Людмила Козлова

Из книги:

К–875   Л.Козлова. -«Хрустальный клубок». - Повествование в рассказах  и размышлениях. -г.Бийск.- 2006 г.- 281 с.

	Козлова Людмила Максимовна – Член Союза писателей России,  лауреат многих краевых литературных премий, в том числе - им. В.М. Шукшина,  премии Славянского общества, премии Алтайского края в области литературы,  лауреат Первого международного литературного конкурса им.С.В.Михалкова.

ББК 84 (2 Рос-Рус) 6-4
ISBN 978-5-87643-125-7

© Козлова Л.М.

			© Издательский Дом «Бия»

Редактор и рецензент Николаев Н.М

ОГЛАВЛЕНИЕ:

Ночь дракона ..........3

Чистая зона..............12

НОЧЬ   ДРАКОНА
************************

1.
        	Улицы  сияли   от   огней    бесчисленных  новогодних  ёлок.  Световая  реклама  под  Новый  Год  приобрела  волшебный  размах   и  фантастический  вид. Голые  деревья возле домов и офисов ,  увешанные   гирляндами,   странно  ожили, словно  наступило  какое-то   марсианское  лето.  Казалось,  что  деревья    зацвели  горячими  цветами   и вот-вот  заполыхают  огненными  плодами. Что-то  райское  и  одновременно адское  чудилось в этой  вакханалии   света  в  сочетании  со  снегом  и  гулом  большого  города.
      	На  Площади  Славы   серебристый,  устремлённый  в   ночное  небо  монумент ,  был  похож  на  огромную живую  стрелу . А   справа  ясно  выступала   из  тьмы,  словно  узорный  пряник,  недостроенная   православная церковь. За ними стояла густая темнота,  и  воображение  чувствовало   в ней   спящую  подо льдом   декабрьскую    Волгу.
     	Эйде ехала  дальше. Ей  придётся добраться через  весь  ночной  новогодний  город    до  старого  центра.   Теперь она  будет  обитать  там  - на    пересечении   улиц  Чапаевской  и  Ленинградской.   Больная  тётка, у  которой  жила  Эйде,  решила  остаться  одна, совершенно  не  интересуясь,  куда  при  этом  пойдёт  её  племянница.
	Эйде   с  большим  трудом    сняла  квартиру  за  самую  маленькую  оплату,  какая  только  была  возможна в этом большом городе. Квартира обнаружилась в старом,  если не сказать, древнем   кирпичном  доме -   маленькая  кухня  и  крошечная  комнатка .  Два  окна выходили в узкий  внутренний  дворик. Но Эйде была счастлива, когда перешла  туда, не  смотря  на  то,  что  квартиру  ей сдали  только на три месяца.. Не  смотря   на   то,  что  она осталась без работы и без денег. Эйде уже  привыкла радоваться тому, что  у  неё  есть  сегодня.
2.
    	Трамвай деловито  катился  по  сверкающим  рельсам, следуя их жёсткой указке. Скользили мимо фантастические образы новогоднего  вечера  - огни  и  гастрономические  картины   рекламы ,  Деды Морозы, Снегурочки, Зайцы, Медведи. Проплыл мимо   красный  "Амадей"  на  тёмно-синем  фоне  - какой-то салон одежды, жёлто-коричневый  верблюд с гигантской  надписью  "Кэмел".  Трамвай  хрипло  сказал : "Остановка  Ленинградская".   Эйде   вышла  на   кипящую  жизнью  улицу.   
        	Шёл  снег,  размазывая   и рассеивая все  световые картинки. Голубой, красный, синий,  зелёный свет ореолом висел над каждым углом,   над каждой дверью магазинов, киосками и  светофорами. На улице Ленинградской гудела  вечная ярмарка. Сегодня, в Новогодний вечер  ярмарка не  ушла с  улицы,  как  в обычные  рабочие  дни. Наоборот  -  всё  сияло,   гудело,  двигалось,  торговало  и  покупало.  
         	Мишура,  маски,  костюмы,  хот-доги,  чебуреки, шашлыки -   пар,  дым,  голоса.   Упитанные  парни  с  кирпичными   лицами   - скупщики  золота  и   долларов.
        	Эйде медленно шла между рядами   фруктов,   конфет,  тортов,  шуб, курток,  и  ей  казалось,   что  она  попала    на  сказочный  праздник   жизни.  Так  оно и  было. Эта ярмарка - полная  противоположность  мёртвой  квартире её тётки.  Как давно Эйде не  была  среди  живых  нормальных  и здоровых людей! Как хорошо вот так,    фантастической ночью перед  самым  Новым  Годом  бродить здесь, среди огней под медленным  снегопадом! 
3.
       	Эйде  зашла  в  своё  новое  жилище,  попила  кофе,  погрелась. Решила послушать радио  и  потом  снова пойти бродить  в  снегопаде  среди   торговых  рядов  ярмарки, дойти до большой ёлки на  площади     Революции.
      	Она прилегла на кровать в полутьме, слушала радио  и смотрела  в  светящиеся  уличным   рассеянным  светом  окна.
	Где-то , наверное  в  парке  имени Горького  или   на  улице  Высоцкого,    полетели  в  ночное  небо цветные  ракеты, начался  салют. Небо   раскрасилось  в  невероятные живые тона,  то  ярко  вспыхивающие,  то   гаснущие.  
    	По  радио  шёл  новогодний  концерт.  Время  приближалось к  полуночи.  Эйде  не  заметила,  как  уснула.  Впервые,  находясь  в   этом  чужом  городе,  совершенно  одна, без   работы,  без денег, не зная,   что  с  ней  будет  завтра,  она  уснула   абсолютно  счастливая  и спокойная.  А тем временем к  планете  уже  вплотную приблизился 2000 год   - Год   Дракона.
                                                 4.  
      	Эйде услышала стук в дверь. Она   спросила: "Кто  там?"  "Свои!"  -  ответили  ей  уверенно.   Эйде  подумала, что это хозяин квартиры -  возможно шёл мимо и решил зайти.   Открыв  дверь,  она  увидела   Дракона.
      	-Вы  кто? -  спросила  она.
      	-А  вы не  видите?  -  удивился   Дракон
     	- Нет, я понимаю,  что  вы   Дракон.  Но  всё же,  кто  вы?
      	-Разрешите  мне  войти в  ваше  жилище. Я, знаете  ли, замёрз  и  хочу  выпить  кофе.
     	- Да, - сказала  Эйде. - Конечно.
       	Дракон прошёл  в  крошечную  кухню.  Они уселись на  табуретки.  Эйде  зажгла  газовую  плиту и  поставила  чайник на голубое пламя. Они сидели  в  полутьме, слушая,  как  заговорила   вода  на  огне  и  наблюдали яркие вспышки салюта  в окнах.  Потом  пили  кофе.  В это  время  по  радио  раздался  бой  курантов.  Дракон  встал,  взял  Эйде  за  руку,   и  вытащил из-за спины новогодний кулёк с    конфетами. 
    	-С  Новым  Годом! -  сказал  он.
    	- С Новым  счастьем! -  отозвалась  Эйде.
     	Они  разложили  конфеты  в  две  маленькие  вазы. Цветные  обёртки  на  конфетах  вспыхивали   вместе  с  салютом  и,  казалось,  звенели тихим  хрустальным  звоном.
      	Дракон  и  Эйде  ели  конфеты,  слушали   ночной  концерт  по радио,  снова  пили  кофе.  Потом  Дракон  предложил  ей  погадать.  Какой  же  Новый  Год  без  гадания!
     	Он разгладил рукой ладонь Эйде,  внимательно  посмотрел  на   рисунок  линий  и  сказал :"Этот  год  - ваш! Вам  очень  повезёт.  Тётка  оставит  вам  наследство – свою  квартиру. Но  вы  должны  её  продать  и все  деньги   отдать  сыну.   Себе  купите  только  такое  же маленькое,  как  это, жилище. И  больше не берите  н и ч е го!   Это говорю вам я, Дракон. Я  специально  прилетел  на  Землю,  чтобы  сказать  вам это"
       	- Какой  вы  шутник! -  смеялась  Эйде.  Она  и не  ожидала,  что  встретит  Новый  Год  с  таким  милым гостем. Сын Эйде был  рождён  в  1976  году.  Это тоже был Год Дракона. И так странно и  хорошо,  что   сейчас  рядом  с  ней  не кто-то иной, а именно Дракон, на  крыльях  которого  и  прилетел   на  Землю её  сын.  
      	- А, может быть, моя злая тётка  выздоровеет? -  сказала  Эйде,  ведь она  не желала  плохого  одинокой   старушке, хотя  та  издевалась  над   ней,  как  мачеха  над  Золушкой.
      	- Всё  м о ж е т  быть,  но  сбудется  лишь  то,  что  записано в  Книге Жизни, - улыбаясь.  ответил  Дракон. 
5.
     	Эйде проснулась,  когда  по  радио  раздался  бой  курантов.  Серебристый  Дракон  с  маленьким  крылышками,  как  живой,  всё  ещё   улыбался  в  её   нерассеявшемся сне. Сон и явь как-то  перепутались,  и  Эйде никак не могла отогнать ощущение  реальности  Дракона.
     	-Я  чуть не  проспала Новый  Год! -  сказала  она  вслух.  Быстро  оделась  и  через  узкий  дворик  выбралась на улицу Ленинградскую. Ярмарка  заметно поредела -  торговцы и покупатели  отправились  встречать Новый Год по  домам. Но  многие продолжали торговать. И  толпы  любителей  ночной  ярмарки, салюта  и   встречи  Нового  Года  на  праздничной  улице кричали  уже  пьяными  голосами : "Ура!  Новый  Год! С  Новым Годом! С  Новым счастьем!"
     	Эйде перешла на улицу Куйбышева и  отправилась  на  площадь  Революции.   Там  сияла  гирляндами  большая  ёлка – огни  бежали,  образуя  сложные  орнаменты,  высвечивая  звёзды,  круги,  силуэты  Деда  Мороза  и Снегурочки. Люди  гуляли  около  ёлки,  кто  парами,  кто  группами,  кто в  одиночку -  кому  как  нравилось, у  кого  как  получалось.
      	Эйде  прошлась  вокруг  ёлки.  Она  была одна,  но  не ощущала себя  одинокой.   Все,  кто  пришёл в  этот  час  на  площадь,  являли собой единое целое - живой коллектив, рождённый  желанием   вместе  войти  в  Новый  Год.
     	Ей было хорошо среди людей. Ей было хорошо в  медленном  снегопаде этой  ночи  -  ночи  Дракона. Потом, когда люди уже стали  расходиться, Эйде тоже пошла домой.  Ленинградская  улица   уже  опустела. Ярмарка  кончилась,  палатки  разобрали  и  унесли.  
     	Но  Эйде  было хорошо  и на  пустынной  улице.  Она  ловила  ладонью  снежинки, ощущая  их  холодные  прикосновения   и  странное  родство   с  ними – красивыми,  летучими  и  мгновенно  исчезающими.
6.
      	Подойдя к дому, она заметила на  ступеньках что-то серебристое – наверное,    уронили  мишуру.  Она  подняла это  что-то,  но  не смогла  рассмотреть   в  темноте.  
     	Открыла дверь ключом, вошла и  посмотрела  на  серебристый  предмет  в  руках.  Это была  шкурка  Дракона с  маленьким  крылышками.
     	Долго сидела  Эйде  в  раздумье  и  не  могла  понять, что же случилось сегодня, в  ночь   Дракона.  

     	Но  слова  её  ночного  гостя  сбылись. Всё  произошло  именно  так,  как  он  и  сказал.  И  это  маленькое  жилище,  где  Эйде  была  так счастлива,  словно  перекочевало  следом  за  ней   в  Сибирь,  куда  ей  пришлось  уехать.  Шкурку  Дракона  с  маленькими  крылышками   она  хранит и  доныне.

ЧИСТАЯ   ЗОНА
********************

1.
         	С тяжёлым  сердцем  вышла Эхо на  лестницу.   Постояла  немного  и  стала  спускаться.   Она  ничем  не  могла  помочь  своей  умирающей  родственнице,  разве  только тем,  что   брала  на  себя   каждый  день  её  больные  излучения.  Эта  чернота,  которая  всё  сгущалась и  сгущалась,   действовала  как настоящая  чёрная  дыра,  затягивая   в  себя   весь  окружающий  мир. Так  влияло  на  больного  человека   безбожие, тот  самый  атеизм, в  котором   выросло  почти   всё  старшее  поколение.
        	Эхо чувствовала, что нечто, совершенно осязаемое,  обволакивает  её,  утяжеляя  всё,  вплоть  до походки. Побыв рядом с умирающей, Эхо   почти заболевала. Она понимала,  что   нужен  Свет,  иначе   просто не  вывезти   этот  чёрный  воз.
      	На улице  начиналось  лето – полетел   пух  с  тополей. Белые создания висели в густом,  пышущем  тополиным  ароматом  воздухе, и  при  движении  следовали  по  пятам  за  каждым  идущим,  словно   маленькие   пушистые  летучие  щенки  или  котята.  
	Эхо  произвела целую бурю в стане  летучих  котят – она  стремительно  двинулась  к  остановке  трамвая. Не зная,  куда  поедет,  твёрдо решила,  что  как  можно  дальше  от  этого  мрачного дома.  Что-то подсказывало  ей   -  вдали  от умирающей  станет  легче.
2.
     	Подошёл тринадцатый номер. "Это  ничего,  что тринадцатый," -  подумала Эхо, - проеду  на нём  немного  и выйду". Она вошла в этот голубой  тринадцатый ,  села  на одиночное  сидение и  стала  смотреть в окно. Трамвай  легко катился по  рельсам  -  всё  под  горку да  под  горку.  Мелькали здания,  потом  - пустырь с  ярко-зелёной  молодой  травой. Слева показалась какая-то трамвайная линия,  уходящая почти точно  на  юг  между громадами  жилых  многоэтажек.  Эхо  плохо  знала  город, но  поняла,  что в  этом  направлении  ещё  ни  разу  не ездила.  Она   вышла   из   голубого  тринадцатого  и  двинулась  к  этой  неизвестной  линии.
       	Вскоре подкатил седьмой трамвай.    "Седьмой – это просто отлично! – сказала  себе Эхо. – Это то,  что надо!"  Семь – не просто  хорошее,  но  сказочное  число. Теперь  Эхо  знала,  что  выбрала  правильный  путь. 
                                           3.  
	Трамвай споро бежал  между цветных   длинных  домов, перебирался  через  перекрёстки, гремел и качался на стыках рельсов. Вот он  перебрался  через широкий  проспект  под  громким  названием Московское  Шоссе  и  покатил    заметно   вниз -  под  уклон.
      	 Да,  Эхо ещё не  была  в  этой  части  города.  
      	-Остановка Солнечная, - чётко и с удовольствием выговаривая слова, объявил женский  голос. 
       	-Это моя остановка, - подумала Эхо.- Именно здесь  я  должна  выйти.  
      	Она не знала, почему  з д е с ь,  но  повиновалась   своему  инстинкту.  Седьмой  номер , уже  почти пустой,  повернул направо  и  укатил   в  неизвестное. Эхо  перешла  улицу, это  была  Ново-Садовая, и оказалась  высоко  над   буйно-зелёными, уходящими  круто  под гору  новыми  кварталами. Наверное это  и  была  улица  Солнечная. Она  раскинулась вдоль берега Волги, но в  значительном отдалении  от  самой  реки.          
	Эхо взяла несколько влево и стала спускаться к предполагаемой  Солнечной  улице  по  петляющей  между  деревьями  тропинке. Тропинка  уводила всё ниже и левее и, наконец, Эхо   оказалась   в самом  низу, действительно, на  улице  Солнечной. Об этом ей сообщила  табличка на красивой    высотке,  обращённой  фасадом  к  далёкой  сине-сиреневой  Волге.
4.
      	Улица полностью соответствовала своему названию. Просторы  Волги с  одной  стороны,  цветные  многоэтажки, карабкающиеся  в  зелёных массивах  на гору -  с  другой,  ветер, солнце, летящие  облака – всё  укладывалось в название Солнечная. Даже погода сегодня словно  специально  подобрана для  этой  улицы.
     	Эхо  медленно  пошла  навстречу летящим  белым облакам  по  тёплому  асфальту  тротуара. Зелёные  дикие  заросли  слева,  в пойме Волги,  время  от времени  словно  накатывали на  асфальт  ароматами  трав  и  кустарников. Пышная  полынь  росла вдоль тротуара. Пахло рекой и степью  одновременно.  Эхо  чувствовала,  что  всё  чёрное, посаженное  на неё  больной  родственницей,  стало  как бы отлетать прочь  и , наконец,  исчезло  совсем.
      	Эхо уже   не  шла, а  летела – так легко было ей после стольких тяжёлых дней в мрачной  квартире больной. Летело ей навстречу  ясное  синее  небо,  белые  облака, словно посланцы  из  другого, светлого  мира – мира  Жизни, Веры  и Надежды.  Это  было  Чудо. Что же  ещё!   
     	Вот  почему  я  вышла на  этой  остановке   - здесь  Чистая  Зона.  Тут  снимается  с  человека  всё  негативное. Не важно, что причиной этому,  главное - получаешь  облегчение,  как  на  исповеди. 
                                              5.
       	На взбегающей в горку зелени Эхо  заметила ярко-малиновые  узорчатые  маленькие   цветы  на  вьющихся  стеблях.  Это было так  красиво,  что  она остановилась, не в силах  оторвать взгляд от  живого  чуда. "Словно  Дар Бога, – подумала  она. - Именно  - Дар  Бога".
     	Эхо наклонилась и  ощутила  тонкий–тонкий  аромат свежести и забытого мира степных просторов. Не удержавшись, погладила цветы,  словно  это  были  дети  или  живая  иконка.
     	Улица  Солнечная,  пустынная,  просторная,  полная  Света,  вела  Эхо   вдоль  берега  Волги, которая далеко-далеко  за  дикими  кустарниками  поймы  сверкала  то  голубым,  то тёмно-синим, то  серебристым своим телом. И Эхо всё время  чувствовала ту Чистоту, которая освящала  пространство  около земли  и  выше,  чистила  небо над  головой,  многоэтажные  дома,  воздух,  травы  и  её, ещё  недавно  придавленную  к  земле  чёрным  безбожным   грузом  чужой  болезни.   
6.
      	Эхо  дошла  до  места,  где  в Солнечную  упиралась,  словно падающая сверху, с горы,  другая, перпендикулярная  ей  улица.  И тут  она  увидела Лик Христа. Иисус смотрел  на  неё  своими   всепрощающими глазами сверху, из-под купола маленькой  церковки. Эхо замерла на месте, наконец, поняв, откуда шла эта мощная  очищающая  Сила.
     	-Господи! Благодарю  тебя  за помощь Твою! За то,  что не  оставил  меня одну в  минуту  тяжести  и   мрака.
        	Церковь  стояла  одиноко,  людей  возле  неё  не было так же,  как   и  на   улице  Солнечной.   Эхо  присела  на лавочку которая  стояла  в отдалении,  но прямо напротив Лика  Иисуса. Впервые  в   жизни  она  поняла,  что такое Божья б л а г о д а т ь. Когда Эхо  встала  со  скамейки,  она  была  другим  человеком  -  полным   Света  и  Силы Жизни.
     	Поднявшись   вверх, она  увидела  большой  мраморный крест на  пьедестале. На  его  наклонной  плоскости  сверкала под  солнцем  золотая  надпись   - старославянская  вязь  букв.
       	На  этом  месте  ещё в начале века  был скит  Иоанна Предтечи, служители которого погибли  во  времена  Гражданской  войны.  Надпись  сообщала их  имена.  Эти  люди  и  после  смерти  служили  Богу, охраняя  и  освящая  Храм  и  пространство  вокруг  него.

***