовитые зубы.
– Прощай, любимая! – успел только проговорить Свен Берате и испустил дух. А бедная Берата смотрела, как Теун пожирал умершего Свена, и со страхом ждала своей такой же участи.
– Но видимо Род всё-таки написал ей другую судьбу. Когда Теун заканчивал свой первый завтрак, вдруг неожидано выпорхнул из-за куста крапивник Кока и схватил своим клювом ничего не подозревавшего Теуна с остатками Свена в зубах и тонкой ниточкой с прилипшей Бератой. От резкого толчка ниточка с Бератой оборвалась и бедная принцесса полетела на землю. Собрав все силы она заползла под куст. Потом, отдышавшись, поползла по земле и отгырзла себе теперь ставшие ей ненужными свадебные крылья с остатками паучьей нитки, и поползла искать себе место для жилья. В дальнейшем, став уже царицей-матерью, она рассказывала своим детям, как героически погиб их отец, спасая ей жизнь. А своих дочек принцесс учила быть бдительными и не забывать никогда об опасности, подстерегающей их на каждом шагу.
– Вот видишь, как спаслась твоя сестра, – ласково сказала Мавка Инельге,  -  Свен всё равно бы умер. Муравьи принцы не живут долго. А мне и Теуна жалко. Как старательно он работал, плёл свою ловчую сеть. А её то дождь, то ветер портил. А он всё плёл и починял, и тоже мечтал о счастливой жизни. А у Коки в кустах гнездо с женой и маленькими малышами. Так что лети смело с Алкасом, чему быть того не миновать! Доверьтесь своей судьбе.
И Инельга с Алкасом полетели смело по лесу, подыскивая себе место для муравейника. Часы Алкаса уже были сочтены. Он уже начинал протяжно дышать, но старался не показывать это Инельге, в которой уже начинал проявляться материнский инстинкт. Она заботливо просматривала каждый кустик и пенёчек, подыскивая удобное место для муравейника. И вот она увидела спиленый ольховый пенёк, который ей очень напомнил их прежний дом. Усевшись на пенёк и немного отдышавшись они начали его внимательно изучать. Следы показывали, что дерево было спилено сравнительно недавно. А мелкие грибные споры говорили, что дерево  уже давно болело и сохло, и, повидимому, кому-то приглянулось на дрова. Но от грибных спор Инельга пришла в восторг. Ведь надо было первое время подумать и о еде. У неё ещё не было рабочих муравьёв, которые бы об этом заботились. И первое время ей нужно будет самой заботится и об устройстве гнезда, и о еде, и о яслях для первых рождённых детей, которые и будут её первыми помощниками – рабочими муравьями. И поэтому она пришла в восторг от неожиданнной удачи.
Ох, какой я сейчас сварю грибной суп! – воскликнула она. повернувшись к Алкасу.
Но её радость тут же омрачилась. На пенёк вскочила не то Скина, не то её родственница – скачущая паучиха.
– Любимая, прыгай под пенёк, а я её задержу! – крикнул Алкас и ринулся Скине наперерез.
– Скина, не тронь нас, ведь ты же у нас в муравейнике зимуешь, и моя мама тебя гостеприимно приняла, – пробовала совестить её Инельга.
– А я есть хочу. – прошипела Скина. – Я тоже собираюсь стать матерью и мне, как и тебе, нужно хорошо есть, чтобы у меня родились здоровые дети. Иначе они умрут в моей утробе от голода. Мы пауки не можем есть ягоды и грибы, как вы муравьи. Пусть в нашем поединке победит сильнейший.
Со страхом Инельга наблюдала за поединком. Силы Алкаса начали ослабевать.Его часы были сочтены. Паучиха Скина хоть и получила сильные ранения и ожоги от муравьиной кислоты, но всё же его одолела и потащила вниз с пенька.
– Прощай, Инельга! – произнёс слабым голосом Алкас. – Скина, съев меня, тебя не будет пока беспокоить и ты сможешь спокойно построить дом. Тебе суждено жить. Прощай и вспоминай меня добрым словом. Я умираю с твоим именем на устах.
Вздохнув последний раз Алкас испустил дух.
Глотая слёзы Инельга-вдова сползла с пенька и начала копать под ним ямку для своего будущего дома. Подкрепившись грибами, она работала не покладая рук. Недалеко от пенька она увидала растушее медвежье ушко и с удовольствием съела его семечко, а остальные семена она, осторожно собрав, начала переносить в вырытую ямку. Уже были готовы небольшие подземные комнаты, в которых она заботливо разложила наспех сделанные кроватки. Вот тут ей пригодились рассказы старого Дрона. Она хорошо помнила по его рассказам, как кроватки мастерятся. И аккуратно уложила в них травку для перины. Скина её пока не беспокоила, наверное ускакала куда-то далеко. А Инельга продолжала свою важную работу. Как-то раз села она, уставшая, на минутку отдышаться, и к ней подлетела старая земляная пчёлка Мальвена и угостила её собранным нектаром. Этот нектар придал Инельге силы, и она подползла к небольшому одуванчику, росшему поблизости. На нём сидело маленькое семейство тлей. Крылышки на их спинах говорили о том, что они только что прилетели и ещё никакому муравьиному семейству не принадлежали.
– Вот и мои первые коровки!
Она знала, что теперь их нужно оберегать. И как только обнаружила ползущую по одуванчику личинку комара красавки, кинулась к ней и вонзила в неё свои крепкие челюсти. Красавку тут же парализовал муравьиный яд, и она, скорчившись, упала на землю и испустила дух.
– Спасибо тебе, милая Инельга, – поблагодорили малютки и сбросили свои крылышки. – Мы теперь останемся с тобою и будем поить тебя вкусным молочком.
Довольная Инельга спустилась с цветка и потащила мёртвую красавку в муравейник.
– Вот и будет теперь еда для моих маленьких детей!
Просмотрев другие цветы поблизости, она обнаружила на цветке хохлатке яйца бабочки, которые тоже постепенно одно за другим перенесла в свой дом.
Приближались её первые роды. Она легла на своё ложе и мужественно терпела боли. Потом, собрав свои последние силы, перенесла первые яички в маленькие кроватки. Настал долгожданный день, когда из них вылупились маленькие личинки. Они были совсем голенькие и беспомощные. Но для любой матери родные дети всегда будут самые красивые:
– Мои милые, любимые детки, – нежно ворковала над ними Инельга и поправляла им одеяльца. – Ах, если бы ваш папа Алкас был жив и мог бы вас увидеть! Вы – мои первенцы, и вы станете моими первыми помощниками.
А пока что личинки, поев вкусной кашки, приготовленной Инельгой, спокойно посапывали в своих кроватках.
Но время шло. И вот они подросли и дружно взялись за строительство своего родного дома. Тащили к своему дому обломки веточек, кусочки опавшей коры с деревьев, хвоинки и достраивали его. Очень часто их стройматериалы были втрое больше их самих по размеру. Они довольно часто уползали на большое расстояние от дома в поисках добычи или строительного материала. Но дорогу домой всегда находили, так как обрызгивали все тропинки муравьиной кислотой, а потом по этому запаху возвращались домой.  Теперь Инельге уже не нужно было думать о постройке жилья и пропитании. Её первенцы дружно взяли на себя все муравьиные обязанности, и отпала необходимость ей выходить из дома. Она теперь как царица и хозяйка дома восседала на своём маленьком троне, который ей смастерил её старший сын, названный Алкасом в честь их погибшего отца. Теперь она наблюдала за работой своих детей и при необходимости давала указания.
Наступала осень. Муравьи дружно готовились к  зимней спячке. Налетел холодный шквальный ветер, и в их края снова мчалась на своих белых  конях Морена-Зима. Пора было закрывать на зиму их родной муравейник, как вдруг в их муравейник вошло с опущенной головой скиново семейство:
– Пустите нас к себе на зиму, любезные муравьи. Нам негде перезимовать и мы погибнем зимой в лесу. Нельзя отказывать нуждающимся странникам в ночлеге. Сам Велес так велел, – страдальческим, рабским голосом унижались пауки-скакуны.
И Инельга, скрепя сердце, пустила их перезимовать. Это был закон лесного бога Велеса, и не им маленьким муравьям его отменять.
Когда старуха Морена-Зима, сев на своих белых коней, полетела со своими вихрями и стужей обратно на север, появилась вместо неё красавица Жива-Весна. Лес начал как всегда в это время оживать. Проснулся и новый муравейник.
А потом летом и Инельга провожала в свет уже своих первых наследников трёх юных принцесс и принцев.
Жизнь продолжается...  Молоденькие принцесы вместе со своими женихами летят к священому дубу венчаться и, пройдя через опасные повороты, построят свои муравейники...
Жизнь не оканчивается, пока катится по Вселенной  колесо времени!
– Вот так и после моей смерти, когда вместо меня останется только один пенёк, какая-нибудь муравьиная пара поселится под его корнями, и построит себе большой муравейник, – сказала на прощанье старая ольха.


Сообщение отредактировал bragi - Пятница, 2022-03-11, 11:41 PM
 
bragiДата: Суббота, 2022-03-12, 10:58 PM | Сообщение # 8
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 1303
Статус: Offline
Бедовый Кешка (Николина Вальд) / Проза.ру (proza.ru)

Бедовый Кешка

Николина Вальд

Кешка  родился  в сорочьем гнезде, которое свила семейная пара сорок в небольшой дубовой роще, находившейся в пригороде Одессы. Этот район одесситы называют дачей Ковалевского.
Жил когда-то до Октябрьского переворота 1917 года в городе Одессе один почтенный гражданин по фамилии Ковалевский. Так как в Одессе в то время была большая проблема с пресной водой, то талантливый предприниматель решил  построить первый в городе водопровод. Затраты на его строительство были по тем временам огромны – 300 тысяч рублей серебром. Однако в накладе от этого господин Ковалевский не остался, а напротив, начал получать хорошую прибыль, продавая бочку воды по 10 копеек серебром. Но таким поворотом дела стали недовольны жившие в городе водные магнаты, которые продавали жителям города воду из своих колодцев, находящихся в районе Молдаванки. В то время делать заказы у киллеров  было ещё не модно, и тогда они начали бросать палки в его колёса обычным по тем временам способом, называющимся весьма распространённым базарным словом – молва, а именно: распустили слух, что якобы это машинная вода, и она к употреблению в пищу непригодна. И, действительно, долгое время одесские хозяюшки боялись употреблять её для чаепития, приготовления еды, стирки. Но прошло время, Ковалевский давно уже почил, а история с водопроводом и его фамилия, которой теперь называется дачная зона, не стёрты из памяти людской ни революциями, ни перестройками.
Дубовая  роща  находилась  недалеко  от моря, чуть дальше заболоченных мест, в которых прекрасно жила всякая живность, в том числе лягушки и болотные черепахи.  В настоящее время это болотце  осушено,  а  за рощей выстроена артиллерийская батарея, напоминающая о военных событиях прошлых времён. А чуть дальше от этой рощи более проворные одесситы  строили  себе  дачи  на  выданных им  на  работах  участках  земли.  А одесситы с  меньшими талантами снимали у них комнаты  на  время   летнего отпуска и детских каникул. Как ни прекрасен по мнению одесситов их город,  не каждый может выдержать  летний  зной, к которому следует добавить изнуряющую влагу от испаряющейся морской воды, пыль, копоть и  гул  машин. Как писал один из одесских поэтов:
«Под акацией ликую –
Я ж люблю её такую!
Разную!
От привоза и от пота,
От слободки и до порта
Грязную!»

А на дачах всегда было прекрасно, будь то район Большого Фонтана, Аркадии, 10-й и 16-й станций Большого Фонтана или дачи Ковалевского.
Но  живые  обитатели:  ежи, птицы, редкие белочки, куницы, ласки, прыткие
ящерицы, ужи, жабы были не в восторге от дачников, так  как последние  вытесняли их –  законных обитателей из обжитых мест. «Захватчики» чужих  территорий  привозили с собою не только кирпичи, которые ставили один на один и разжигали под ними костёр, большие кастрюли для варки  варенья, керогазы, примусы, керосинки и другие бытовые предметы, а также множество живых игрушек – щенков и котят, которые вырастали,  превращаясь  в  больших  псов и кошек.  Не  всех забирали осенью обратно в город, а часто оставляли  там  зимовать.  Собаки отравляли жизнь жившим там испокон веков аборигенам, особенно ежам, а домашние кошки - птицам.
Но, тем не  менее, жизнь продолжалась. Как говорил Чингиз -Хан своим воинам в
покорённых городах:  «Три дня даю на разграбление, потом никого из жителей не трогать, ибо теперь это мой город, а, значит, вы будете грабить мою собственность».
Вот так и с дачами. Когда были они, наконец-то, построены, хозяева начали
высаживать  фруктовые деревья, цветы, овощи,  и сами радовались, когда у них на даче появлялись  выгнанные  в  дальнюю  эвакуацию  ёжики,  которые  снова  начинали искать себе жильё на  освоенной людьми территории. Такие уж они потешные! Если на их пути попадалась  хозяйская  кошка,  они  шипели  не  хуже  змеи и нередко обращали мурлык в бегство под хохот подошедших хозяев,  больших и малых, для которых это зрелище было чем-то вроде цирка. А для наших младших братьев это являлось очень серьёзной борьбой за территорию и охотничьи  угодья.
Нередко плохо было ежам, попавшим в руки детям, которые их сажали в ящики или в ведро и не знали, чем и как кормить, и, вообще, считали их за игрушку. В  это время у ежей оставались голодными свои дети, обреченные в таких случаях на смерть.  И там, где родители были построже, то, пока дети спокойно, ничего не подозревая, спали,  пленники  тихонько  выпускались на свободу. Во избежание детских истерик придумывали, что ёжик сам убежал, перевернув ящик-тюрьму. Но тут же объясняли, почему этого не следует больше делать.
В дубовой роще шла своя жизнь. Этой весной  пара сорок, Крус и Эллис, облюбовала старый ветвистый дуб и свила себе уютное гнездо. Сороки  очень любящие родители и свой дом мастерят на совесть. Насобирав сухих веток, они выстроили себе гнездо, тщательно скрепляя его мокрой глиной, которой, слава  богу,  в тех местах было хоть пруд пруди!  А  дно  гнезда они выстелили тёплой шерстью, собранной со спин коров и козочек во время их линьки, которых местные жители из близлежащих поселений пасли недалеко от  рощи. Когда  всё  было  готово,  Эллис  снесла  яйца и  села  их высиживать. А Крус  промышлял  в  окрестных  рощах  и дачах,  добывая  жене пропитание. Кроме жуков и слизней в меню входили лягушки, птенцы, яйца голубей  и  мелких певчих птиц, серые мышки, а иногда он устраивал нападение на хозяйских цыплят и слышал в спину крики хозяев и курицы. Все они могли только орать ему вслед,  но  поймать  и отобрать добычу  были  не  в  силах.  А  чтобы Эллис одна в гнезде не скучала в его отсутствие, он приносил ей конфеты в цветной фольге, которые он успевал украсть у зазевавшихся детей. Однажды  он принёс  в  клюве серебряную чайную ложечку, потом пару крупных золотых серёжек, которые их владелица сняла и положила в летнем душе на свои вещи. Вернувшись переодеться, она не обнаружила серёжек с красным рубиновым камнем. К счастью, перстень с таким же камнем спасло то, что он упал на землю.
Как бы то ни было, Эллис была безмерно счастлива, что её любящий супруг так о ней заботится. А в это время уже начинали проклёвываться птенцы, и самим первым увидел белый свет маленький носатый сорочонок, сразу же по рождению получивший имя Кеша. А уже после него вылупились две его сестрёнки, которых назвали Лиз и Бэкки. Забот у отца сразу прибавилось. Теперь нужно было кормить и жену и трёх детей. К этому времени у дачников начала поспевать клубника, которая пришлась жене с детьми по вкусу. И папа начал рано утром, пока хозяева ещё спали делать набеги, точнее говоря, налёты на дачи, где росла клубника.
Но были и такие дачники, которые очень быстро Круса реабилитировали. Так на одной из дач, где проживала пожилая чета, хозяин как-то вышел рано утром на веренду, чтобы выкурить трубку и спланировать долгий летний день, и увидел, как Крус важно прохаживался между грядками и с удовольствием глотал слизней и улиток.
– Вот это да-а! – воскликнул старый боцман. – Так ты же, дружок, полезный! И бросил ему кусочек сосиски.
Крус что-то пролепетал на своём языке, по всей видимости, спасибо, и понёс угощение своей любимой Эллис.
– Делать тебе нечего на старости лет, – проворчала супруга боцмана, – приважишь его, так потом что-то утащит под шумок. Сосиской надо нашего котёнка Барсика кормить, а слизней и мышей пусть твои колючие фукочки ловят.
–  А что ты к ежам имеешь? Они их тоже ловят, но они на растения забраться не могут, а Крус и прыгает и летает.
–  Я к ежам ничего не имею, они мышей ловят, но только они нашего Барсика всё время цепляют, дразнят, а он нервничает.
–  Пусть тоже мышей ловит, а не сосиски лопает. Избаловала его совсем, – ответил в сердцах боцман и пошёл в комнату за газетой. Он очень любил бросить якорь в тени на веранде и, покуривая деревянную трубку, насквозь пропитанную табаком, почитать  газеты, особенно статьи на последней странице.
На другой даче хозяйка обнаружила присутствие Круса, когда тот очень внимательно сидел на крыше сарая и что-то высматривал. Когда из едва заметной щёлки внизу стенки показался серый мышонок, Крус мгновенно подлетел, ловко его схватил и понёс своей дражайшей половине. Это привёло хозяйку в восторг, так как она дико боялась мышей.
А ещё на одном участке на деревянном навесе сплёл паутину огромный толстый
паук-крестовик. К выгоде белобокого героя тамошняя хозяйка, которая не боялась даже мышей, страдала крайне обострённой арахнофобией, и при появлении этого чудовища, вышедшего из укрытия, чтобы позавтракать попавшим в его сеть крупным шмелём, принималась истерически орать. И каково же было её удивление и последующая радость, когда сидевший на вишнёвом дереве в засаде Крус, стремительно, как коршун, кинулся на паука, схватил его своим мощным клювом и понёс в гнездо. А везунчик-шмель легко освободился от порванной паутины и улетел восвояси. Довольная хозяйка была в восторге и простила ему свои украденные серёжки, видимо страх перед пауком у неё был намного сильнее, чем потеря украшений.
Теперь все дачники разделились на два враждующих лагеря. Одни ругали Круса, а другие хвалили его. Но Круса это как будто не трогало, он чётко знал свои отцовские обязанности, в которые входило кормление жены и детей. Когда дети начали подрастать, их мать тоже стала отлучаться из гнезда в поисках пищи, и птенцы оставались одни на хозяйстве. А чтобы  не было скучно, они играли с принесенными отцом украшениями.
Как нередко случается в детском мире, как людей, так и зверей, что ребёнку нужна именно та игрушка, которая находится в это время у другого. Так и Кеша затеял ссору со своей младшей сестрой Лиз из-за блестящей игрушки. Однако сестра, схватив в клюв серёжку, держала её мёртвой хваткой, в то время как другая лежала рядом и никому не была нужна. Вторая сестра спокойно взяла эту другую и покрутила ею перед носом старшего брата, как бы издеваясь над ним. Нервно ёрзая и возмущаясь, Кешка отвернулся от сестёр, вскарабкался на край гнезда и начал обозревать окрестности, вытянув свою любопытную сорочью головку. Не рассчитав свои маленькие силы, он оступился и полетел вниз. Недалеко от дуба рос зелёный  кустик жимолости, и Кешке повезло оказаться в его мягких ветвях. Бедный Кешка, полуголый, с лёгким детским пушком на животике, чёрно-зелёными перышками на концах нежных крылышек и большим ротиком, окаймлённым крупным жёлтеньким кантиком, даже не успел закричать.
– Кешка! – крикнули одновременно перепуганные сестрички, и из их раскрытых клювиков выпали злополучные серёжки, ставшие косвенной причиной кешкиного падения.
А Кешка, вцепившись своими маленькими лапками в ветку жимолости, замер на месте от пережитого стресса.
– Ну вот, попался разбойник! – заехидничали воробьи. – Теперь тебя кошка съест. Будут твои родители знать, как мы страдаем, когда они наших мальцов лопают.
– Скоро ты упадёшь с ветки на землю, и тогда тебя вечером съест ёж! – подхватили тоже обиженные на сорок голуби. – Почувствуют твои родители наше горе. Очень жестоко забирать из наших гнезд яйца и новорожденных птенцов.
– Какие вы злые, он же ещё ребёнок! – пробовал заступиться за маленького сорочонка скворец.
– Этот ребёнок вырастет таким же бандитом, как его отец! – огрызнулся воробей. – Знаем, знаем! Защищаешь своего дальнего родственничка!
А напуганный Кешка, не зная, что делать дальше, обруганный своими крылатыми соседями, попробовал отцепиться от ветки и спрыгнуть на землю. Что ему делать дальше, он совершенно не знал, и молча покорился судьбе, усевшись под кустиком жимолости, который спас его от явной смерти, смягчив ему падение.
Но тут в этой правдивой истории появились новые герои. По роще прогуливался со своими двумя дочерьми, старшей Наташей и младшей Люсей, один из дачников – Иван Николаевич Медведев. Его дочери с большим восторгом бегали по роще и собирали цветы в букетики, которые хотели подарить маме и бабушкам. Сегодня было воскресенье, и должны были приехать в гости родители мамы. Вся дружная семья собиралась за обедом каждое воскресенье. Их мама Тома отправила дочерей с отцом гулять в рощу, а сама занялась уборкой и варкой, вместе со своей свекровью Ниной Васильевой. У невестки со свекровью были прекрасные отношения, и она её с первого дня замужества называла мамой.
Иван Николаевич работал в это время над кандидатской диссертацией, и был освобождён от всех домашних работ. Во время отдыха на даче у родителей он должен был только отдыхать и набираться здоровья. Тут у него была своя маленькая комнатка. Раньше эта комната была его детской, а теперь переоборудована в кабинет, куда дети не допускались, дабы не сбить соискателя с «умной мысли»!
И даже сейчас, пока дети резвились в роще, глава  семейства, усевшись на пенёк, размышлял над главой, в которой нужно указать актуальность проблемы.
– Ой, Люська, смотри, что я нашла! – воскликнула Наташа, обнаружив упавшие из гнезда золотые серёжки, сыгравшие в Кешкиной жизни такую роковую роль.
Но Люське было не до серёжек, она увидела под кустиком маленького Кешку и тут же, не раздумывая, схватила его на руки и прижала к груди.
– Папа, папа! – закричали обе дочери. – Смотри, кого мы нашли!
– Выпустите его немедленно, у него где-то рядом мама, которая его ищет. Вы же хорошо знаете, что наша мама не любит зверей и птиц в квартире.
– Папа, но он маленький, упал из гнезда, его кошка съест.
А шестилетняя Люся, которая недавно перенесла такую сильную скарлатину, что врачи уже начинали опасаться за её жизнь, и была, поэтому, очень хрупкой, вдруг подняла такой рёв, что у Ивана Николаевича дрогнуло сердце.
– Мой Кешка, никому его не отдам, у всех детей есть котята, щенята или хомячки, а у нас никого нет. Только одно пианино, которое мы с сестрой не любим, – рыдала Люся, всё сильнее прижимая к сердцу своё найденное сокровище. – Вот у дяди Володи и тёти Вали есть пушистый кот Барсик, а дядя Серёжа своим детям принёс щенка Тяпу, у Алёши живут попугаи и черепахи, а у нас никого нет. Не отдам Кешку, он мой!
– Люсенька, хорошо, мы не бросим Кешку, но отдай его Наташе, он такой маленький, ты же его задушишь. А что нам скажет мама?
И Иван Николаевич пошёл с дочерьми домой, заранее предчувствуя семейный скандал со стороны жены, которая как настоящий врач всех животных считала источником инфекции, и которым не место в их чистой квартире.
– Чего так рано пришли? – спросила Нина Васильевна сына и внучек. – У меня ещё тесто не подошло, погуляли бы ещё. Вот скоро дедушка Пётр и бабушка Аня приедут и что-то внучкам привезут.
– Бабушка, у нас теперь будет жить Кеша! – крикнула с порога Люся.
А Наташа, которая была постарше, прошмыгнув в калитку вместе с Кешей, быстро побежала на огород к деду в поисках защиты. Она знала мамин суровый нрав в отношении всего животного мира, и папа с ней никогда не спорил. И помочь ей мог только дедушка, который во внучках души не чаял, и сам имел такой же непреклонный характер. За ней следом выбежала Люся.
В это самое время их дедушка Николай Петрович осматривал грядки с картошкой, покуривая на ходу трубку и собирая с листьев картофеля прожорливых личинок колорадского жука.


Сообщение отредактировал bragi - Суббота, 2022-03-12, 11:01 PM
 
bragiДата: Суббота, 2022-03-12, 11:02 PM | Сообщение # 9
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 1303
Статус: Offline
С веранды доносились до всех троих отрывочные фразы перепалки между родителями.
  – Ну, ты - то, взрослый, не мог справиться с детьми?
       – Ты тоже медик, не забывай, что Люся тяжело переболела и врачи велели её поменьше травмировать.
  – Чтобы завтра этой гадости дома не было!
       –  Отставить! Я на корабле главный! – закончил эту перепалку дед. – Кеша остаётся у нас жить. Женщины на кухню, а кандидат наук со мной в сарай! Будем птенцу клетку мастерить. Физический труд всем на пользу! Нина, быстро мне приготовь пипетку, пинцет и оставишь немного фарша, когда будешь мясо на котлеты молоть.
       Так Кеша получил прописку в семье. Достав в сарае плетёную корзинку, мужчины смастерили из ивовых прутьев навес, чтобы «дитя» не выскочило. На дно они постелили немого сена и сверху уложили кусочки газет, которые периодически меняли, так как Кешка был большой пачкун. Когда в эту квартирку посадили перепуганного Кешку,  он немного отдышался и начал широко открывать свой клюв, требуя еды. Тогда дедушка, набрав пинцетом немного фарша, смешанного с сырым яйцом, просунул Кешке в открытый клюв. Кешка с жадностью его проглотил и открыл рот за новой порцией. Тогда он положил ему в клюв новую порцию и так кормил его до тех пор, пока Кеша, довольный, не закрыл клюв.
       – А теперь, внучки, запомните, сорока в природе ест жуков, червяков, гусениц, слизняков, личинок всяких, так что собирайте ему личинок, слизняков, улиток, дождевых червяков. А когда Кешка захочет есть, он сам нам клюв откроет.
       И так спокойной чередою проходили летние дни. В пять часов утра, т.е. с рассветом, первые две недели, Николай Петрович вставал с кровати и шёл кормить своего воспитанника. Ведь на воле птицы просыпаются с рассветом и засыпают с темнотой, и если вовремя «ребёнка» не покормить, то добром это может и не кончится. Первое время Кешку поили из пипетки и кормили при помощи пинцета, а потом он уже узнавал своих хозяев и хватал у них прямо с рук, своим стрекотаньем оповещая, что желает отобедать. Постепенно, по мере того как он взрослел, желтизна с его клюва исчезала, и Кешка ел уже сам. С вечера ему в корзину укладывали немножко нарезанной докторской колбаски и сладких фруктов. Со всеми домашними он быстро подружился.
       – Кеша хочет кушать! – повторял дед перед каждым кормлением.
       Серёжки были возвращены их законной владелице, и она в благодарность приносила девочкам найденных в саду и на огороде всевозможных личинок для кормления их воспитанника. Постепенно о шустром сорочонке стало известно всему дачному посёлку, и соседские дети постоянно бегали в гости к Кеше с гостинцами. Более смелые соседи ловили в баночки крупных пауков, которых Кеша тоже с удовольствием ел, вытаскивая их своим клювом прямо из банки, чем доставлял большое удовольствие его ловцу. Хозяин попугаев принёс им кусочек соли, который они подвесили в кешином домике, а рядом подвесили поилку с водой, кормушку и коробочку с песочком. Всем птицам необходимо мелкие крупинки песочка для хорошего переваривания пищи. При хорошем питании Кеша быстро вырос и начал совершать свои первые полёты по комнатам. А к вечеру залетал в свой домик на ночлег.
       Одесское лето имеет один недостаток, особенно в низинах. Большие полчища комаров атакуют ночною порою жителей, не хуже, чем на Урале, так что спать спокойно с отрытой форточкой невозможно. Все борются с ними как могут. Одни по вечерам разжигают костёр недалеко от спального окна и окуривают их дымом, однако это не очень помогает; другие разбрызгивают вокруг себя одеколон «Гвоздика»; третьи просто наглухо закрывают свои летние домики, предпочитая париться в духоте, чем быть под обстрелом беспощадных «мессеров». А дедушка Николай придумал простой и эффективный способ: привёз домой антимоскитную сетку и обтянул ею окна и летнюю веранду. Таким образом, эта сетка охраняла хозяев от москитов, а девочки могли быть спокойны за Кешу, который теперь летал в помещении и на веранде и не мог вылететь наружу. Его все так полюбили, что когда садились есть, ставили ему специальную тарелочку на стол, в которую клали его любимую мокрую колбаску и немножко сладкой дыньки или черешни. Кешка оказался большим лакомкой, мог слопать кусочек торта или печенья, вызывая у девочек бурю восторга и умиления. А когда все садились пить чай, и бабушка Нина ставила большой блестящий самовар, то Кешка так потешно начинал его клевать, пока тот был холодным, что все начинали хохотать. Даже мама Тома немножко смягчила свой нрав. Её тоже забавляло, как Кешка садился со всеми за стол, и что-то пытался рассказывать в перерывах между едой. А если у кого-то на шее было блестящее ожерелье или серьги в ушах, то он хватал клювом за кончик и дёргал. А когда ей нужно было что заштопать, то этот баловник садился рядом с ней на спинку стула или на её плечо и внимательно наблюдал за движением рук. Когда она вставляла нитку в иголку, он уже был тут как тут и пытался своим длинным клювом вытянуть нитку из иголки. Другими словами, он хотел быть участником всех домашних дел.
     Мама и бабушка Нина были большие чистюли. И, поэтому, с появлением в доме Кешки они постоянно носили в карманах кусочки туалетной бумаги, чтобы сразу вытереть за Кешкой оставленные им следы.
     К вечеру в их сад приходила ежиха с тремя ежатами, им дети наливали в мисочку немного молока, и добавляли колбаски или печенья. Если Кеша не съедал все принесённые ему в течении дня гостинцы, остатки отдавались вечером ежам. Они так забавно выглядели, когда всей своей колючей семьёй окружали блюдечко с молочком или манной кашей, причмокивали и похрюкивали от удовольствия.
     Но вот незадача. Однажды у папы, вдруг, пропала из умывальника блестящая бритва. Мама перерыла всю квартиру, но найти не могла. А через пару суток у Люси потерялась маленькая кукла с красивыми кораллами, которую ей дедушка привёз из-за границы, а  из папиного кабинета исчезла ручка с золотым пером – подарок коллег. В доме завёлся таинственный вор, который орудовал, пока хозяева спали.
     В ближайшую субботу вся семья опять ждала в гости дедушку и бабушку, и семья как всегда тщательно готовилась к их приезду.
     Долгожданные гости привезли внучкам сладости: шоколадки, зефир в шоколаде, сладкие мармеладные дольки, а к столу дедушка Пётр привёз, как всегда, паёк, купленный в обкомовском буфете, состоящий из балыка, сырокопчёного финского сервелата, паясной икры и фирменного коньяка «Арарат». А бабушка Нина напекла к их приезду вкусные пирожки и кулебяки. И, конечно, на стол ставились рагу, супы, салаты, приготовленные из овощей с собственного огорода. У них была на редкость дружная семья и все семейные посиделки у них проходили в очень тёплой и дружеской атмосфере. А после обеда дамы уходили в свой круг посекретничать и шутливо покритиковать свои сильные половины. А мужчины оставались сидеть за столом на веранде, покуривая и обсуждая все политические и спортивные новости этого сезона. Но Кешка предпочитал, всё-таки, общество дам, так как не любил ни табачный дым, ни запаха спиртного.
     Вот и сегодня бабушка Нина суетилась, накрывая на стол, на который она поставила  фарфоровый сервиз с изображениями сцен средневекового английского быта, привезенный её мужем, капитаном дальнего плавания из-за границы, и начищенные до блеска серебрянные ложки и вилки. На плите стоял свареный украинский красный борщ с пампушками и её фирменное жаркое, в которое она кроме традиционного для этого блюда лука добавляла ещё красный перец, морковку, кабачки, баклажаны, то есть всё, что было у неё под рукой из овощей в зависимости от сезона. Она всегда готовила с большой любовью, и ароматный запах от её стряпни разносился далеко за пределы дачи. И теперь, перелив борщ в красивую суповницу из сервиза, а жаркое в другую, она торжественно по очереди отнесла их на овальной формы старинный стол на веранде. Увитая домашним виноградом веранда создавала покой и умиротворение.
       Наконец, все гости в приподнятом настроении расселись за столом. У Николая Петровича не было ложки, и Нина Васильевна принесла ему другую. Дружно пригубив немножко домашнего винца, все принялись за украинский борщ. Потом, когда сидящие за столом перешли к жаркому, у Ивана Николаевича не оказалось вилки. Не понимая в чём дело, Нина Васильевна принесла и ему. И только, когда вся семья перешла к чаю и пирожкам загадка разрешилась сама собой. Спокойно гуляющий Кешка, вдруг на глазах у всех схватил маленькую чайную ложку и стремительно полетел с нею в свой дом. Папа погнался за воришкой и в его корзине обнаружил все пропавшие раннее вещи, а также ложка, вилка, мамино золотое кольцо, пропажу которого они ещё не успели обнаружить и связка домашних запасных ключей. Возмущённый папа схватил маленького воришку и, приподняв с окошка москитную сетку, выпустил его наружу.
        Кешка не растерялся, а расправив свои подросшие крылья сделал два круга у фасада дачи и полетел в неизвестном направлении. Крылья сами его понесли в родную рощу.
        – Мама, это же наш братик Кешка! – закричали его сестрёнки Лиз и Бэки, которые уже тоже были взрослыми, но летали ещё по роще вместе с мамой и папой. Сороки очень заботливые родители и опекают своих детей до трёх лет.
         Но Эллис его сразу не узнала и зашипела на него на своём сорочьем языке. Но через некоторое время семья его признала и приняла в свою стайку.
        Дома Наташа и Люся рыдали в три ручья, и бабушки их успокаивали, что, может быть, Кешка ещё вернётся. Дедушка возмущённо отчитывал папу. А мама бегала вокруг от одного к другому, пытаясь всех успокоить.
        Дедушка Пётр купил  семейную путёвку в Крым, чтобы там дети успокоились. Но дети всё никак не могли прийти в себя. И когда вернулись домой, то сразу поехали на дачу к дедушке Николаю и бабушке Нине. А сами втайне надеялись, что Кешка  вернётся домой. Но Кешка пока возвращаться не собирался. Перед ним предстала новая жизнь на воле, и он должен был научиться жить самостоятельно. Выращенные в неволе птицы совсем не знают об опасностях, которые в дикой природе их подстерегают на каждом шагу. Им нужно всему учиться, как это и делал теперь Кешка.
       Девочки опять пошли гулять в рощу, на этот раз с дедушкой Николаем. Заметив на ореховом дереве стайку сорок Наташа позвала:
   – Кешка, Кешка!
        Одна из сорок слетела к ним вниз и долго над ними кружила, но на руку или плечо не садилась. Всё-таки это и был, наверное, их любимец Кешка, только одичавший и осторожный.
   Дачники утверждают, что иногда слышали по утрам птичий крик:
     – Кеша хочет кушать.
        И тогда они клали  на столик в саду кусочек докторской колбаски или сосиски и уходили подальше. А кричащая сорока слетала с дерева, хватала приготовленный кусок под умилённым взглядом дачников и быстро улетала прочь.
 
bragiДата: Воскресенье, 2022-03-13, 9:28 PM | Сообщение # 10
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 1303
Статус: Offline
Баба Гаша и петух (Николина Вальд) / Проза.ру (proza.ru)

Баба Гаша и петух

Николина Вальд      

     Закончив сортировать собранные утром травы, которые были связаны в пучки и веники, Елизавета Сергеевена повесила их на чердак сушиться. А дети, с большим вниманием прослушав её новые сказки, начали обдумывать свой план действий на этот день. Им очень захотелось проучить как петуха, так и его вредную хозяйку, которую все в деревне побаивались, так как за ней ходила весьма нелестная репутация – репутация ведьмы.
Дело было в том, что баба Гаша, как её просто называли в деревне, и была той самою ведьмою, но скорее по характеру, а не по профессии, как выразился ночью старичок Домовой. Она с самого нежного детства игнорировала морально-нравственные нормы человеческого общежития и всегда жила так, как ей было удобно, то есть исключительно для самой себя. В школьные годы она беззастенчиво пакостила своим одноклассникам, набедокурив, могла не задумываясь свалить всё на кого-то из них. Она могла пропустить урок, придумав уважительную причину, но если весь класс срывался с уроков, то Ганна всегда оставалась в классе. А в доносы на других она просто вкладывала душу – это было её хобби во всё сурово-однообразное время советской действительности. Она  любила обидеть и надсмеяться, а при  случае, и ударить слабого, словно получала от этого некоторое садистское удовлетворение. Когда же получала сдачу, то тут же жаловалась учителям, словно она была пострадавшей стороной. Проходя мимо вешалки с одеждой, могла оторвать пуговицу от пальто, бросить в ранец соседу огрызок яблока, опрокинуть чернильницу, поставить кляксу в чьей-то тетради по чистописанию и свалить всю вину опять-таки  на совершенно непричастных к инциденту соучеников. Могла при помощи шантажа переписать чью-то домашнюю работу или контрольную, могла в диктанте наделать много ошибок и написать фамилию любого ученика, диктант которого при сдаче учителю на проверку она умудрялась изъять. Она была неутомимым автором других многочисленных больших и малых пакостей. Короче говоря, натура Ганны была попросту «нафарширована» сатанинской начинкой. Но вот незадача, почему-то ей взрослые дружно верили! Необъяснимо! Однажды одноклассники попробовали ей устроить тёмную, но она безошибочно опознала всех зачинщиков, добавив к ним ещё несколько ей неугодных, и заставила свою маму написать заявление в местную милицию. В результате в школу приехала комиссия разбираться, которая предложила отчислить зачинщиков из школы. Но позже дело было улажено, и у Ганны появились красивые по тем временам наряды.
Взгляд её чёрных маленьких пронизывающих глаз вызывал в человеке жуткие ощущения и непонятную нервозность и будто бы выворачивал его наизнанку. О её происхождении и колдовских способностях ходили по селу всевозможные толки, которые она старалась сознательно подкреплять, тем самым создавая вокруг себя ореол превосходства среди селян. Ходили слухи, что её дед, проживавший в Черновицкой области, слыл чёрным колдуном. Дом его подожгли в своё время возмущённые крестьяне, и он сгорел в нём заживо, предварительно дав возможность жене с маленьким сыном скрыться от разъярённой толпы.  Был ли он на самом деле колдуном или просто зажиточным крестьянином за давностью лет трудно установить. Отец Ганны погиб во время войны. Мать её была молчаливой, мало улыбающейся, и если произносила немногочисленные слова, то каким-то особым манером сквозь зубы. Люди замечали, что когда она собирала в лесу травы, то при этом что-то нашёптывала. Так как Советская власть ни мистики, ни религии не признавала, то за доносы на колдунов и ведьм могли только посмеяться, а в худшем случае отправить жалобщика в психушку. Так что легенда о колдовском происхождении деда была Ганне только на руку и никак ей не вредила.
В молодые годы, после окончания школы она не изменила своим принципам. Натура её так и осталась недоброжелательной к людям. Для неё не составляло труда предстать третьей лишней не только у встречающихся пар, но и между семейных. Её змеиный след рассёк по живому не одну дружбу. Как говорят, для достижения цели все средства хороши. Поговорку она не знала, но инстинктивно следовала ей, пускаясь во всевозможные грехи, не брезгуя согласно этой поговорке ни сплетнями, ни шантажом, ни выпивкой. А это последнее средство в деревнях, вообще, было делом обычным. Сколько женатых мужчин убежало к чужим бабам, так как те в отличие от жены первым делом выставляли им на стол штоф «зелёного змия»!
Когда её никто в родной деревне не захотел взять в жёны, так она не растерялась, а нашла себе мужа в другом селении. Высокий и статный, серьёзный и хозяйственный Карпо, вернувшись домой с Далёкого севера, купил по её предложению дом в селе Берёзовом и хорошо его обустроил. Молодые первое время жили, можно сказать, мирно и в достатке. У них родилось двое детей.
Однако прожив с Ганной почти пять лет до Карпо окончательно дошло, с кем он связался. Но обратной дороги у него не было. На людях у них было всё, как говорят, в «ажуре». Только напившись, Карпо жаловался соседям, что его жена ведьма, которая всем ей неугодным делает порчу, и даже рассказывал, кому она и что сделала.
– Ой, то ви ще не знаєте, що моя Ганна може зробити. Вона сушить та потім перетирає у ступці жабiв, покладає їх у вино, а потім дає оце выпити тим, хто її невгоден, – жаловался он приятелям. – Вона може пiдійти до чужiй хати та й накласти кучу пiд порiг, кажучи при тому лишь жоднiй її вiдомi закликанья, пiдбрасує людям мертвих ящірок та жабiв, кажучи при тому на них усе це зло, котре повинно бути звершитись з оциїми сусiдями. Короче, кажучi вмиє наводити порчу та усякi хвороби, заводить остуду помiж чоловиком та жiнкой, попсувати корiв.
Перепуганные люди потом бежали к Матвею за помощью. Но он только посмеивался. Он хорошо знал, что она хоть и талантливая на всякие гадости особа, но  дара волхвов не имеет. И только деревенскую малограмотную бабу может обмануть и запугать. Своего несчастного мужа, которого держала под каблуком, она запугала не столько своими колдовскими чарами, сколько угрозой написать куда надо.
В настоящее время муж её умер, дети перебрались в город, и не очень-то спешили её навещать. Дома у неё жил пёс Полкан, который сидел полуголодный и злой на цепи и кинулся бы на каждого встречного, если бы не был привязан. Таким же был у неё и петух. Он бросался с гортанным криком воинственных индейцев на всех проходящих людей, кошек и собак. Но управы на бабу Гашу найти было нельзя, так как все её побаивались, считая ведьмой. А после смерти дедушки Матвея её ещё больше стали опасаться.
– Да чего же вы так, вдруг, испугались? Струсили? – подбадривал Игорёк своих приятелей, стараясь задеть их мужскую гордость. – Завтра начинается Иванов-день, вот и будем делать разные «ритуальные бесчинства», как и положено в ночь накануне Ивана Купала. Но прежде всего мы должны злого петуха водой из шланга облить, как нам тётя Алиса рассказывала.
А дело было так. В детстве, когда маленькую Алису родители привезли на дачу, на соседней с ними даче проживал очень боевой петух – гроза всего живого, за исключением его хозяйки, тёти Нади. Было дело, что и соседка однажды мчалась перепуганная по улице и звала на помощь. Петух мчался за ней и, подпрыгивая, с налету клевал её в спину.
Один соседский мальчик предложил тогда Алисе повоевать с петухом при помощи воды. И вот как-то раз, когда дома не было старших, а петух с курами перемахнул через забор прямо на их дачу, дети схватили подключённый к колонке шланг, открыли кран и стали сильной струёй поливать петуха, который уже нацеливался прыгнуть на Алису. Мокрый перепуганный петух, созвав предупредительным криком свой гарем, кинулся от них восвояси. Возмущённая тётя Надя вначале наорала на детей, а потом пошла жаловаться их пришедшим на крики родителям. Но, правда, после этого случая петух их больше не трогал.
–  А где мы возьмём воду для шлангов? – спросил Гришка. – Воды в наших дворовых колонках летом, особенно днём, не густо, её, ведь, всю пускают на поля. А мы пользуемся водой из криниц или с речки.
–  Ну, какие же вы несообразительные! – выпалил Игорёк, – а для чего пластмассовые банки от аэлиты, пепси и фанты? А ну, дуйте по домам и несите всё, что найдёте. Воды наберём в речке. Полкана я беру на себя. Вы только мою команду слушайте, а ведьму не бойтесь. Она старая, и у неё уже, наверное, давно зубов нет. А дедушка нам говорил, что без зубов колдун, как без оружия.
Быстрее пули ребята помчались домой за своим «оружием», а Кристина пошла вместе с Васяткой покормить проснувшегося Кешку. В это время Игорёк, достав из холодильника палку докторской колбасы, отрезал приличный кусок, и, разделив его на три части, сунул в один из них две таблетки снотворного.
–   Куда это ребята побежали? – спросила вошедшая бабушка. – Вы что, передумали гулять? За Кешку не бойтесь, я за ним присмотрю.
–  Да нет, всё в порядке, – ответил Игорёк. – Скоро они вернутся и мы пойдём, побегаем. А вечером ты нам обещала ещё пару сказок рассказать, связанных с Ивановым днём.
Ребята довольно быстро вернулись, притащив с собой все пластмассовые банки, которые нашли дома. А Игорёк с Кристиной достали свои пустые бутылки от пепси и фанты. Игорёк гвоздём проделал в крышках дырки, и, достав свои рюкзаки и уложив в них своё оружие, компания отправилась к речке.
На речке уже купались дети и подростки. Пока одни купались, другие стояли на берегу и пели. Вдоль берега прохаживались красивые молодые девушки в сплетённых из полевых цветов венках, собирали цветы и распевали:

«Пойдём, девки, лугом,
Станем, девки, кругом,
Сорвём по цветочку,
Совьём по веночку.»

«Ой, пiдемо лугом, лугом,
Ну да я! Ну да я!
Ой, піду за плугом, плугом,
Ну да я! ну да я!»

В одном молодёжном хороводе ребята увидели народную игру. Девушки, одетые в расшитые украинские блузки и юбки, уложив на голову веночки из живых цветов, пели:

«Король по городу ходить,
Король білі руки ломить,
Король, поспіши в царь-город,
Король, кого поцілуєшь?

Молодой красивый парубок в расписном украинском наряде, ходивший внутри хоровода, подходил к одной из девиц и спрашивал:

Любишь ти мене, дівчино, чи нi?»

Если дивчина отвечала “Да”, то он вводил её внутрь хоровода, целовал, а потом игра повторялась, и он выбирал другую дивчину из хоровода.
Тем временем дети набрали воды в принесённые ёмкости, немного потренировались перед решающим сражением и направились к дому бабы Гаши. Игорёк прихватил с собой краски в тюбиках и по дороге раскрасил лицо себе и своим спутникам. Когда они добежали до дома бабы Гаши, Игорёк, присвистнув, услышал рычание  Полкана.
– Тихо, Полкан, бери взятку и молчи всмятку! – произнёс Игорёк и кинул ему кусок колбасы.
Голодный Полкан, нарушив собачий устав, с жадностью проглотил брошенный кусок и с надеждой на добавку посмотрел на незваного гостя. Тогда Игорёк бросил ему ещё один, который ничего плохого не подозревавший пёс снова уписал за обе щеки. И  только потом Игорёк кинул ему «роковой» кусок с таблетками. Довольный Полкан, проглотив последний кусок, спустя некоторое время с удовольствием растянулся около своей будки и, сладко похрапывая, заснул сном праведника. Наверное, во сне ему снился добрый хозяин вместо жадной хозяйки, которая держала его для большей злости на голодном пайке.


Сообщение отредактировал bragi - Воскресенье, 2022-03-13, 9:29 PM
 
bragiДата: Воскресенье, 2022-03-13, 9:31 PM | Сообщение # 11
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 1303
Статус: Offline
Изобретательный Игорёк написал белой краской на воротах: «ОСТОРОЖНО, ЛЮДИ!!!  ТУТ ЖИВЁТ ДОБРЫЙ ПЁС И ЗЛАЯ ХОЗЯЙКА,  КОТОРАЯ МОЖЕТ ВАС ПОКУСАТЬ.  А ЕСЛИ СЛУЧИТСЯ ТАКОЕ – НЕ ЗАБУДЬТЕ СДЕЛАТЬ В МЕДПУНКТЕ УКОЛЫ ПРОТИВ БЕШЕНСТВА».
       После этой подготовки вся команда уселась недалеко от растущей рядом пары берёз, и начала ждать петуха.
  – Ко-ко-ко! Ко-ко-ко-ко! – услышали они крик петуха.
       Из-под навеса показалась вся куриная стая, впереди которой важно шёл глава семейства, ревнивым взглядом посматривая вокруг.
  – Бак-бак-бак-бак-ко-ко! Бак-бак-бак-бак-ко-ко! – начал передразнивать его Игорёк.
       Возмущённый этой неслыханной дерзостью петух, недолго думая, перемахнул через плетень и кинулся в атаку на обидчиков. Игорёк начал от него удирать, чтобы распалить охотничий пыл преследователя и увести его подальше от хозяйского дома. Когда петух начал его догонять, с другого конца его начал передразнивать Колька. Петух повернувшись кинулся в его сторону, а затем в игру вступили Гришка и Вовка. Кристина с Васяткой пока стояли за кустом и наблюдали, ожидая команды. В их обязанности входило подносить бутылки с водой. И вот объятый безумным гневом петух кинулся на Игорька и клюнул его в голову, которое предусмотрительно было закрыто панамой с уложенным в ней слоем сена.
        – В атаку, отважные викинги! – громко скомандовал Игорёк. – Оружие к бою! Огонь по врагу!
        И сам, развернувшись к петуху, пустил в него струю из пластмассовой бутылки. С другой стороны бедного петуха атаковал из бутылки Колька.
       –   Ко-ко-ко-ко! – завопил возмущённый петух и помчался в сторону своего двора. Он, наверное, впервые в жизни испытал это унизительное для его достоинства поражение.
        Из соседних домов уже выглядывали возбуждённые соседи и начали подзадоривать ребят, словно перед ними была арена, на которой сражались торреодоры с быком во время корриды. В это время в бой вступила Кристина, а Васятка с Вовкой и Гришкой перелезли через плетень дома, в котором проживала васяткина бабушка Одарка, и оказались во дворе бабы Гаши. Они отодвинули тяжёлый засов и открыли дверь хлева. Свиньи как будто бы только этого и ждали, и бегом подталкивая друг друга пятачками выбежали в огород. После этого ребята залезли на крышу и положили на печную трубу дощечку. Когда все операции были закончены, они, выбежав тем же ходом, тоже вступили в бой с отступавшим назад петухом. Но в это самое время на них уже мчалась с метлой баба Гаша, которая перед этим находилась в погребе. Услышав шум, она выбежала наружу посмотреть, что происходит. Увидев сражение, она, схватив длинную дворовую метёлку, кинулась на ребят в атаку. Те вначале струхнули и начали отступать. У них оставался некоторый страх перед бабой Гашей, которая уже не один раз лупцевала их своей метлой. Но Игорьку она показалась нисколько не страшнее одесских коммунальных склочниц, над которыми он любил подшучивать и мастерски разыгрывать. Причём, в отличие от других детей, которым всегда доставалось за такие действия от родителей, стремящихся любой ценой поддержать авторитет взрослых, Игорька ни отец, ни мать не ругали. Только их городская бабушка ворчала на них за это, отстаивая интересы старой педагогики.
        – Кристина, подавай-ка самую большую пушку! – скомандовал «генерал», и когда получил в руки большую пластмассовую бутылку из под клюквенного морса, вмещающую около трёх литров, пустил струю на бабу Гашу и запел:

                «Я – водяной, я – водяной,
                Никто не водится со мной.
                Вокруг меня водица –
                Ну что с таким водится!
                Противно...»

        С другой стороны пустила струю воды из бутылки Кристина. Увидев это, Гришка, Колька и Вовка тоже начали обстрел из своих бутылок.
        – А щоб вам пусто було! Щоб ваш дiд на тому світе у трунi перевернувся! Чтоб його чорти коцюбой отлупцевали! Шоб вам ноги попереломало! Шоб ви свої шиї попереломали! Щоб ваша хата згорiла  – орала баба Гаша своим визгливым голосом.
        – Чтоб ты сдохла злая ведьма и всем соседям покой дала! Чтоб тебя черти в ад поскорее забрали! Чтоб тебе жить на одну пенсию! – насмешливо заорал в ответ Игорёк, под хохот соседей-зрителей, которых уже набралось приличное число.
        В это время домой возвращалась с поля бабушка Одарка. Быстро оценив боевую ситуацию, она кинулась на помощь внуку и его друзьям, которые вместе дружно из своих бутылок поливали водой бабу Гашу. Последняя, видимо, растерялась или просто не видевшая из-за множества струйных потоков воды ребят, которые её поливали с разных концов, не могла достать ребят своей разящей метлой.
        – Діти, швидко до мого подвір’я! – скомандовала Одарка и, открыв калитку своего двора, кинулась с метлой на Ганну.
        Такого зрелища в деревне давно не видывали. Прикрывая своей метлой детям тыл, баба Одарка довольно ловко отражала атаки бабы Гаши, и дети благополучно прошмыгнули в её двор. Тогда Одарка, показав бабе Гаше два кукиша, побежала за ними вслед. А расхрабрившийся вконец Игорёк, вспомнивший видимо гоголевского парубка Грицька из «Сорочинской ярмарки», схватил в руку комок мокрой от пролитой воды земли и ловко запустил им в бабу Гашу.
        – Ну погодіть, сволоцюги, от я на вас, чортів, чарiв напущу, що рiдний дiд не спасе! – крикнула неудовлетворённая исходом сражения баба Гаша.
        –  А чем чертей звать будешь? Твои зубы выпали! – выпалила в ответ Кристина. – Вставными что-ли?
        –  Нічого, нiчого! Міліція з вами швидко розбереться. Гадаєте, що управи на вас не знайду?
        – А где свидетели?  Не найдётся ни одного человека в вашем селе, который вашу кляузу подпишет. Вы тут уже всех селян достали, ведьма злая! – крикнул Игорёк.
   – Мiлицiя повiре першому, хто напише.
        – Кому писать собралась, моему крёстному, который главный прокурор области? – крикнула ей «на пушку» Кристина, вспомнив подслушанную историю об одной одесской штопальщице, которая была вечно в долгах, как в шелках, так как любила всегда жить на широкую ногу, постоянно шила на «левак», чтобы рассчитаться с кредиторами, которые её брали за горло. А своим заказчикам не успевала во время заказы в ателье выдавать. Так как она сама была себе «начальник», возмущённые заказчики ей угрожали жалобами в управлении, газетой и т. Иногда более смелые заказчики ей грозили милицией, КГБ и т.г, но она их в ответ стращала своим мужем – выдуманным генералом то ли КГБ, то ли милиции. А если начальник оказывался женщиной, то это была её «родная» сестра
      Уже за участниками баталии  захлопнулась Одаркина калитка, а баба Гаша не успокаивалась и продолжала слать на них и всех живых проклятья, но уже со своего двора. Тогда Игорёк не удержался и снова поднял бутылку, начав новый раунд боя, а за ним и вся остальная команда. В перерывах между обстрелами они строили бедной бабе Гаше рожи, какие только позволяла им их детская фантазия.
      Но, вдруг, баба  Гаша обнаружила, что свиньи спокойно пасутся в её огороде. Она оставила перепалку и кинулась в огород, но вынуждена была остановиться: из дома валил густой дым. В печи варился борщ и томилась пшённая каша. Тут уже ей стало не не до ребят.  Она загнала в сарай свиней и полезла на крышу, чтобы сбросить с трубы дощечку. Тем временем ребята, стрелой выскочив из дома, подкатили к её калитке толстое бревно и прижали им дверцу, а лестницу, по которой она поднималась на крышу, убрали подальше в сад.
      Бедная баба Гаша в течении суток не могла выйти наружу. Но никто из соседей не изъявил желания выпустить её наружу. И только когда Прохор забежал на минутку к матери, бабе Одарке, он, отодвинув бревно, освободил бедную пленницу.
 
bragiДата: Среда, 2022-03-16, 11:29 PM | Сообщение # 12
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 1303
Статус: Offline
Цвет папоротника (Николина Вальд) / Проза.ру (proza.ru)

Цвет папоротника

Николина Вальд

После бескомпромиссного и жестокого боя с петухом и бабой Гашей вся шумная ватага побежала к Елизавете Сергеевне в дом. На плите уже стоял сваренный борщ из свежей крапивы, казан с пшеничной кашей, салат, в который вместе с традиционными огурцами, редиской и луком, были также нарезаны листья черемши, одуванчиков и медвежьего ушка, собранные сегодня ранним утром.  Бабушка направлялась в погреб за компотом, когда вся разгорячённая компания ввалилась во двор.
– Что это вы такие развесёлые, набедокурили чего?
– Да ничего особенного, – хитро ответил Игорёк. – Ты же нам сама рассказывала, что накануне праздника Ивана Купала можно водой обливаться, и возмущаются при этом только колдуны. Вот  мы и полили водой вредного петуха, а потом и его хозяйку заодно.
– Да вы хоть понимаете, что натворили? – пожурила их бабушка, усмехнувшись себе в кулак.
– Бабушка, а ты нам обещала рассказать сказки, связанные с Ивановым днём, – напомнила Кристина.
– Ну, хорошо. Как только закончите  с обедом, я вам расскажу несколько сказок, но самых коротких, потому что я должна снова пойти в лес травы собирать; они все перед Ивановым днём особую силу набирают. Кстати, этот праздник так и называется в народе «Иван-травник». Если ты хочешь, Кристина, пойдём вместе со мной в лес, будем с тобой продолжать дальше травы собирать. Ведь для каждой травы своё время обозначено: одни травы собирают к вечеру, другие в полночь, третьи при молодом месяце, четвёртые и вовсе на рассвете, как Иванов-день наступает. А сегодня в лесу опять будут девчата и парни хороводы водить и через костёр прыгать.
Закончив обед, все встали из-за стола, накормили Кешку и уселись на веранде слушать бабушкины сказки.

И  В  А  Н    да    М  А  Р  Ь  Я

«Иван да Марья на горе купались:
Где Иван купался,  берег колыхался...
Где Марья купалась, трава расстилалась...»

– Ты помнишь, Кристина, когда мы с тобой утром цветы собирали, был среди них один необычный цветок, который имеет одновременно два цвета в одном цветке: жёлтый и синий. Их называют у нас братками. Этот цветок известен под более распространённым названием – «Иван да Марья». Жёлтый цвет соотносится с Иваном, а синий – с Марьей, то-есть купальскими огнём и водой.
Живёт в народе такая легенда. Когда-то, давным-давно, появились на свет двое близнецов – брат и сестра Иван и Марья. Но в детстве разлучила их злая судьба. Долго они по свету странствовали. А когда выросли и стали молодыми и красивыми, судьбе было угодно сыграть с ними злую шутку. Они встретились и, не ведая, что они брат и сестра, полюбили друг друга.
После того как они обвенчались, спросил Иван:

«Якого роду дiвчина?»
«Я с Киева войтовна,
По батюшке Карповна!»
Стала питати дiвчина:
«Якого роду детина?»
«Я с Киева войтович,
По батюшке Карпович!»

Тогда поняли молодые, что они родные брат и сестра, и от стыда и горя  превратились в цветок, который цветёт одновременно синим и жёлтым цветом. Теперь их собирают в Иванов день, так как они в этот день особую силу имеют. Во время грозы их кладут в печь, чтобы хата не сгорела от удара молнии. По углам хаты кидают, чтоб уберечь хату от воров: «Когда воры в дом полезут, то брат с сестрой начнут между собой переговариваться и воры не посмеют в дом залезть, так как подумают, что хозяева дома между собой разговаривают».
Эту траву разбрасывают не только в хате, но и во дворе, кладут её около икон, вплетают в купальские венки, а также в веники, с которыми парятся потом в бане, чтобы здоровья прибавилось! Детей с этой травой купают, чтобы спали хорошо. Отвар от этой травы помогает при кашле и простуде. Коровам скармливают эту траву, чтобы были они благополучны и молока много давали.
И так как огонь и вода несовместимы между собой, то и брат с сестрой не могут стать мужем и женой.
В купальскую ночь зажигают традиционный костёр, который принято разжигать около водоёма – речки или ставка. Молодые парубки и дивчины водят вокруг костра хоровод, прыгают через костёр и купаются в речке. А разжечь священный костёр нужно не современными спичками, а живым огнём, добытым при помощи трения, и только тогда лишь он может считаться чудодейственным.

К   О   С  Т   Р  У  Б   О   Н  Ь  К  А

Когда зажигается купальский костёр, то в центре его ставят большой шест с укреплённым на нём огненным колесом, означающим диск солнца, и с чучелом, символизирующим весну и плодородие. В этом священном огне жители сжигают старые вещи, вышедшие из употребления деревянные бороны, поломанные грабли и всякую ненужную ветошь. Матери в этом огне сжигают одежду своих больных детей, чтобы с нею ушли все болезни. И в заключение сжигается чучело из соломы, которое носит название Кострубонька.
По преданию, в древние времена жила такая девушка Кострубонька. Была она хорошей хозяйкой. Землю пахала, зерно сеяла, колосья жала, снопы вязала. А как работу закончила, так и умерла, видимо, от непосильных трудов бедная Кострубонька. Вот теперь люди в память о ней сжигают её чучело, либо разрывают на части и бросают в реку.
Но есть ещё другие сказки о Кострубоньке. Говорят что она была дочерью богатого костромского купца. По всей округе ходили слухи о её красоте, и богатстве её отца. И во время одного пира она захмелела и так расплясалась, что умерла.
А ещё, люди сказывают, её имя произошло от слова костёр, а она сама является его матерью.
Иногда же чучело называют Кострубом, то есть, мужчиной, который, как и Купало, является символом плодородия.
Но это было так давно, когда письменности-то ещё и в помине не было. И потому все предания передавались из уст в уста, из поколения в поколения со всеми правдами и вымыслами.

К    О    Ч    Е    Д    Ы   Ж    Н   И   К

А сейчас я вам расскажу самую главную сказку купальского праздника. Вспомните рассказ Н.В.Гоголя «Вечер накануне Ивана Купала».
Так вот. Ровно в полночь из куста широколистного папоротника или кочедыжника, как его ещё называют, показывается цветочная почка. Она движется то взад-вперёд, то заколышется, как речная волна, а то запрыгает, как лесная птичка. Всё это происходит от того, что нечистая сила старается скрыть от людского взора этот цветок. Потом ежеминутно увеличиваясь и вырастая вверх, цветёт, раскаляясь, как горящий уголь, и наконец, ровно в 12 часов ночи, с треском полностью раскрывается цвет, освещая своим пламенем всю поляну вокруг себя. В этот самый момент является нечистая сила и срывает цветок.
Если кто решит сорвать цвет кочедыжника, тот должен  заранее прийти в лес, отыскать куст, очертить кругом черту и дождаться расцвета. Это можно сделать либо «васильевским огарком», то есть, остатком свечи зажжённой в Васильевский вечер, либо металлическим предметом: ножом, топором или зубом от старой бороны. А можно и головешкой от священного купальского костра. Этот человек не должен бояться нечистую силу и обязан обойти все искушения, которые ставит на его пути нечистая сила. Если он не удержится от соблазна и оглянется на зов, то нечистая сила свернёт ему голову или просто задушит.
Цветок кочедыжника, как говорят в народе, позволяет владеть нечистыми духами, отыскивать клады, делать обладавшего им невидимкою. Повелителем будет тот, кто сделается обладателем этого заветного цветка. При отыскании кладов сокрытых в земле, нужно подбросить цветок кочедыжника вверх, и если поблизости находится клад, то этот цветок покружится, покружится над этим местом и упадёт на землю.
– Лизавета Сергевна, а кто нибудь поймал тот волшебный цветок? – спросил заинтригованный её рассказом Колька.
Известна русская сказка. Один сельский житель искал поздно в лесу затерявшуюся бурёнку. Случайно вышел он на освещённую ярким светом поляну. А дело было как раз в Иванову ночь. Ослеплённый, он непроизвольно коснулся кочедыжника, и прыгающий по нему лёгкий волшебный цветок оторвался от стебля, полетел вниз и угодил ему прямо в его широкий растоптанный лапоть. Утомлённый поиском крестьянин этого даже и не заметил. Но вот чудо! Он вдруг начал видеть ночью, как днём, и понимать язык природы. Он услышал, как деревья разговаривали между собой о некой заблудшей в их края бурёнке. Взглянув, крестьянин сразу узнал свою пропажу. Кормилица семьи прижалась к огромному дубу и смотрела вокруг испуганными глазами. Обрадованный крестьянин намотал на руку оборванную верёвку и повёл беглянку домой.
По дороге перед ним замелькали необычные виденья. Его взору открылись проказы ведьм, собиравшихся в эту ночь на шабаш, через ставший прозрачным слой земли он увидел сокрытые в земле клады и корни вековых деревьев, уходящие вглубь земли, перед ним встали как живые образы его давно почивших родителей и знакомых.
Возвратившись домой, он отвёл корову в хлев, а сам пошёл в избу. Но жена и дети, услышав его голос, увидеть его самого не смогли, так как он благодаря волшебному цветку стал невидимым.
Сам мужик не мог ничего объяснить из того, что с ним произошло. Сказывают люди, что, как только он разулся, цветок из одного лаптя выпал, и он сразу почти обо всём позабыл. Другие утверждают, что ему по дороге встретился одетый в мирскую одежду чёрт и предложил продать лапти за хорошие деньги. Наивная душа согласился и вместе с лаптями забрал чёрт и заветный цветок! А с этим потерялись и все его необычные способности.
– А почему он клад не выкопал, если увидел его в земле? – спросил Гришка.
–  Для того чтобы клад достать, необходимы ещё корни плакун-травы и разрыв-травы.
–  А почему же тогда наш дедушка Матвей не искал этот цветок? – поинтересовался Игорёк.
–  А вот почему. Что такое клады?
Когда разбойники в давние времена грабили и убивали людей, то потом они все награбленные драгоценности закапывали в одном лишь им известном месте. А своих помощников они потом убивали. Одному из них говорили: «Пойди, убей тех, чтобы потом без нас не раскопали». Когда этот доверенный бандит выполнял поручение, то убивали затем его самого. А потом умирал или погибал и сам хозяин клада. К таким кладам часто можно было подойти только по карте или определённой схеме. Обычно эта карта оставалась либо у наследников, либо у их доверенных. Вы же, конечно, помните приключенческий роман Стивенсона «Остров сокровищ». Какая же была война потом из-за этой карты, на которой покойный капитан Флинт указал место, где были зарыты сокровища! И вспомните-ка ещё одного героя этого романа Бена Ганна, который был одним из четырёх пиратов, которые несли сундук с сокровищами закапывать. И для того чтобы его потом как свидетеля их главный пират, капитан Флинт, не убил, он спрятался от него на этом острове и много лет жил там  дикарём.
Все эти сокровища кровавые – на них лежат проклятья и слёзы их владельцев, погибших от рук разбойников. Поэтому издавна известно, что все клады охраняются нечистой силой. И чтобы их добыть нужно либо войти с нечистью в сговор, либо попробовать с ней потягаться. А это далеко не каждому под силу.
Бедный горемыка Петрусь из рассказа Н.В.Гоголя! Он, как оказалось, готов был на всё, чтобы жениться на своей любимой Пидорке. Но отец хотел выдать её замуж только за богатого ляха. Вот поэтому, чтобы стать богатым, получив два мешка золотых монет, Петрусь и вошёл в сговор с чёртом Басаврюком и старой ведьмой, жившей в Медвежьем овраге. За эту услугу они потребовали от Петруся погубить невинную душу –  убить пидоркиного младшего братика Ивася – и тем самым отправить свою душу после смерти в пекло.  Ослеплённый жаждой богатства Петрусь совершил это кровавое злодеяние и получил всё обещанное золото. Позже он пытался вспомнить, как все это произошло, но не мог. Он начал сильно болеть, и ничто не могло его вылечить. И только когда через год, опять накануне Ивана Купала, появилась у них в доме ведьма, Петрусь вспомнил всё. Он кинулся на неё с ножом, желая убить и восстановить справедливость. Но в результате сам погиб в этой неравной битве, а всё золото сгорело. Вот такие дела, дети! Клады не приносят ни богатства, ни счастья.
– Но, бабушка, ведь дедушка был такой сильный, сам мог с любой нечистью справиться, так почему он не добыл этот волшебный цветок? – вмешалась Кристина. – Ведь он мог найти и разрыв-траву и корень плакун-травы. И тогда никакая нечисть к нему бы не смогла подойти.
– А зачем ему это было нужно? – засмеялась бабушка. – Душу растений и животных он и так понимал. А клад нам не нужен был. Зачем нам чужие слёзы? И, кроме того, если бы дедушка его и нашёл, то его тут же отобрали бы и взяли себе эти нечистоплотные сельсоветчики и государственные чиновники.
– Лизавета Сергевна, а сейчас, если клад найти, то можно его в дело пустить, – сказал заинтригованный Колька.
– Ну какие вы, всё-таки, наивные! – строго сказала бабушка. – Сейчас ещё хуже, чем прежде. Если раньше только государственные органы контролировали, то теперь ещё и опасные любители. Так что не мечтайте ни о кладах, ни о связанных с ними приключениях.
– Лизавета Сергеевна, расскажите нам пожалуйста о плакун траве и разрыв-траве, – попросил молчавший до этого Вовка.
–  Ну, это можно, слушайте тогда внимательно.

П   Л   А   К   У   Н   -   Т   Р   А   В   А

К траве «Плакун» с давних времён наши предки относились с глубоким уважением и суеверным чувством страха. Её корень всегда собирают в Иванов день по утренней заре. А выкапывать корень должно без применения каких-либо железных предметов. Этот корень обладает волшебной силой. Он приводит в страх нечистых духов, усмиряет их, и заставляет служить людям. Знахари употребляют корень для изгнания всевозможных нечистых духов, которые охраняют зарытые в земле клады.
В народе плакун-трава почитается как «всем травам мати».
Придя в церковь с выкопанным корнем, встают возле алтаря и держат руку с корнем так, чтобы она была обращена на восток. При этом произносят следующее заклинание: «Плакун, плакун! Плакал ты долго и много, а выплакал мало. Не катись твои слёзы по чисту полю, не разносись твой вой по синю морю. Будь ты страшен злым бесам, полубесам, старым ведьмам киевским. А не дадут тебе покорища, утопи их в слезах; а убегут от твоего позорища, замкни в ямы преисподние. Будь моё слово при тебе крепко и твёрдо. Век веком!»

Р А З Р Ы В  -  Т Р А В А

Разрыв-трава – растение настолько редко встречающееся в природе, что только люди, посвящённые в тайны чернокнижия, могут его обнаружить. И цветёт оно всего лишь несколько мгновений. Добыть разрыв-траву может только тот искатель, кто уже владеет цветком папоротника и корнем плакуна.
Эта трава, по преданию, обладает необыкновенной силой и может разрывать любые металлы на мелкие кусочки.
В старые времена награбленное добро зарывалось в землю на долгое время, и запиралось железными дверцами с огромными замками, а ключи бросали в воду. Нечистая сила эти клады стерегла, и, потому, только с помощью разрыв-травы можно было раскрыть сундуки с сокровищами. Говорилось в народе, что если бросить разрыв-траву в кузницу, то кузнец работать не сможет! Определить разрыв-траву не представляло трудностей: «На которой траве коса в Иванову ночь переломится, та и есть разрыв-трава».

Ночь на Ивана Купала самая короткая в году. Нельзя в эту ночь спать, так как всякая нечисть совершенно распоясывается. Ведьмы, русалки, колдуны приносят больше всего вреда людям именно в эту ночь. Леший «шалит» в лесу, может навести на любого человека блуд и завести в чащобу. А водяной в этот день свои именины справляет и может утопить человека в воде, если тот будет шуметь и мутить воду, то есть, мешать ему именины справлять. По лесу бегают русалки с распущенными волосами. Встретив парня, они его так очаруют, что будет всю жизнь тосковать за приглянувшейся ему русалкой. А, встретив девушку, русалки её до смерти защекочут. А цель их – помешать людям отыскать цветущий папоротник. Слепая змея медянка получает на целые сутки зрение и становится опасной. А все ведьмы собираются на Лысой горе близ Киева на свой шабаш. И собравшись в круг, вокруг чёрта в образе козла или медведя, они должны были ему отчитаться, как работали в течении всего года. Этот шабаш был красиво и подробно описан А.С.Пушкиным в поэме «Гусар».
Известен случай, как один козак, навеселе, забрёл  на Лысую гору во время очередного шабаша ведьм. Как только те его заметили, то тут же утопили его в речке.
Дети внимательно слушали бабушкины сказки-небылицы и тихонько перемигивались между собой. Если бы Елизавета Сергеевна знала, что эти сорванцы надумали, она бы ни в коем случае не стала им эти сказки рассказывать! Но что уже сказано, то сказано.
В это время на пороге появилась Одарка:
– Де мiй онук, де оцей малий хвiст? А ну швидко пiдем зi мною до дому. Завтра батько забере тебе, от тодi i роби що хошь.
– Одарка, дай ребёнку с детьми побегать. Сейчас он с ними мои сказки послушал, а теперь они все вместе по селу побегают, ряженых посмотрят.
– Ну от що, твої приїхали та уїхали, а менi тут ще жити. Може їм ще якась глупiсть у голову прийде, а що менi потiм робити? От оця відьма знов мені під поріг щось підкине.
– А ты, если её боишься, сделай, как я тебя учила. Забыла? Так вот поставь на огонь сковородку и насыпь в неё крупной соли. Если тебе кто чего поделал, так сам и прибежит и будет в твою дверь стучать. Только ты не открывай, а то ничего не получится. Можешь даже соль по углам на всякий случай посыпать. А если ты непротив, могу к тебе прийти и свечёными травами твою хату обкурить.
Васятка поднял по старой привычке плач, и тогда Елизавета Сергеевна предложила:
–  Пойдём, Одарка, со мной в лес травы собирать, я Кристину с собой возьму, а ты Васятку. А потом все вместе у костра летнего посидим до утра, нам ведь с тобой в молодые годы этого делать не пришлось.


Сообщение отредактировал bragi - Среда, 2022-03-16, 11:31 PM
 
bragiДата: Среда, 2022-03-16, 11:33 PM | Сообщение # 13
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 1303
Статус: Offline
Что ж, Одарка согласилась. И взяв с собой небольшую плетёную корзинку, куда Кристина усадила Кешку, и, прихватив с собой накопанных Васяткой червячков, они вчетвером отправились в лес.
        А Игорёк с друзьями и с наполненными снова бутылками воды побежали по селу с явным намерением кого-то ещё окатить водой. По селу уже бегали ряженые, пока только с криками и песнями. Быстро малая компания открыла по ним свой обстрел из бутылок, под который также попали проходящие рядом селяне. Ряженые, подхватив идею, отправили некоторых своих товарищей за бутылками с водой. А потом, объединившись с командой инициаторов, начали всей компанией обстрел селян и прохожих.  Один проходящий мимо пожилой мужчина, который оказался школьным учителем, учившим ещё Федьку, поймав Игорька за воротник, спросил громовым голосом:
   – А откуда ты такой взялся?
   –  С неба упал и тебя за рога поймал!
       На счастье Игорька в это время, получив неожиданный выстрел из бутылки в лицо,  тот расслабил руку. Игорёк, воспользовавшись этой минутой, вырвался из его рук и отбежал на почтительное расстояние. Из-за исписанного краской лица бедный учитель не мог разобрать, кто ему так нагло нахамил. Да и все ряженные скрыли под масками и гримом свои лица. Кого тут только не было: волки, козлы, петухи, бараны, медведи. А к вечеру после их разгула у одних оказались трубы перекрыты, у других скотина выпущена в огород, а кому-то к двери дома или калитки бревно подкатили, как у бабы Гаши. И довольные своим содеянным ряженные побежали в лес плясать около костров, а девчата побежали к речке пускать венки со свечками, чтобы узнать свою судьбу.
       Но наши герои после бабушкиных рассказов побежали в лес искать цветущий папоротник.
       – Слушайте, ребята, так у нас же нет ни разрыв-травы, ни корня плакуна-травы, – опустил энтузиастов на землю Колька.
       –  А как ты плакун-траву найдёшь? Сказывала бабушка, что её нужно рано утром в Иванов день выкапывать. Иванов день завтра утром начинается, а папоротник сегодня в 12 часов ночи расцветает, – пояснил Вовка.
   – А к Лизавете Сергевне когда подойдём? – спросил Гришка.
       – Вот что. И чего вы такие несмелые? У меня с собой дедушкин ножик. Очертим им круг около папоротника. А бабушка подумает, что мы у кого-то из ваших родителей, а те будут думать, что вы все у моей бабушки. А может мы вообще с ряженными по лесу  тусоваться будем. Раз решили, так давайте все смелее будем! – вмешался Игорёк.
  И вся компания направилась в лес, где рос один большой папоротник.
  Осмелевший Игорёк бодро запел:

                По дороге мы идём,  месяц светит ясный.
                Мы в лесу цветок найдём – папоротник красный.
                Нам в дороге не страшны киевские ведьмы,
                Ну а бесы пусть себе варят борщ к обедне.
         
                Этой ночкой под листочком
                Открывает свои глазки
                В ночь Купалы бодрый малый –
                Огнецвет из старой сказки.
                В час пригожий нам поможет!
                Полыхнёт он, позабытый,
                Цветом чистым, золотистым –
                Значит, клад листвой закрытый.

         
                Этой ночкою найдём золотые глазки,
                И с собою заберём огнецвет из сказки.
                Он поможет в час зарниц клад найти забытый,         
                Знать язык зверей и птиц тайнами покрытый.

                Водяной, ты нас не тронь, не пугай трясиной,
                Отмечай в своём дворце с Лешим именины,
                А с тобою повоюем, зрячая медянка –
                Коль узрим стрелу твою, объяснимся палкой! 

                Не следите из кустов, хитренькие мавки,
                Собирайте на лугах жёлтые купавки.
                Мы огарком от свечи круг в лесу очертим –
                Круг магический увидев, разбегутся  черти.

    
       Проходя по предлесью, где березняк был ещё небольшим и рос не так густо, как в лесу, благодаря чему густая сочная трава и буйный всех цветов и оттенков с дурманящим запахом цветочный ковёр покрывали  всё пространство между деревцами, искатели приключений увидели группу девушек, которые плели венки из собранных трав и цветов. Около них находилась вырытая яма, куда они складывали готовые венки.
        – Давайте посмотрим на них. Они сейчас посадят одну дивчину с завязанными глазами в яму с венками и будут танцевать около неё, а она будет им раздавать венки, по которым они судьбу свою угадают, – предложил Вовка.
        – Какие могут быть девушки? – возмутился Игорёк. – Мы за чем идём в лес? Найдём цветущую почку и клад, а потом посмотрим и на девушек и на купальские обряды!
        Тем временем, Елизавета Сергеевна с Одаркой, Кристиной и Васяткой отправились снова в лес за травами. Они как опытные сборщики трав зашли в лес со стороны оврага, где как бы cходились сразу три рельефно-климатические зоны. Таким образом, для флоры лесов, лугов и гор были созданы природой идеальные условия. Сборщики набрали чернобыльника, иванова зелья (зверобоя), медвежьих ушек, ромашки, крапивы, полыни, братков, приговаривая при этом: «Земля-мати, благослови меня травы брати, и трава мне – мати». Под корнем чернобыльника они набрали понемножку земляного угля. Потом они спустились к реке, где около костров уже шло шумное веселье. Распевали купальские песни:

                «Иван да Марья на горе купальня!
                Где Иван упал – там берег зыбался,
                Где Марья купалась, море волновалось...
                Иванава мать по бережку ходит, рубашечку носит...
                Тонку полотняну, шёлком вышивану.
                Иванова мать всю ночь не спала, у Петра ключи крала,
                Землю ими замыкала, росу выпускала».
               
        Матери пробовали следить за своими дочерьми, но уже было не то время, когда детям можно было приказывать и навязывать свою волю. Теперь матери могли только вздыхать и предупреждать о последствиях необдуманных поступков в Иванову ночь. А пока дочери развеселившись и, ни о чём не задумываясь, разбивались на пары после хороводов около костра, убегали в лес. А рядом группа уже семейных белорусских пар, как бы насмехаясь над их материнскими проблемой, запела свою старинную купальскую песню:

                «Не жди мати, дочку
                В цветочном веночке,
                А жди во платочке.
                Не жди с белым сыром,
                А жди с малым сыном!»

     Оставалось только уповать на провидение. Но время шло к ночи. Бегала вокруг костра подвыпившая молодёжь и готовилась к прыжкам вокруг купальского костра, над которым зажгли на шесте горящее колесо – символ солнца. Около реки девчата пускали на воду венки, сплетённые из ромашек, лопуха, братков, чабреца с вставленными в них и зажжёнными свечками. Если такой венок дальше всех плывёт – будет счастливее всех, у кого лучина или свеча дольше всех горит – проживёт самую долгую жизнь, а если венок потонет – суженый разлюбит. И девчата запевали свою купальскую песню:

                Как пойдём купальским вечером
                Вдоль речного бережка,
                Примем дар лугов доверчивых
                Для купальского венка.
                Где склонились ивы тонкие,
                На низине  у реки,
                И поют цикады звонкие,
                Пустим на воду венки.

                К цветочку цветочек,
                Плету я веночек,
                Узнаю, что ждёт впереди.
                Подуй, ветерочек,
                Плыви, мой веночек,
                Мне по сердцу друга найди!
         

                Мы плетём венки купальские,
                Ставим свечки по краям,
                Пусть несёт их речка с плясками
                По стремнинам и камням.
                Доплывёт венок до пристани,
                Где ивняк чудесный рос,   
                Будем сватов, хлеб-соль выставив,
                Ждать, закончив сенокос!

                К цветочку цветочек,
                Плету я веночек,
                Узнаю, что ждёт впереди.
                Подуй, ветерочек,
                Плыви, мой веночек,
                Мне по сердцу друга найди!   

     Уже время к ночи подходило, а ребят всё не было видно. Елизавете Сергеевне уже было не до трав, которые собирают при ясном месяце.
  –  А може вони с дорослими хлопцами по лiсу шастають, – предположила Одарка.
     Но время шло, уже было 11 часов, ночь была светлая. Елизавета Сергеевна каким-то внутренним чутьём почувствовала неладное,  и начинала волноваться. Потом поделилась своими опасениями с Марусей, которая вместе с мужем присела около них.
       –  Если бы хоть Трезор вместо Персея с ними был, ей-богу, так бы не переживала. Хоть домой иди да отвязывай его! Но беда, что он может на пьяных налететь и всё веселье им испортить. Эх дети, дети! ну где вы теперь шастаете ночью? Неужели пошли папоротник искать? – вдруг, осенила её догадка.
       –  Эх, лучше бы я им эти сказки не рассказывала!
       –  И то верно, – подтвердила подсевшая к ним соседка.  – Вот, как сейчас, помню. Читала своему малому ещё тогда сыночку одну киргизскую сказку, в которой говорилось, что вору за кражу руку отрубили. Вот видишь, говорю, сыночек, как поступают на Востоке с ворами. Я-то тогда думала, он скумекает, как надо, а он вот что учинить надумал. Побежал к сараю батькин топор искать, чтобы отрубить им руку соседской девочке. Говорит, она у него игрушку украла. Мы тогда далече и долго топор от него прятали. Теперь он, как вырос, смеётся над всем этим. А у меня как, опосля, дочка народилась, так я уже эту сказку ей завсегда боялась читать.
        – Чого зажурились? Не підішли ще хлопчикі ваші? – спросил подошедший к ним Прохор. – Ну так підомо разом у ліс шукати! 
        Когда часы на руках показали ровно 12 бабушка забила тревогу. Тогда Прохор и отцы ребят отправились в лес на поиски пропавших. До 2 часов ночи они блукали по лесу в поисках «искателей клада» и обнаружили их скрюченными и сонными, непонятно от чего больше, холода или страха около большого папоротника. А рядом с ними сидел поскуливающий Персей, тоже, по-видимому, чем-то перепуганный. Подняв всю компанию, они повели их дрожащих к общему костру.
       – Ну, может быть, расскажете нам, чего в лесу вам привиделось? Неужели папоротник цветущий обнаружили? – насмешливо спросила Кристина.
       – Ладно, Кристя! Не тронь их! У них и так уже зуб на зуб не попадает. Пойдёмте лучше все домой, а завтра утром Игорёк проснётся и нам сам всё расскажет, – рассудила вернувшая себе опять самообладание Елизавета Сергеевна.
 
bragiДата: Четверг, 2022-03-17, 10:12 PM | Сообщение # 14
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 1303
Статус: Offline
Лесное приключение (Николина Вальд) / Проза.ру (proza.ru)


Лесное приключение

Николина Вальд

На следующее утро бабушка с Кристиной пошли в церковь святить собранные накануне вечером травы.
Игорёк остался дома досыпать. После вчерашнего приключения он долго не мог заснуть и поворачивался в кровати с боку на бок до тех пор, пока маленький Домовой, невидимкой проникнув в его комнату,  не погладил его лапкой по щёчке и не начал потихоньку усыплять, напевая колыбельную песенку, неизвестную людям, по звучанию напоминающую монотонное звучание небольшого горного ручейка. Этим гипнотическим пением в своё время усыплял домовой его расшалившегося не в меру отца. И Игорёк погрузился в сладкий сон, в котором его снова посетил покойный дедушка Матвей, напомнив внуку о его лесном приключении и данном ему обещании.
Вернувшись из церкви домой, бабушка с Кристиной вошли в комнату. Они увидели спящего Игорька, рядом с которым на подушке лежал и спал, свернувшись клубочком, Рыжик.
– Вставай, соня! Мы встретили в церкви нашего пасечника – Павла Богдановича, который приглашает нас завтра к себе в гости.
– Да ну их всех! Никуда больше не хочу ходить! – ответил сонный Игорёк, повернувшись на другой бок.
– Не хочешь? Ну, так оставайся дома. Мы пойдём сами, и ты никогда не узнаешь интересных преданий, которые произошли в его роду, начиная с его самого далёкого предка, которого прозывали Большой медведь.
– Не хочу больше никаких медведей! Ни больших, ни малых. Хватит того, что мы вчера в лесу видели!
– А, между прочим, он пригласил также Вовку, Кольку и Гришку. Он редко кого в гости приглашает, очень уж он угрюм и нелюдим. Так что все мы ждём чего-то интересного. Вставай, братик, поскорее! Умывайся и рассказывай, что в лесу набедокурили вчера ночью! А то развалились тут в летнее время два лентяя –  Игорёк и Рыжик. Уже время к полудню. Персей с Тимошкой по двору бегают, Кешка снова проголодался, я его только рано утром покормила и всё. Вот взгляни: он открыл свой жёлтый ротик, кушать просит. А вы тут дрыхните средь бела дня!
– Мяу, мяу! В чём дело? Я не лентяй! Мыр-р-р! – обиделся Рыжик и, сладко потянувшись, соскочил с кровати и побежал к своим друзьям во двор.
Бабушка пошла готовить завтрак и накрывать стол на веранде, а Кристина, что-то напевая, кормить Кешку.  Игорёк, ещё сонный, недовольный тем, что его не вовремя потревожили, встал с кровати, оделся, умылся, и пошёл на веранду. Бабушка поставила на стол старый начищенный до блеска медный самовар, на котором стоял фарфоровый чайник с заваренными травами, и разложила на большом блюде ломтики нарезанного белого хлеба, смазанные душистым мёдом.
На скрип калитки все повернули головы: во двор как-то необычно тихо один за другим проскользнули его вчерашние «друзья по несчастию».
А дело было так.
Горе-искатели кладов дошли до опушки леса, где рос знакомый им папоротник. Они очертили ножиком, как положено, круг и, усевшись на разложенную около папоротника подстилку, начали ждать двенадцати часов ночи. Смеркалось. Небо постепенно темнело, ветерок своими шаловливыми крыльями поиграл с гибким кустарником и кронами деревьев, которые на фоне ночного неба принимали самые разнообразные и причудливые формы.
Когда совсем стемнело, ребята услышали какие-то шорохи, незнакомые им звуки, в темноте засветились чьи-то глаза.
– Уху-у, уху-у! –  раздался резкий и жуткий в ночной тьме крик филина.
–  Сплю-у, сплю-у! Ни-а, ни-а! – вторили ему окрестные совы.
Затем послышались какие-то стоны и вздохи, перекликающиеся со звериным воем. Настороженный Персей затявкал и кинулся на круглый, шебуршащий и похрюкивающий в траве колючий шарик. Ночной гость недовольно фыркнул и зашипел не хуже домашней кошки, которая так всегда поступает, когда почует вблизи себя собачье семейство. Так как этим ночным гостем оказался обыкновенный ёж, то Персей получил порцию колючек в свой любопытный нос. Обиженный щенок заскулил, однако хотел кинуться за своим обидчиком дальше. Но Игорёк сдержал его за поводок, который прихватил с собой на всякий случай. Он прекрасно знал его подростковое любопытство, которое не позволяет усидеть на месте детям, как Homo sapiens, так и детям «братьев их меньших».
– Вы как хотите, а я разожгу костёр, – не выдержал Вовка.
– А ты забыл, что купальский костёр разводят только трением, безо всяких спичек.
– Какие же вы все умные! А где я сейчас возьму кремень или сухое дерево.
– А у меня есть! – похвастал Гришка и достал из карманов две сухие деревяшки.
Ребята по очереди изо всех сил начали тереть деревяшки друг о друга. Но все попытки развести огонь привели только к одному хорошему исходу: они не только согрелись, но и изрядно вспотели! Ребята, как и герои романа Жюль Верна, получили «огонь» в ладонях – натёрли себе хорошие пузыри! Однако через некоторое время холод опять начал донимать ребят.
– Хоть бы какой-никакой костёр, хоть бы зажигалкой, – заныл Колька.
– Терпим все вместе! – скомандовал Игорёк
Прошло ещё некоторое время напряжённого ожидания. Ребята, тесно прижавшись друг к другу, молча сидели, смотрели в темноту, и прислушивались к разговору ночного леса.
Внезапно вся опушка засветилась ярким светом. Ребятам показалось, что по всей опушке расцвели яркие  золотисто-красные цветы, по форме напоминавшие не то шиповник, не то тюльпан, а, может быть, и сам марьин корень. Такой красоты они ещё никогда не видели, за исключением, разве что в кино или по телевизору. Но ребятам не пришло в голову, что эти цветы были всего лишь маленькими светлячками-самочками, которые этим своим огоньком пытались привлечь к себе внимание местных «женихов». Но ребята подумали, что это и есть купальские цветы. Влажный лесной воздух уже давал о себе знать, а без костра, конечно, ночью в лесу не высидишь, как далёкие предки. Но предки были «дети земли», а не «дети технического прогресса». Вот так и лес, в котором раньше умел свободно ориентироваться любой язычник времён князя Олега, теперь у современного человека при отсутствии соответствующей подготовки вызывает панический страх. Тем более у детей.
Послышалось легкое завывание, которое «кладоискатели» приняли за волчье. Но испугаться они не успели, так как наконец-то появилась долгожданная почка на папоротнике, которая начала медленно распускаться, сверкая ярким фосфорическим цветом. А когда эта почка распустилась, она начала как бы ползком перемещаться по всему папоротнику.
– Ребята, хватаем его побыстрее! – крикнул Игорёк.
Но не тут-то было! Цветок начал быстро вращаться, не даваясь никому в руки. Он то потухал, когда к нему приближались чьи-то руки, то снова загорался, когда эти руки опускались. Тогда сообразительный Игорёк схватил одну из своих пластмассовых банок, которыми они поливали селян, и кинулся ею ловить цветок. Раз – два! И его пойманное сокровище оказалось в банке.
– Бежим! – скомандовал он ребятам, которые уже не хотели никакого клада, а мечтали только поскорее добраться домой.
Но не тут-то было. Внезапно по лесу прокатился гром, непрерывное звучание которого напоминало шум сильного дождя, перекликающийся с жутким, нечеловеческим хохотом и свистом. К ребятам потянулись из темноты чьи-то лохматые руки. Послышались многократно умноженные лесным эхом глухие голоса:
– Отдайте цветок! Всё равно вам клад не достанется!
– Сидим на месте! Если это нечистая сила, она не посмеет перейти через очерченный круг, – объяснил Игорёк.
Перепуганные ребята начали креститься и читать «Да воскреснет Бог...». И каждый в душе уже не раз пожалел, что решился на это приключение. Но отступать было слишком поздно. Послышался глухой топот копыт, и как из-под земли возникли чёрные кони, мчавшиеся по направлению к ним, на спинах которых ребята увидели одетых в чёрные одежды всадников. Всадники доскакали прямо-таки до самой черты, когда какая-то невидимая могущественная рука их резко остановила. Перескочить через очерченный круг они не смогли. Ноздри черных исполинских коней извергали огненный дым, который искрами падал на ночную траву и кустарник, а из пасти вылетал клубами белый пар, стелившийся туманом по верхушкам деревьев.
– Кто они? – спросили всадники друг у друга, напугав ещё больше ребят, которые легли лицом на землю, просто покорившись судьбе.
На какое-то мгновение всё смолкло. В этот самый момент раздался мощный рёв, известивший всю окрестность, что на поляну выходит сам хозяин леса – большой медведь. Он был такого же исполинского роста, как и кони. Его густая коричневая шуба мягким шёлком переливалась при лунном свете, отбрасывая на землю серебристые искры. Ребятам показалось, что они превращаются в маленьких бабочек, которые освещали своим сиянием всю поляну и стволы прилежащих деревьев. Можно было подумать, что они своим ярким сиянием соперничают с молодым месяцем. Но через некоторое время бабочки улетали и растворялись в тёмной чаще.
Поднявшись на задние лапы и продолжая издавать оглушительный рёв, могучий хозяин леса направился в сторону всадников. Увидев медведя, кони дико заржали и, встав на дыбы, развернулись. Снова заржав скорее звериным, чем лошадиным рёвом, они помчались в сторону леса и скрылись в его чаще, проскочив сквозь деревья, словно последние были сделаны из воздуха.
Ребята думали, что теперь этот огромный медведь кинется на них. Но медведь, пристально посмотрев на них человеческим взглядом, в котором они интуитивно почувствовали доброту, повернул в обратную сторону и скрылся в том же месте леса, где пару минут назад исчезли всадники. Ребята лежали ни живые, ни мёртвые. Они не могли уже понять: где они и зачем они здесь.
Но вдруг из леса, из того места, где исчез медведь, вышел с посохом седой старик, в домотканной одежде, соломенной шляпе на голове и крестьянских постолах на своих крепких не по возрасту ногах, в котором Игорёк узнал...своего умершего год назад дедушку Матвея. За ним, как когда-то при его жизни, следовал серый домашний кот, в котором ребята признали Пирата. Позади них появился высокий красивый голубоглазый парень с белыми волнистыми волосами, напоминавший им Иванушку из русских народных сказок, одетый, как и дед, точно в такую же «одёжку и обувку». На его правом плече ребята увидели крупного чёрного ворона, который рассматривал их своим любопытным взглядом, поворачивая то вправо, то влево голову, как бы пытаясь получше рассмотреть замерших от страха ребятишек. Слева от юноши шёл серый матёрый волк. После того как ребята увидели огромного медведя у них  уже не было такого жуткого страха перед волком. Они просто отрешённо смотрели в их сторону.
– Для чего пришли в лес, горе-искатели? И почему бабушку с Кристиной одних оставили? – строго произнёс дедушка Матвей.
– Не отвечай, это не дедушка, это нечисть, которая хочет ввести нас в заблуждение и отобрать наш заветный цветок! – крикнул первый пришедший в себя Гришка.
– А коли ты такой умный, зачем ты пришёл к нам в лес, когда самое время гулянья для нечисти? Нам предоставлен лес, а вам деревня, зачем в наш дом полезли без спросу? Вот мы вас сейчас и накажем, как по нашему обычаю полагается, – заговорил  юноша.
– Ладно, Богданко, не будем их пугать, пусть сами нам всё расскажут, а первым пусть будет Игорёк, как главный зачинщик всего похода.
– Да мы же за цветком папоротника пришли, чтобы с его помощью могли стать невидимками и смогли отыскать зарытый в лесной чаще клад.
– А зачем тебе становиться невидимкою, да ещё и клад зарытый искать?
–  Ну, невидимкою стать для того, чтобы в школе учителей и девчонок попугать. А иногда можно будет и контрольную работу списать. И мне очень хотелось бы выкупить одно имение в Одессе, которое раньше принадлежало бабушкиным дедушке и бабушке. Вот если клад найдём, то тогда хватит денег выкупить его.
– Мал ещё поперед батька в серьёзные дела лезть! Ещё три медведя не встретились! А девчонок и учителей ты уже не один раз пугал мышами и лягушками! Став невидимкой, до инфаркта своих бедных учителей доведёшь! - желая показаться строгим, пожурил дедушка внука. Пока лучше помоги моему старому приятелю Домовому.
– А как дедушка я ему помогу?
– Надо, чтобы в ближайшее время вычищенная и выкрашенная прялка украшала бабушкину хату. А Кристина пусть заварит в воде листья папоротника и этой водой вымоет всю бабушкину посуду в доме. А то вы в город осенью уедете, а бабушка одна в хате останется. Тогда хоть Домовой с Кикиморой за ней присмотрят.
– А вы хлопчики, что хотели с кладом делать?
– Ну мы, – ответил за всех Гришка, – лошадей очень любим, хотели бы свою собственную конеферму заиметь и там выращивать породистых скакунов.
– Ну, если сам Чернормор и Николай Угодник пожелают вам помочь, так это сбудется. Только в дом плохих жён не приводите, чтобы они вам египетский ад не устроили. И запомните детки на всю свою жизнь мои слова:

Если друг, ты не ленив, не трус,
Намотай себе на свой зелёный ус:
С криводушными ханжами не водись,
Лучше ветру, выйдя в поле, поклонись.

Утром благостным на розовой заре
Утопает мир в приветливом добре –
Бал лугов, лесов!.. Насыться красотой,
И лицо омой живительной росой!

Посмотри, как расцветает Мать-земля,
Как нарядами украсились поля,
Как небесные хоры наперебой
О любви в те дни печалятся земной.

Только ласковая Зорюшка пришла,
С Зорькой чуткою природа ожила.
С добродушною улыбкой из-за гор
Солнце красное выходит на простор.

Колесница белым облаком плывёт,
Значит, новый над землёю день встаёт!
Раскрываются головки у цветов –
Слышат пчёлы отовсюду добрый зов.

Колокольчики нам в радости звенят,
Васильки с полей  восторженно глядят.
Не нуждается мир добрый в похвале,
Мир поющий – рай цветущий на Земле…

В это время опять что-то вблизи ярко вспыхнуло, и ребята увидели идущую к ним красивую женщину с длинными чёрными волосами. Её белое длинное не то рубаха, не то платье из домотканного материала своим длинным подолом стелилось по траве, и когда женщина своими изящными босыми ножками мелкими шажками ступала по земле, трава под ними совершенно не мялась, как у сказочной голубой змейки. Весь её необычный наряд отливал таким же серебром, и сыпался такими же белыми искорками, как прежде ребята видели у  медведя. По её плечам спадали длинные кудрявые волосы, цвета воронова крыла, и такую светящуюся доброту выражали её огромные чёрные глаза, что у ребят немножко потеплело на сердце. «Кем была эта красивая тётя, которая страшно напоминала им Анку? А может это пришедшая к ним в образе девушки сказочная голубая змейка, о которой им рассказывала бабушка? А может это сама хозяйка медной горы к ним в гости пожаловала? Но откуда ей тут взяться в украинском берёзовом лесу вдалеке от уральских гор?» – гадали завороженные её образом искатели клада.
«Если же эта тётенька была хозяйкой медной горы, то почему она в белом платье, а не в малахитовом сарафане и кокошнике? Но у хозяйки должна быть длинная коса, а у этой женщины длинные распущенные волосы. Если это голубая змейка, то она должна быть в голубом сарафане и голубом кокошнике. А, может быть, это сама лесная мавка пришла с ними познакомиться? Но мавка тоже должна быть в зелёном платье, с короной из золотых шишек на голове. Бабушка их предупреждала, что с лесными мавками нужно вести себя очень осторожно, так как они с давних пор перестали доверять людям и стали даже враждебны к ним из-за того, что люди немилосердно портят лес – их родной дом. Только колдуны и знахари умеют с ними беседовать и находить общий язык».
За этой красавицей следом шёл увиденный ими прежде медведь, только на этот раз он был уже намного меньше, и взгляд его в этот раз был непохож на взгляд ранее увиденного ими медведя. «Возвращаемся к себе, нам – свои заботы, а живым – свои», – сказала женщина, и, взмахнув своей красивой белой ручкой, исчезла вместе со всеми пришедшими. Как в воздухе растворились, словно никого и не было!


Сообщение отредактировал bragi - Четверг, 2022-03-17, 10:15 PM
 
bragiДата: Четверг, 2022-03-17, 10:14 PM | Сообщение # 15
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 1303
Статус: Offline
– Ну что ж, – сказала внимательно выслушавшая Игорька бабушка. 
       – Наш дедушка часто говорил загадками. Ладненько, вносите прялку! Наберём листьев папоротника, запарим и вымоем всю посуду, как дедушка велел. Пусть уж Кикимора в доме появится, раз её наш Домовой так полюбил!
       – А кто такие три медведя?
       – Ну, это нам наш пасечник сам расскажет. Это предание касается в первую очередь его семьи.
       – Дедушка ещё говорил нам про Египетский ад...
       – Ах, об этом любил дедушка говорить всем мужикам, которые были падки на ярких, красивых женщин, у которых при этом было довольно жестокое сердце. В Египетском аду, согласно мифам, существовало такое наказание. Вот представьте себе: люди трудятся, беспрерывно свивая верёвки, которые за их спинами тут же поедают стоящие ослы. Это означает выполнять бесполезную работу. На земле мужья  трудились «денно и нощно», добывая пропитание, а их жёны крали у них за спиной их заработки  и тратили их на свои наряды и украшения. За неразумные траты боги обрекли их после смерти на такое же наказание. Вот дедушка вас и предупредил, чтобы не приводили в дом жён-транжир, так как тогда у вас денег даже на себя не хватит, не то чтобы конеферму завести!
        – А зачем мне приводить в дом незнакомую женщину. Лучше я, когда вырасту, на Кристине женюсь, – с насмешкой ответил Вовка, и тут же получил от Кристины затрещину.
       – Вот ещё! Мне не нужен ни моряк, ни купец. Я хочу выйти замуж только за лесника или биолога.
       – Вот ещё размечталась, – вставил слово Игорёк. – Тётя Алиса тоже об этом мечтала в детстве, а замуж вышла за дядю Лёшу, который вовсе не биолог и не лесник, а инженер-патентовед.
       – Много ты знаешь, дядя Лёша тоже мечтал поступить в Лесотехническую академию, а потом всё же поступил в Политехнический институт, как тогда было модно. Поэтому они и подружились из-за их общей несбывшейся мечты.
        – Ладно, дети! Нашли о чём спорить, лучше пошли все вместе в гости к Богданычу, и он нам всем расскажет свои сказки-легенды и ответит на многие интересующие вас вопросы. Он – отец Анки и сын того Богданко, о котором вы меня всё время спрашиваете. А теперь открывайте свою злополучную банку и выпустите на волю бедного светлячка, которого вы приняли за цветущую почку.
        – Какой светлячок? Мы цветок поймали, когда он по папоротнику гулял.
        – А где ты слыхал, чтобы цветы по собственному стеблю гуляли? Разве они блуждающие огоньки из сказок Г.Х.Андерсона, или прыгающие мишки-гамби? – рассмеялась Кристина.
       Когда все вышли в сад и открыли банку, то обнаружилось, что там действительно сидел маленький невзрачный жучок, который, почувствовав свежий воздух, тут же расправил свои прозрачные крылышки и улетел на свободу. Приземлившись в густую траву, он навсегда скрылся от особо опасных «кладоискателей».
  Игорёк готов был разрыдаться от обиды, также как и его приятели.
       – Бабушка, ты сама нам вчера рассказывала, что папоротник раз в году расцветает и потом начинает по стеблю блуждать. Почему ты сейчас нам совсем другое говоришь?
       – Вы попросили меня рассказать сказки и предания, посвящённые празднику Ивана Купала, я вам их и рассказала. Если бы я знала, во что это всё обернётся, то, может быть, и не стала бы этого делать. «Сказка - ложь, да в ней намёк, добрым молодцам урок!». Сказки, как и басни, надо понимать творчески, в них история и чаяния людей прошлых поколений. Хотя «нет худа без добра». Благодаря сказке вы увидели дедушку. Во сне души живых и умерших встречаются и часто решают вместе проблемы. Вот и жди, как тебе сказал дедушка, пока медведи встретятся! Но, такие встречи-свидания бывают иногда и трагические, если в это не вмешаются земные силы, как уже случилось в нашем селе. И дедушка Матвей, тогда уже имевший полную знахарскую силу, помог им справиться.
       – Бабушка, мы правда любим все-все твои истории и сказки. Мы очень хотим узнать и эту, – попросила Кристина.
       К ней тут же присоединилась вся честная компания, и Елизавета Сергеевна сдалась.
 
bragiДата: Пятница, 2022-03-18, 10:55 PM | Сообщение # 16
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 1303
Статус: Offline
Тетяся (Николина Вальд) / Проза.ру (proza.ru)


Тетяся

Николина Вальд

Это произошло примерно лет этак спустя пятнадцать-двадцать после войны. Жизнь в нашем селе уже более или менее наладилась. Деревню после пожаров военных лет подлатали-подстроили. Вдовы уже давно отплакали свою горькую долю, в одиночку вырастили детей, а теперь воспитывают внуков. Жизнь, как говорится, продолжалась. Некоторые солдаты, возвращающиеся с фронта, особенно те, у которых в войну погибла вся семья, останавливались в нашем селе и часто оставались навсегда, женились на понравившимся им местных девушках или вдовах.
Но село наше всегда было полно тайн. Так вот одна вдова, жительница нашего села рассказывала, что не один раз видела ночью своего погибшего на фронте мужа Игната. Он даже пытался схватить её за волосы. Но спустя этак лет  пять-шесть вышла она замуж снова за приезжего тракториста Стецька, прибывшего в наше село из западной Украины на заработки. Как-то ночью муж её погибший явился к ним в дом и сказал: «Больше я вас не потревожу. Однако, смотри Стецько, обидишь Ольгу – приду ночью и задушу тебя».
– А он приходил ещё? – спросила нетерпеливая Кристина.
– Больше его не видели, но это только предисловие перед тем случаем, о котором я хочу вам рассказать.
Так вот. Жила у нас в селе семья Кавунов – Тарас и Палашка. И была у них дочка. Тетясей звали. С детства она была довольно шустрая и непоседливая. Любила она «гонять» по селу с другими детьми, играть во все подвижные игры – салочки, жмурки, догонялки, ловила бабочек и кузнечиков.  Волосы у неё были чёрные, как вороново крыло. А её карие глазки, необыкновенно выразительные и озорные, вместе с тем всегда светились теплом и добротой. Цветочки на лугу собирать любила. Мать её Палашка в её косичку всегда красную ленточку вплетала. Вот так бегает она где-то по лугам и оврагам в густой ещё нескошенной травке в летнем сарафанчике, девчоночки самой не видно из-за малого роста, а бантик красный как бабочка при этом в траве мелькает и словно перескакивает с цветка на цветок. Как подросла Тетяся, так замелькала в поле её  косыночка с красными розами и блузка белоснежная с чёрно-красной украинской вышивкой по рукавам. Была она и в работе быстрая, и на гуляньях плясунья, и певунья весёлая.
А проживала в нашем селе одна злая женщина Глафира, ну, просто ведьма настоящая. Вредная была по характеру, как и баба Гаша, и во всех людях только изъяны находила: люди  веселятся – она мрачная ходит, кому-то плохо – ей в радость. И что само собой разумеется, дружила она только с бабой Гашей и Ульяной Криворучкой. «Одного поля ягода!». Схожего характера люди обычно легко общий язык между собой находят. Мужа своего добродушного Петра она в скором времени своей злобой так достала, что ему было невыносимо смотреть как на неё, так и соседям в глаза. И он начал часто по поводу и без повода в город отлучаться. Вот как-то он домой приехал и увидел через окно, как сидит его жена за столом, а рядом с ней её мать, которая тоже в своё время умела хорошо колдовать и беды всякие людям насылать, и подружки. Мать её карты перед ней раскладывает и приговаривает:
– Муж твой Глаша завёл в городе себе одну «сучку» и ездит к ней постоянно. Надо нам к нему наши меры принять – извести его до смерти.
Услышав разговор, Петро, не долго думая, собрал свои вещички и к сестре на другой край села жить переехал. Спустя некоторое время почувствовал он сначала лёгкое, а затем более серьёзное недомогание и слабость, вялость, бессонницу, тревожные чувства. Начал вдруг отчего-то болеть, всякое движение сопровождалось сильными болевыми ощущениями. Врачи ничего не могли обнаружить, чтобы установить диагноз. А он всё бледнел и худел. Порфирьич к тому времени уже преставился, а Матвей в Одессу учиться уехал. Обеспокоенная состоянием брата, который угасал буквально день ото дня, час от часу, сестра Мотря не выдержала и в другое село к одной ворожее побежала. Та, как только карты разложила перед ней, так и молвила по ним:
– Это работа его жены и тёщи. И снять эту порчу не в моих силах. Помрёт он скорее всего. Но ничем помочь ему не могу.
Мотря кинулась к своим «родственникам», а те ей в ответ:
– Он сам этого заслужил, пусть и помирает, раз ни нам, так и не ей он не достанется.
На всё село Мотря орать на них пробовала, да ничего не помогло. Врачи были бессильны, а в милицию не заявишь, только посмеются, а то и в психушку спрятать могут, чтобы не приставала со всякой чушью. Так и помер Петро.
Но был у них тогда сын маленький. Его тоже в детстве Васяткой звали. Глашка больше замуж не вышла. Да и кто с ней сойдётся после того, что они с Петром сделали. Одна со своей матерью сына растила и как всегда злая на всех селян была. Сын её рос молчаливым и задумчивым.
А Вася как вырос, так ему Тетяся приглянулась. И они постепенно потянулись друг к другу. Но Глафира этот выбор не одобряла. Не любила она людей весёлых и жизнерадостных. Вот и начала строить молодым людям всякие препятствия. Даже поговаривали, что она ночью собакою чёрной оборачивалась и мешала молодым встретиться на свидании, пугая их своим видом и лаем. А Палашка рассказывала, что пошла она как-то раз в свой хлев корову доить и увидела чёрную собаку около её вымени. Она не растерялась и тут же схватила палку и стукнула ею собаку по голове. На следующий день увидела Глафиру с перевязанным лбом. Та на неё как-то странно посмотрела. От её пронзительного холодного взгляда жутко стало Палашке, внутри у неё всё сжалось, по коже мурашки побежали. Вскоре после этого корова плохо доиться стала, если раньше давала полное ведро, то теперь не больше одной кринки. Посоветовавшись с Матвеем, Палашка собрала остатки молока и начала их кипятить на сковородке. Тут же к ней в дом явилась Глафира, как будто бы чего попросить пожелала. Вначале вела разговор мирно, а потом заявляет:
– Не желаю, чтоб ваша Тетяна за моим сыном бегала, мне другая невестка нужна, которая свекровь слушаться будет, а не плясать на гулянках.
– Нам твой сын тоже не ко двору, всё время какой-то задумчивий ходит, улыбку свою словно из себя выжимает. Не такого зятя мы для своей единственной дочки желаем.  Да только время нынче не то, что раньше, когда всё по родительской воле было. Сегодня молодые не слушают своих родителей.
Да, время было советское,  и родители были уже не в силах запретить взрослым детям жениться, как это было раньше в патриархальные времена. Вот и поженились Вася и Тетяна. Бывший председатель колхоза Степанида Васильевна уже тогда на пенсии была, но быть у них на свадьбе посаженной матерью не отказалась. Брак в те времена регистрировали в сельском совете, а председатель сельсовета вместо попа был. Чувствовалась на свадьбе какая-то напряжённая тревожная атмосфера, наигранная весёлость. Мы с Матвеем тоже на этой свадьбе гуляли. Сказал тогда мне тихо Матвей:
– Не будет молодым счастья.
Вначале молодые зажили хорошо. Наш новый председатель им одну пустующую в колхозе хату выделил. Вася на конюшне работал, а Тетяна в поле. Выросший в тяжёлой и угрюмой домашней обстановке Вася души не чаял в своей молодой жене, для которой каждый день был в радость. И сам он становился всё более весёлым и открытым. Молодая жена с рассветом вскакивала с кровати, бежала в хлев корову подоить, кур и свиней покормить и на стол завтрак себе и мужу приготовить. Жить бы им да радоваться, только Глафира всё мрачная, как туча, ходила. Для таких людей, как она, чужая радость в свою нерадость обращается. И, видимо, она что-то поделывать Тетясе начала. Но Тетясю никакие её чары не брали. Недаром говорят, что чистые души никакая порча не берёт, более того бумерангом вернуться может. А сын её Вася вдруг беспричинно  начал чахнуть, как раньше батько его. Тут уж сама Глафира всполошилась:
– Люди добрые, да что я сына своего единственного губить собралась! – оправдывалась она, когда селяне начали ей в глаза упрёки бросать. – Эта всё она, Тетяся, змея подколодная, губит моего Васеньку своей живой силой. А я как мать ничего для сына родного не пожалею.
Но Тетяся, конечно, тут была ни при чём. Просто Глафирины чары, которыми она пыталась Тетясю со света извести, обернулись против её родного сына. Даже Матвей отказался в это дело вмешиваться, несмотря на Палашкины и Глафирины просьбы. Так и умер Вася за грехи своей матери.
Тетяся горько оплакивала смерть любимого мужа. Всё село её жалело, а помочь никто не властен был. А спустя год вдруг сама Тетяся чахнуть начала. Днём ходит бледная, худая, а всё силится улыбнуться. Палашка не на шутку всполошилась и спрашивает дочь:
– Что с тобой происходит?
– А ко мне мой Васенька по ночам приходит. Если не веришь приди ко мне домой ночью и увидишь его сама.
Прибежала Палашка к ней домой в полночь, а дело было уже после Троицы, как раз накануне Аграфены-Купальницы. И видит, сидит её дочка с распущенными волосами, бледнее, чем накануне, и разговаривает с кем-то невидимым.
– Мама, вот хорошо, что ты пришла, – поприветствовала её Тетяся. – Видишь?  Вот Вася снова ко мне пришёл и сидит рядом со мной на стуле. Видишь, какие он мне конфетки принёс?
Палашка сама, аж с лица спала. Никого в комнате не видит. А на столе лежит большая горсть козлиного помёта. Захотела Палашка перекреститься, а рука онемела и не двигается. Так и просидела она с дочкой до утра, как пригвождённая к стулу, пока петухи не пропели. А как рассвет поднялся, так она прямо к нам и прибежала вся в слезах и рассказывает Матвею о случившемся.
– Да, дело это серьёзное, – ответил ей Матвей. – Давно пора было ко мне прийти. Завтра Иванов день начинается. Но теперь я в силах вам помочь. Возьми мою ладанку, специально для вас приготовленную. В ней корень плакун зашит, который от всякой нечисти первый помощник. Вы с Тарасом этой ночью к ней должны пойти в дом и сделать всё, что я вам скажу, а не то этой же ночью заберёт он её с собою. Тоскует он там без неё, и ждать не желает, пока её земной срок истечёт. Вот и приходит к ней по ночам за её живой силой. Поэтому она такая бледная и худая стала. Ладанку эту на шею ей оденьте. Руки ей свяжите, чтоб не содрала её ночью. Под порог мокрую тряпку проложите. Соль в хате по всем углам посыпьте. А травы, которые я вам даю, по всему полу разбросайте. А как в полночь начнёт голос Василия её на улицу звать, вы оба держите её и не выпускайте. Будут сильные крики, и чуть ли не молнии блистать за дверью. Если удержите – будет она жить, а если упустите и выбежит она к нему – найдёте её  утром мёртвой. А если молитвы ещё какие-либо помните, то читайте их и кресты свои на шею оденьте.
Перепуганная Палашка домой побежала и всё Тарасу рассказала, он ухмыльнулся и не сильно во всё поверил. Время тогда было, когда никто ни в бога, ни в чёрта не верил. И, поэтому, злых колдунов нельзя было к ответу привлечь. Но всё-таки согласился сделать всё, как Матвей велел. Они Тетясе руки связали, тряпку мокрую под порог положили, травы разбросали и сидят, ждут перепуганные. Вдруг, в полночь вспыхнуло за дверью, как искра пожара,  огненным столпом. Тетяся вся сразу всполошилась и начала к двери рваться:
– Пустите меня! – кричит. – Всё равно мне жизнь без Васи не мила, к нему хочу!
Хотела ладанку сорвать, но руки ей родители крепко связали; она к двери кинулась, хотела за порог выбежать, так её родители схватили и держали крепко-накрепко. А у неё сила такая появилась, что и удержать её трудно стало. А за дверью греметь начало, молнии засверкали, как в сильную грозу. А голос становился всё более угрожающим и всё звал Тетясю. Родители, ни живые, ни мёртвые, молитвы начали вспоминать и читать, а перекреститься не могут, так как обеими руками Тетясю держат. И так продолжалось до первых петухов. А как петухи пропели начало, всё сразу стихло. Тетяся упала на пол и заснула, как будто после очень тяжёлой, утомительной работы.
А наутро к ним Матвей пришёл и говорит:
– Больше он к Тетясе не придёт, живите спокойно.
Тетяся после этого стала выздоравливать. А через некоторое время к одной нашей колхознице внук Миша из Кривого Рога приехал на побывку вместе со своим товарищем. Вот его другу Арсению Тетяся и приглянулась. Родители её с радостью выдали за него замуж, и она переехала к нему жить в Кривой рог. Потом у них двое детей родилось.
Неуёмная Глафира всё скрипела зубами от злости. Тогда Матвей к Кавунам в дом пришёл и всю их хату травами окурил. После этого у Глафиры все руки красными волдырями покрылись, словно какая-то аллергия выскочила. Она как закричит:
– Пожар, пожар! Хата моя горит!– и вёдрами с водой начала поливать всё вокруг себя.
А как она со временем помирать собралась, так три дня мучилась и всё приговаривала:
– Это моё!  Это моё!
Ей руку даже родственники перед смертью протянуть боялись. И тогда к ней Матвея позвали. Подал ей Матвей старую её клюку и велел её родственникам в потолке дырку прорубить. Умерла тогда Глафира. Дырку в потолке после похорон заделали, чтобы её душа обратно через неё не вернулась, а в могилу её осиновый колышек вбили. Палку ту Матвей отнёс куда-то далеко в лес и то ли закопал, то ли выбросил, точно не помню, чтобы никто её не обнаружил и не поднял.


Сообщение отредактировал bragi - Пятница, 2022-03-18, 10:56 PM
 
НатьяДата: Суббота, 2022-03-19, 10:15 AM | Сообщение # 17
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 6116
Статус: Offline
ХОРОШИЕ У ВАС РАССКАЗЫ, НИКОЛИНА!

СПАСИБО!!!



небесный странник
 
bragiДата: Воскресенье, 2022-03-20, 7:08 PM | Сообщение # 18
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 1303
Статус: Offline
Благодарю, ждите продолжения!
 
bragiДата: Воскресенье, 2022-03-20, 7:09 PM | Сообщение # 19
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 1303
Статус: Offline
Ульяна Криворучка (Николина Вальд) / Проза.ру (proza.ru)

Ульяна Криворучка

Николина Вальд

Картинка из интернета

После полудня вся компания друзей решила совершить прогулку в лес, а отвести Васятку к дедушке и бабушке обещала Елизавета Сергеевна . Сорочонка Кешку вместе с его плетёным домиком-жильём ребята, подхватив с двух сторон, взяли с собой. Новый домашний воспитанник к большому неудовольствию Рыжика начал быстро привыкать к своей новой семье, хотя порой, досыта наевшись, сидел в углу с довольно грустным видом. Видимо, котёнок его довольно сильно поранил острыми коготками. Было видно, как он отчаянно боролся за свою ещё совсем юную и недолгую жизнь.
Шумная группа ребят, свернув с главной дороги, оказалась в начале леса.
День был солнечный, на небе ни облачка, по округе разливалось приятное благоухание лесных цветов и трав, дурманящее сознание, словно они попали в сказочный мир. Правда, после приключения с цветком папоротника, мальчишек на новые подвиги пока ещё не тянуло.
И вдруг из глубины леса к ним навстречу вышла старая женщина. Одета она была в черный сарафан, подол которого был украшен купоном красных и сиреневых цветов, давно поблекших от времени. На голове у неё была чёрная косынка с такими же цветами, из-под косынки свисали длинные седые пряди волос. Её лицо, по-видимому, красивое в молодости, а теперь дряблое, увитое морщинами, имело вид печёного яблока. За спиной у неё висела сумка для сбора трав и кореньев. Она тихо шла и напевала в полголоса:

Шикалу, Ликалу!
Шагадам, магадам, викадам.
Небезгин, доюлазгин, фиказгин.
Бейхамаиш, гейлулашанн, эламаин.
Ликалу!

– Это кто такая, одна из киевских ведьм, вернувшаяся с шабаша? – насмешливо спросил Игорёк, который даже чуть-чуть струхнул при виде этой старухи, но не желал этого показывать и потому выбрал насмешливо-оборонительную позицию.
Но зато его деревенские приятели быстро сложили свои руки в кулак с большим пальцем, просунутым между указательным и средним, то есть то, что в народе называют словом «кукиш или дуля», и приготовились в случае её нападения на них выставить свою оборонительную руку перед её носом. Но баба Яга улыбнувшись своей старческой, похожей больше на гримасу улыбкой, подошла к ним и поприветствовала:
– Здравствуйте, искатели кладов! Что это вы свои дули в карман прячете, вчера в лес за папоротником не побоялись идти, а меня боитесь. А кто вчера в лесу всадников чёрных испугался.
– А Вам откуда это известно, бабуся? – спросил Игорёк, явно заинтригованный этой неизвестной бабусей.
– А мне, медвежонок, всё известно, что было и что будет. Придёт время, и ты тоже всё узнаешь, может быть, и летать потом научишься.
– Это как же в ступе или на метле?
– А это уже как сам пожелаешь, хотя такой полёт дело наше, женское.
– А вы что, вчера на шабаш летали, где все киевские ведьмы собираются?
– И там я тоже была, да и не только там. Я везде могу оказаться, куда моя душа полететь желает. Вот вчера я, когда с шабаша летела, видела всё, что с вами в лесу происходило.
– А как вы оттуда летели на вертолёте или на своей метле? – прикалываясь, спросил Игорёк.
– Не на вертолёте, и не на метле, – рассмеялась бабуся. – Вертолётом своим собственным я пока ещё не обзавелась, а вот вместо метлы я пользуюсь особой мазью, которой натираю виски, а потом становлюсь такой лёгкой и прозрачной, что могу лететь туда, куда только моя душа пожелает.
– А Вы мне можете немножко такой мази дать, чтобы я тоже полетел на Лысую гору, и увидел, что там происходит. Вот было бы здорово. А если бы ещё щёлкнуть там всех фотоаппаратом, или на камеру снять. Вот был бы тогда прикол, если бы я эти снимки своей учительнице по истории показал!
– А тебе, милок, туда летать ещё не полагается, или может ты не слыхивал про казака, который к нам забрёл и начал подслушивать. Мы тогда его в Днепре утопили. У нас там свой строгий порядок. Там сидит наш главный чёрт, в облике медведя, и мы перед ним каждый год отчёт держим о проделанной нами за год работе. Самой ловкой ведьме особый приз за это полагается. А после собрания у нас своё веселье начинается. Закатим там пир, а потом мы все пляшем и поём вместе с чертями и лешаками, – и, чуть улыбнувшись и притопнув на месте, словно собиралась вступить в пляс, она пропела:

Мне мой возраст не помеха,
Эх! Какая благодать!
Я могу ещё для смеха
Молодёжи фору дать.

Не кучкуюсь я в трамваях
В бесконечной суете,
Век пешком из края в край я
На ногах и налегке.

На рассвете пред зарёю,
С первым криком на земле,
Я лицо росой омою
И умчу на помеле.

– А ты хоть и наших кровей, – продолжала колдунья. – Но на такие сходки лететь тебе ещё, пожалуй, рановато будет. Сперва надо всю нашу премудрость постичь и всему научиться.
– А зачем мне ваши науки изучать. Вот мой дедушка опытный хирург, а папа ветеринар. А мой дед Матвей, тот даже умел чудеса в решете показывать. Так здорово у него всё получалось. Правда, он нам про Лысую гору не рассказывал.
– Твои дедушки наших кровей, вот поэтому и большими мастерами своего дела стали. Никакие аппараты не смогут показать того, что наш особый глаз видит.
– А тебе, красавица, – обратилась она к Кристине. – Вот моя мазь в подарок. Ею будешь смазывать раны и ушибы. И птичке своей ранки ею помажь, они тогда быстрее у неё заживут. А если пожелаешь, можешь и ко мне в гости заглянуть, я тебя научу, как в травах разбираться, да как в людях не ошибаться. В жизни тебе это очень может пригодиться. Ты хоть и младше, но серьёзнее, чем твой брат к жизни относишься, всякую тварь жалеешь.
– Вот что Ульяна – резко оборвала её подошедшая Елизавета Сергеевна, – нечего детям голову всякой чушью забивать. Тебе что мой Матвей покойный сказывал, не балуй своим даром, а то и с того света тебя его рука достанет. Хватит тебе в жизни своих грехов и других покалеченных судеб.
– А грехи не на мне, а на тех, кто мне это заказывает. А я всего лишь исполнитель.
– Ну, погоди! Вот Анка приедет и разберётся с тобой. Она теперь вместо моего Матвея к этому делу приставлена.
Услышав имя Анки, колдунья быстро попрощавшись, пошла дальше в лес за особыми лишь ей одной известными травами и кореньями, которые собирались только в Иванов день.
После её ухода вся компания облегчённо вздохнула.

– Бабушка, а кто эта баба Яга, с которой мы общались? – спросила любопытная Кристина. – И почему она меня к себе в гости приглашает и даже научить чему-то обещает?
– Ох, рано ещё вам всё это знать. Не поймёте ничего, вот как подрастёте так всё и узнаете.
– А можно я к ней в гости зайду, она ведь меня приглашала, и даже обещала научить меня в травах разбираться.
– Душу твою она заполучить хочет, вот и приглашает в гости, она злая колдунья. Вот как превратит вас обоих в диких зверей, как я вас потом расколдую. Она посерьёзней бабы Гаши, и её никто ещё не решался водой поливать.
– Неправда! Никакой колдун не в состоянии превратить человека в зверя. Сказки всё это. Нам дедушка говорил, что колдун не превращается в другого зверя, просто его душа вылетает и вселяется в новое тело на нужное ему для чего-то время.
– Ух, грамотные какие стали! Правда или неправда, но, как видите, даже ваши деревенские приятели её боятся. Живёт она далеко за селом, а к нам в село редко захаживает, не знаю чего она теперь пришла, словно точно о вас узнала. Никто не ведает, о чём она думает. Бегают к ней обычно бабы и мужики: кто погадать, кому поворожить, а кто и порчу соседу либо сопернику сделать надумал. Она за большие деньги никому в этом деле не отказывает. А хуже всего, что этим клиенты её, душу свою бессмертную приворотами и отворотами губят, обрекая её по окончании жизни на муки адовы. Даже в самом Киеве о ней понаслышаны. Единственно, кому она в жизни дорогу уступает, так это Анке и её отцу пасечнику. Также само, как раньше, Матвею покойному. Они сильнее её. И только им под силу предотвратить те порчи и проклятья, которые она на людей напускает. Кристина помазала подаренной ей мазью раны Кеши, после чего он как будто начал понемножку успокаиваться. А когда Игорёк его подкормил собранными под старым покрытым мхом пнём червяками и жучками, он перестал плакать.
После всех дел ребятишки уселись на сваленном ураганом огромном бревне, бабушка устроилась на широком пне напротив и негромким голосом начала свой обещанный рассказ.
В селе Берёзовом семья Криворук появилась этак примерно в пятидесятые годы. Муж Ульяны Мокий Криворук был родом из под Черновцов, а сама она была родом из Молдавии. Поговаривали вначале, что её не то бабушкой, не то прабабушкой была цыганка, и от неё к Ульяне перешла её красота и тот пронзительный взгляд, который приводил в трепет любого смельчака, решавшегося в эти глаза заглянуть. А как потом все поняли, она была просто колдуньей, а эти легенды о её цыганском происхождении только придавали ей ещё больше тайной значимости. Но колдовать умела не только Ульяна, а и её Мокий. Рассказывали, что когда он с ней случайно познакомился на одной из местных ярмарок, так он сразу же оставил свою жену и двоих детей. А сама Ульяна к этому времени была вдовою с пятилетней дочерью Аницей на руках. Но, тем не менее, они решили перебраться в село Берёзовое и начать там, как скажут, новую жизнь. Мокий был на редкость работящий, как и все жители Прикарпатья, и поэтому старенький заброшенный домик, который они недорого приобрели, он быстро отстроил. У них родилась потом дочь Стефа, в которой они оба души не чаяли. В те советские времена начальство всеми силами пыталось отбить у людей охоту посещать церкви, а к работе колдунов отношение было вообще скептическое. Поэтому для Мокия и Ульяны началась тут райская жизнь. К ним быстро потянулись люди с самых далёких мест за травами, ворожбой, приворотными зельями. А начальству они исправно платили взятки, чтобы оно  в их дела не вмешивалось. Но Матвей их строго предупредил:
– Чтобы в нашем селе не баловали, и если узнает он, что кому, какую порчу сделали по заказу, или остуду между мужем и женой, то в его силах с ними справиться.
С ними довольно быстро подружились Глафира и Гаша, поскольку известно, что «рыбак рыбака видит издалека», такие люди всегда между собой общий язык находят, а соседи старались избегать их сразу всех от греха подальше. А ежели у кого что случалось нехорошее, то сразу к Матвею за помощью бежали. С их дочерьми дружить было очень трудно, так как во всех делах последние только свои интересы соблюдали. От учителей они требовали хороших оценок, хоть и не всегда честно заработанных, угрожая в противном случае порчей, поделанной своими родителями. А если у последних случались чёрные полосы в жизни, то они это за порчу принимали и ставили им впоследствии всё, что они хотели, вызывая тем самым обиду у других учеников, которые старательно вызубривали все уроки.
Сами Криворуки обзавелись хорошей чёрной волгой, у них в доме среди зимы в то далёкое время на столе были свежие овощи, красная и чёрная икра. А что говорить про дочек, когда последние были одеты с иголочки, с одесского толчка. Казалось бы, богатые невесты, за которыми все лучшие деревенские женихи должны были ухлёстывать! Но нет, все местные парни, зная, чем занимаются их родители, обходили их стороной. Но «красавицы» не унывали:
– Зачем нам деревенские дурни нужны? – насмешливо отвечала Аница. – Мы себе городских найдём с достатком и с должностями. Лишь бы нас они устраивали. А мы сами любого приворожить сумеем.
– И действительно, когда в село приехал один наш студент, учившийся в одесской высшей мореходке – Олег, на каникулы вместе со своим другом Андреем из Одессы, то последний на свою беду по уши влюбился в Аницу. Была то настоящая любовь или приворот Аницы никто поныне не ведает. Единственно, что он, несмотря на уговоры Олега, забрал Аницу в Одессу. Родители его по совету Олега, собирались поехать в деревню и попросить Матвея, чтобы он разрушил все её чары, так как Аница быстро показала им свои остренькие зубки и быстро перессорила его с родственниками. Но он им сказал, что если Аница его покинет, то он тогда с собой покончит. Что ж пришлось им принять невестку такую, какая она есть, либо в противном случае потерять сына. А жизнь жены моряка со всеми её радостями быстро пришлась Анице по душе.
А, когда подросла Стефа, тогда и случилась эта пренеприятнейшая история.
В село Берёзовое, приехала из Киева группа врачей рентгенологов. Среди них был один молодой врач Сергей, которому светило блестящее будущее. Когда они все садились в вагон, их пришла провожать его невеста Тамара:
Вы не обижайте там моего Серёжу, предупредила она всю группу, окинув его на прощанье любящим глазом.
В их работу входило сделать рентгеновское обследование в местных сёлах, в том числе и Берёзовом.
Но вот однажды заходит Матвей в медпункт и видит, что рядом с Сергеем сидит Стефа.
– А ты что тут делаешь? – спросил её Матвей, явно предчувствуя недоброе.
– Она ко мне зашла, пожалуйста, не трогайте её, – ответил Сергей и как бы заслонил её своей рукой.
– Вот что, парень, ты эту девицу не знаешь. Она дочь наших местных колдунов. Как бы тебе под их чары не попасть, а то пропадёшь под их тяжёлой рукой ни за грош. Подумай лучше о своей невесте, которая тебя дома ждёт, – предупредил его как-то раз Матвей на улице.
Но было уже поздно. И по окончании практики он забрал Стефу с собой в Киев.
Что можно о Стефе сказать. Она не обладала красотой своей матери, которую унаследовала Аница, жившая теперь в Одессе, как королева. Но по приезду в Киев Стефа устроилась работать дворником и получила благодаря этой работе положенную ей жилплощадь. А на Тамару, Сергей больше не смотрел. Родители Сергея не знали что делать. А Сергей быстро расписался со Стефой и перешёл к ней жить. У них родилась дочь, но в скором времени Сергей начал выпивать, и когда он находился в пьяном угаре, кричал:
– Избавьте меня от неё, она соседям под порог мёртвую землю сыплет, воду от покойников льёт, полтергейстов вызывает. Я не могу всё это видеть. Спасите меня!
Родители его в подобную чушь не верили, но сходили по совету знакомых к одной гадалке под Киевом. Разложила она на столе перед ними карты и начала по ним читать, как по книге.
– Вошла в ваш дом Дама пиковая, и с собой зло в ваш дом принесла. Под ногами сына вашего дама бубновая лежит, но её дорогу, пиковая перекрыла. В доме пиковой дамы сила большая имеется, из которой она свою жизненную энергию черпает. Хотите помочь своему сыну, езжайте туда, откуда эта дама появилась. Там встретите короля, который с ней справиться может, ежели пожелает. Тогда бубновая дама около сердца ляжет, а пиковая из сердца уйдёт.
– Понимаю всё ваше тяжёлое положение, – сказала она по окончании. – Но мне с ней не справиться. Она страшная ведьма, которая завладела его душой. Если не сможете его вырвать из её цепких когтей, он может просто спиться, а затем покинуть этот мир            навсегда. Но живёт в тех краях, откуда эта колдунья родом, один сильный ведун, который с ней может справиться. Езжайте туда и соседей расcпросите, где его искать.
Вот так их дорога и привела в дом Матвея.
– Да, сказал Матвей, предупреждал я вашего сына, но он меня не послушал. Ну что ж, будем с ним работать. Пусть приедет ко мне на то время, которое мне понадобится, но чтобы ни одна живая душа об этом не узнала. А вы, пока он у меня находиться будет, свечки в церкви ей за здравие поставьте. И в молитвах о помощи к Богородице-заступнице нашей обратитесь, чтобы она за вас перед сыном своим Иисусом слово замолвила.
И что же. Привезли его на машине поздно ночью, как Матвей велел. Матвей на помощь нашего пасечника, тогда ещё молодого парня, позвал. Начали они над ним молитвы и заклинания читать. Потом Матвея трусить начало, а после заклинаний, как, вдруг, закричал он нечеловеческим голосом. И как будто что-то чёрное прозрачное изо рта Сергея в окно вылетело. За окном после этого загремело, будто раскаты грома во время летней грозы. А Сергея после окончания сеанса холодным потом прошибло, и такую он слабость почувствовал, словно весь день тяжёлые брёвна таскал. После окончания встал он и отряхнулся словно после купания в холодной воде.
– Что это за наваждение со мной случилось? – спросил он.
Матвей его несколько дней у себя подержал, давал ему травы всякие пить, чтобы окреп. А когда он домой засобирался, прочитал над ним заговор на «укрощение злобных сердец»:
«Сажусь в сани, крытые бобрами, и соболями, и куницами. Как лисицы и куницы, бобры и соболи честны и величавы между панами и попами, между миром и селом, так мой нарождённый сын был бы честен и величав между панами и попами, между миром и селом. Еду на гадание, уж погоняет, а сам дюж, у панов и судей полон двор свиней, и я тех свиней переем, Суд судом, век веком! Сею мак. Разыдутся все судьи, а тыя сидят, что меня едят. Меня не съедят; у меня медвежий рот, волчьи губы, свиные зубы. Суд судом, век веком! Кто мой мак будет подбирать, тот на меня будет суд давать. Спрячу я свой мак в железную кладь, а брошу кладь в Океан-море. Океан-море не высыхает, кади моей никто не вынимает, и маку моего никто не подбирает. Суд судом, век веком! Замыкаю зубы и губы злым сердцам, а ключи бросаю в Океан-море, в свою железную кадь. Когда море высохнет, когда мак из кади поедят, тогда мне не бывать. Суд судом, век веком!»
После возвращения в Киев, Сергей сразу подал на развод. Тамара всё ещё продолжала его любить и ждать.


Сообщение отредактировал bragi - Воскресенье, 2022-03-20, 7:10 PM
 
bragiДата: Воскресенье, 2022-03-20, 7:11 PM | Сообщение # 20
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 1303
Статус: Offline
После возвращения в Киев, Сергей сразу подал на развод. Тамара всё ещё продолжала его любить и ждать.
       Но этим дело не кончилось. Стефа на время затаилась, как будто ей всё равно, но на самом деле она продолжала ждать подходящего момента. К ней даже начал свататься, какой-то очень дальний родственник Мокия – Гнат, приехавший в Киев учиться. Сергей исправно платил ей за дочку алименты, а на выходные забирал ребёнка к себе, чтобы Стефа могла устроить свою жизнь и тем самым не мешать ему с Тамарой, которая тоже уже ждала ребёнка. Но, вдруг, в доме начали по ночам являться какие-то звуки. И даже казалось, что какие-то непонятные тени принимавшие вид то кошки, то собаки, а то и свиньи. Вещи начали исчезать, а потом обнаруживаться в других местах, где их никто не укладывал. У Тамары от этих дел едва не случился выкидыш, и скорая помощь увезла в больницу, где её положили на сохранение. Под дверью Серёжина мать обнаружила рассыпанную землю. Она её тут же собрала и высыпала в мусоропровод. Через время под дверью она обнаружила пластилиновую куколку, с булавкой в голове. Она подумала, что её потерял кто-то из детей, и по своему незнанию вынесла её во двор и положила около детской песочницы. После этого у отца Сергея началось удушье и сильные головные боли, хотя он раньше был очень крепким мужчиной. Сергей понял, что это опять работа Стефы. Теперь она принялась за его родных, так как с ним ей было уже труднее справиться. Но на все вопросы она упорно всё отрицала, и говорила, что собирается выходить снова замуж, а чья это работа ей не ведомо. Тамаре в роддом, где она лежала, какой-то неизвестный мужчина передал букет цветов. Она начала задыхаться, и снова чуть выкидыш не случился. Но там, к счастью, работала одна пожилая санитарка, немного в этом деле сведущая. Она быстро взяла этот букет и в ведро мусорное бросила. А после незаметно во дворе его сожгла. Тамаре сразу стало легче. Сергей, после того как навещал свою дочку, приходил домой опять хмурый и снова тянулся к рюмке. Мать Сергея пошла к Стефе домой и спросила:
       – Что желаешь получить в качестве компенсации, чтобы уже оставить в покое нашу семью?
       – Я хочу, чтобы у моей Вики был дома родной отец, а не отчим, – непринуждённо ответила Стефа. – А если не мне, так и никому он не достанется.
       – У него уже есть жена, которая тоже ждёт ребёнка, а к тебе сватается не бедный родственник.
       Но никакие уговоры на Стефу не действовали. Но санитарка, когда мать Тамары пришла её навестить, поведала ей:
       – Квартиру свою обкурите травами, собранными на Маковея, а Стефе дайте умыться водой свечёной, так чтобы это получилось естественно.
       Приходит как-то раз мать Сергея домой и видит, сидит у них в гостях Стефа с маленькой Викой и плачет.
 – Что случилось с тобой Стефания?
 – Сергей меня побил
       – Умывайся – сказала мать Сергея, и плеснула в её заплаканное лицо свечёной воды.
       Как, только Стефа умылась, её лицо начало резко краснеть, а потом неожиданно почернело. Она тотчас же схватив на руки маленькую Вику выскочила из квартиры на улицу.
       Долго она у них в доме не появлялась, только на улице пыталась караулить Сергея. Тамара выписалась из роддома с сыном, которого назвали Матвеем.
       Думали, что на этом все их беды закончатся, но Стефа упорно не хотела от своего отступать. И заметила мать Сергея, что сын её снова хмурый ходит. Ребёнок по ночам сильно кричать начал, словно боится кого, а сказать ещё по малолетству не может. А то, вдруг, кроватка по комнате сама едет, словно кто-то её нарочно толкает. То вдруг посуда из шкафа начинает лететь ни с того, ни с сего. Тамара потихоньку ночью на кухне всхлипывает. А что случилось, никому ни о чём не рассказывает. Сергей начал часто к врачам обращаться, а те у него ничего не находят. Соседи советовали им попа в дом пригласить, чтобы всю квартиру освятил. Мать Тамары к той старой санитарке за советом снова пошла, а та ей ничем помочь в этом не может, мол слабая она, чтобы с такой силой справиться, искать посильнее ведуна надобно. Вот и решили обе матери снова к Матвею за помощью поехать.
       Приехали к нему на этот раз обе матери, а Матвей их у порога встречает:
       – Чего ж так поздно приехали, я вас давно жду. Без меня вам тут и подавно не справиться. Достал он тогда котёл чугунный, набросал в него сухих трав и поджёг их. Из подожжённых трав появилось небольшое пламя. Матвей начал вокруг него кружиться и новые травы подбрасывать, и что-то тихо при этом нашёптывать. Огонь от этих трав начинал вспыхивать, а пламя приобретать какие-то непонятные формы. Потом он сел в изнемождении, и на губах у него появилась пена.
       – Да, нужно видно сжить со свету это гадючье племя, раз другим от них житья нет. Не уживаются пауки в одной банке. Вику, только не бросайте, ежели что случится. Видит Бог, что я этого не хотел, но они меня вынуждают. Вот что. Вы домой поезжайте. В конце вашего двора находится старый колодец. Нужно в него спуститься по ступенькам, и вы обнаружите там большой камень, покрытый мохом от времени. Под этим камнем найдёте некий мешочек. Привезёте его мне сразу, но никому о том не говорите.
       Поехали женщины домой. Пока Тамара с ребёнком гуляла, а Сергей на работе был, пошли обе матери и в колодец по железным ступенькам спустились. И в самом низу, под старым чёрным камнем они увидели, что земля, словно кем-то подкопана. Они лопаткой капнули и видят: там две щепки крестом уложены. А под ним маленький мешочек из холстяной ткани. А в самом мешочке что-то лежит. Они его в сумку свою положили и сразу назад на поезд, чтобы к вечеру к Матвею добраться. Он снова котёл достал, трав лишь ему одному известных набросал и поджёг. Потом начал он с огнём разговаривать на каком-то старославянском наречии, словно кого-то воспитывал. Потом резко бросил этот мешочек в огонь. Раздался оттуда душераздирающий женский крик, прямо до боли знакомый. Но кому он принадлежал, женщины не смогли разобрать.
        – Поезжайте теперь домой, больше вашей семье никто не будет угрожать. Но если появится у ваших молодых желание и возможность переехать в дальние края, не препятствуйте. Это для их же счастливого будущего.
       Приехали обе женщины домой. И видят дома перепуганную маленькую Вику. А Тамаре, трудно сдержать на лице улыбку. И Сергей бодрый ходит, словно после крепкого сна встал на ноги. Оказывается в этот самый час, когда из костра раздался крик, Стефу, которая ничем раньше не болела, схватил сердечный приступ. Гнат вызвал скорую помощь, и она теперь умирает в больнице. К ней сразу приехали Мокий и Ульяна, но ничем помочь не могут. Часы её сочтены. А Мокий сам так резко осунулся, видно, что долго уже не протянет.
       На следующие сутки Стефа представилась. После её похорон Криворуки хотели Вику с собой в деревню забрать и удочерить, пробовали даже запугивать бывших родственников. Но Сергей им не отдал дочку. Тамара не возражала. И мама Сергея занялась своей внучкой. Как говорят, невестки невестками, а внуки наши родные.
       У Аницы в Одессе, тоже счастливая жизнь закончилась. Приехали в Одессу дети Мокия от первой жены – Маричка и Иванко.  У Аницы они на первое время остановились. Квартира у неё хорошая была. Аница с ними вначале по хорошему, по родственному пробовала дело иметь, в училище мореходное устроила обоих. И они тогда в общежитие на Дидрхсона перебрались. Но у них своя цель была. Хотели они ей отомстить за то, что её мать их отца увела, и пришлось им под неусыпным взглядом злых соседей без отца расти.
       Когда оба мореходное училище окончили и плавать начали, так и начали они ей свои коготки показывать. Маричка пыталась до мужа Аницы добраться. Поведывала ему вначале о её шашнях во время его рейса, хотя в этом было больше её собственного вымысла, чем правды. Но для достижения её цели, которую она перед собой поставила, она никакими средствами не гнушалась, включая и свои колдовские чары. А он, напичканный чарами Аницы, не выдержал. Выпивать начал, чтобы уйти в своём пьяном угаре в небытиё от всего. Его тогда с корабля списали. И однажды, напившись до чёртиков со своими собутыльниками, упал с шестого этажа и скончался в больнице. Осталась Аница вдовой, с двумя детьми на руках. И началась у неё с Маричкой война не на жизнь, а на смерть. Мокий приезжал, пробовал обеих дочек утихомирить, но они как собаки из-за кости грызлись. Тогда они с Ульяной решили свой дом большой и машину продать, а сами себе далеко за селом одну времяночку присмотрели, которую Мокий тоже потом достраивать собрался. Деньги от продажи он между дочерьми разделил. Маричка на эти деньги себе небольшой домишко на Слободке приобрела. А Аница квартиру свою с доплатой на дом в Чубаевке обменяла. Теперь, когда она вдовой осталась, а дети к достатку привыкли, ей нужен был свой сад и огород. А к крестьянской работе она привычная была. 
       Иванко тоже долго на свете не прожил. Вначале он плавал и всё хорошо у него шло. Но потом вдруг тоже запил, и однажды после сильного запоя нашли его утром повешенным в квартире, которую он снимал. Поговаривали, что во время рейса, он сильно повздорил с одним матросом, и во время ссоры сбросил последнего в море. А потом душа покойного не давала ему спокойно жить на этом свете и довела до самоубийства.
       Смерть любимой дочери, а потом и сына Мокий не мог пережить и в скором времени преставился. А Ульяна осталась жить в этой недостроенной времянке. Она потеряла весь интерес к обычной жизни, и теперь жила и шла только своей собственной колдовской стезёй. Клиенты к ней продолжали ещё наведываться, и она материально не нуждалась.  Даже могла иногда помогать Анице. К Вике её близко не подпускали. Да и Вика по малолетству мало-помалу всех прежних родственников начинала забывать, твёрдо уверенная, что Тамара её родная мама. Братика своего Матвея она очень любит. Но, она пока ещё не знает, каким сильным даром её природа наделила. Но, может быть, подрастёт и сама во всём разберётся. Может даже применит этот дар для хороших дел. А когда брат Тамары, защитив докторскую диссертацию, выиграл Грин карту, то он вписал туда и свою сестру с мужем, детьми и родителями. Тогда они довольные и счастливые переехали в США. 
       – Бабушка, а почему Ульяна Криворучка меня к себе в гости приглашала, если она такая злая, – спросила Кристина.
       – Не знаю и не ведаю, что у неё сейчас на уме, может быть, подобрела к старости, а, может, думает, что вы чего-то о Вике слыхивали и ей поведаете. Вообще говоря, от таких людей лучше держаться подальше и не заводить с ними никакой дружбы. Но мазь её Кешке может помочь. Вот единственно, что я за ней хорошее помню, так это что животных она любит, и каждому раненому зверю помочь готова бескорыстно. А может в Кешке она чью-то загубленную душу углядела, которая свой срок на земле не отбыла, и теперь в теле какой-нибудь живой твари доживает. – ответила Елизавета Сергеевна. – А теперь пойдёмте домой, ужинать и спать. А завтра пойдём к нашему пасечнику, он вам больше всяких диковинных историй расскажет.
 
  • Страница 1 из 2
  • 1
  • 2
  • »
Поиск:


Друзья! Вы оказались на борту сказочного космолёта
"Галактический Ковчег" - это проект сотворчества мастеров
НАУКА-ИСКУССТВО-СКАЗКИ.
Наши мастерские открыты гостям и новым участникам,
Посольские залы приветствуют сотворческие проекты.
Мы за воплощение Мечты и Сказок в Жизни!
Присоединяйтесь к участию. - Гостям первые шаги
                                                   
Избранные коллекции сотворчества на сайте и главное Меню
***Царства Мудрости. Поэма атомов
.. на форуме  на сайте

Все Проекты Библиотеки.
 Сборники проектов

Город Мастеров

Галактический Университет

Главная страница
Все палубы Форума 
Главный зал Библиотеки
Традиции Галактического Ковчега тут! . . ... ......
..

Лучшие Авторы полугодия: Просперо, Constanta, ivanov_v, Натья, Въедливый, bragi
Самые активные издатели: ivanov_v, Шахерезада
....... - .. Раздел: Наши Пиры - Вход _ИМЕНА Авторов -Вход ...
Хостинг от uCoz

В  главный зал Библиотеки Ковчега