Согласно одной из запрещённых церковью притч Льва Толстого. Саму притчу почитать можно вот здесь http://www.cityofgod.org/library....5557778

На острове, от мира удалённом
Три старца коротали свой удел.
Молва о них прошла в краю окольном,
Не малый одолев водораздел.
И слух достиг ушей архиерея,
В тех водах проплывавшего как раз,
Перечить капитан ему не смея,
На остров повернуть отдал приказ.
Три старца. Держат за руки друг друга.
Склонились в пояс гостю. Все седы.
За ними земляная их лачуга
Ютится чуть подальше от воды.
И старцев поприветствовав радушных,
С теплом архиерей их вопрошал,
Молитвою какой за хлеб насущный
Вершат Богослуженья ритуал?
- "О том, увы, не ведаем, не знаем,
Себе лишь служим денно каждый час,
Молитва наша краткая простая:
"Вас трое, трое нас, помилуй нас."
Учил архиерей молитвы слову,
Дотошно, "Отче наш...", что было сил
Он вторил терпеливо вновь и снова,
Покуда каждый всё не зазубрил.
И с чувством преисполненного долга
Отшельников покинул. За бортом
Виднелся островок ещё не долго...
Мерцал лишь месяц в зеркале морском.
Его преосвещенство, в море глядя
В раздумьях был. И в месячной тропе
Увидел вдруг... бегут по водной глади
Три старца... Обомлел... Оторопел...
- "Забыли мы, увы, твоё ученье,-
Сказали, поровнявшись с кораблём,-
Будь добр, преподай нам повторенье,
Хотим молиться верно все втроём."
Дар речи по немногу обретая,
Крестя себя, дрожа, промолвил им:
- "Не мне учить. И ваша долетает."
И в пояс поклонился всем троим.

Усталость. Вечер. Свечи. Кресло. Кофе.
Глоток.Тепло по жилам. Тишина.
В исписанный листок дневной Голгофы
Вот-вот поставит точку ангел сна.
И где-то на других волнах вселенной,
Разбуженный лучом иных светил
Потянется, зевнув, двойник нетленный,
Сказав, быть может: -"Кофе вкусным был".

А раньше я тебя не понимал
И в огненных порывах сомневался,
Играл, самодовольно предавал,
Страстями низкой пробы упивался...
А что теперь?! Мою колоду карт
Судьба-цыганка перетусовала,
Исчез страстей дурманящий азарт,
Сомнений скорпион утратил жало.
И взвешены на времени весах
И сверены на огненности шкалах
Значения нетленности в вещах
В бесценного с нестоящим межграньях.
И понял я, что самый ценный дар
Со мной, слепцом, и днём и ночью рядом,
Кривые зеркала беспутных чар
Рассыпались под новым сердца взглядом.
Прощения банальные слова
Сгорают в глубине, едва родившись,
К рукам твоим склонится голова,
Я знаю, и без слов ты всё услышишь...
Обнимешь. Торопливая слеза
Сверкнёт на миг сгорающей звездою,
Желание моё - твои глаза,
Единственные. Верные. Со мною.

А вокруг суета сует
Нарезает морщинки лет,
А внутри еле слышный стук -
Тук-тук, тук-тук...
Мы шагаем тропой земной
За мечты путевой звездой,
И поёт самый верный друг -
Тук-тук, тук-тук...
Чудо-птицу грудная клеть
Заставляет о воле петь
И под каждой мозолькой рук -
Тук-тук, тук-тук...
Не направит никто иной,
Ни цыганка, ни близкий твой,
Только этот небесный звук -
Тук-тук, тук-тук...
Суета - это лишь кино,
Роли разные, правда, но,
Мириады сердец вокруг -
Тук-тук, тук-тук...
И для птиц наступает час,
На землёй поднимают нас,
По спирали на новый круг -
Тук-тук, тук-тук...

Прозрение. Огня и сердца плод.
Прозревшие невольно замолкают,
Проникнув в глубину причинных вод,
Что корни древа следствий омывают.
Прозрения насильно не зови,
Слабо крыло "сырой" метаморфозы,
Терпенье - одеяние любви,
Терпенье - белый лист под серой прозой.
Столетие слепых поводырей
Вздымает в небо карточные замки,
Клондайков рай тушителей огней...
А кто мы без огня?! ...самцы да самки...

В Лунную дорожку сотворчества Поэтов добавлена эта волшебная работа

А ведь всё, по сути дел, гораздо проще, -
Копошатся с головой в "земном" кроты,
На бескрылых - половинчатая ноша,
Только птицы не боятся высоты.
Наслаждается землёй слепое племя,
На бескрылых комплекс выбора повис,
А крылатые склевав земное семя,
Покоряют голубую неба высь.
Расскажи кротам о небе, - посмеются,
О земле поведай птицам, - улетят,
А бескрылые за правды всё дерутся,
Между небом и землёй - ни "под", ни "над".

МгновениЯ,

Мы все подобны жемчугу в ракушках
На дне морском…
А здесь - мы на Пиру!
Вон перламутром светится подружка,
Спиралью мысли друг ведет Игру.

Друзья мои по берегу земному,
Друзья по звездной россыпи в веках,
Вы – счастие мое, Вы – грани Бога,
Хвала Творцу! Иисус, Будда, Аллах!
В вас столько искрометного веселья
И столько бесконечной глубины,
И трезвости, и сладости похмелья
Души, что смотрит призрачные сны…

Вы якорь на земле мой и отрада,
Вы странные, как в храме зеркала,
Мне большего от жизни и не надо,
Чем видеть вас!
О, если б я могла…
Быть светом звезд иль солнышка лучами,
Быть хлебом или воздухом для вас,
Быть нежностью, волшебными ночами,
Талантом вашим, светом ваших глаз,

И временами года и мгновеньем…
Путями, что вас к сказке приведут,
Уверенностью, верой и сомненьем,
Невидимым дыханием минут…

О, если б я могла не проявляться
Воочию, но музыкой звучать
И с ароматом времени сливаться,
Сорвав запрета небыли печать…

То жизнь свою я назвала б счастливой
И вечною!
А в царствии земном
Я б горным эхом, речкой говорливой
Напоминала б тихо об ином…

И хвойным духом стала б на Былине,
И стражем сей безмерной Красоты,
В кольчуге, незаметной паутине,
В росе хранила б море чистоты…

Просторний зал. Котёл с горячим супом.
Толпа с большими ложками вокруг.
Возня и толкотня в угаре грубом.
Гримассы. Драки. Стоны. Локти рук.
Черпают, вырывая друг у друга,
Иному не уступят, не простят.
Ожоги. Голод. Жадность. Ярость. Ругань.
За занавесо голос: - "Это - ад."

Подобный зал. Котёл и суп такой же.
Упитанные парочки сидят.
По парам у котла. Иные в ложах.
Улыбки. Смех. Радушья аромат.
Друг другу насыщаться помогая,
Из нежных рук вкушают вкусный пай.
Котла всегда на всех с лихвой хватает.
За занавесом голос: - "Это - рай."

Сидел слепой на здания ступенях
С табличкою: - "Пожертвуйте слепцу."
И день уже поглядывал к концу,
А в шляпе только слёз благотворенье.

Подбросив в шляпу несколько монет,
Один доброжелательный прохожий
Нашкрябал на табличке что-то тоже,
Что в корне изменило весь сюжет.

К земле клонилось солнышко всё ниже,
С деньгами полной шляпою слепой
Гадал над благодательной строкой:
- "Весна вокруг, но я её не вижу."

Из тысячи колёс мне подойдёт лишь то,
Что даст свободу, выведет к судьбе.
Но в центре колеса не может быть никто.
Лишь Ты, Господь. И я молюсь тебе.

Из множества ветвей я выберу лишь ту,
Что посохом мне станет на пути.
Во мгле и на свету я не одну версту
Готов пройти, но Ты мне посвети.

Порыв души к Нему – высокая волна,
Но телом я внизу барахтаюсь, как краб.
Из всех Царей Один, и власть Его одна.
Он даже сам своих законов раб.

И пятки моих ног, и краешек звезды
Он омывает равною волной.
По колее одной ведут одни бразды,
И в том секрет гармонии земной.

Всё есть и всё дано, при том давным -давно:
Рецепт бессмертия, Программа бытия.
Случится только то, чему быть суждено.
Вновь Еву соблазнит коварная змея.

Мне надо вспомнить всё, все прошлые века.
Опомниться. Всего –то мир –коллаж.
и в паттерне небес - лес, горы и река-
Для опытного путника - мираж.

И насмерть бьётся он за ту же высоту,
Берёт её по многу – многу раз.
Но прячет горизонт заветную черту,
Что так манила, раздражала глаз.

Из всех смертей я ту легко принять хочу,
Которая бессмертию близка.
Забыв привычки тел, сорвавшись, улечу
И помашу вам ручкой свысока.

Не знаю, нужно ли это мне -
Думать о завтрашнем дне.
И из дней ли жизнь соткана
Или наши дела как канва?

Не знаю, нужно ли это мне -
Думать о двери в стене.
И за дверью ли тот, кто нас
Выручает в положенный час?

Не знаю, нужно ли это мне -
Строить свой дом на Земле.
И моя ли она земля
Иль карета в родные края?

А если Земля наша и то, и другое вместе! Единый Галактический Ковчег, который мы строим сотворчеством... и на котором совершаем полет к звездам.

Майя, это стихотворение просто великолепно! Спасибо!!

Есть Бездна… такая… глубокая тьма,
Влетев, не уйти из нее, не вернуться,
Кричи, не кричи, звук проглотит сама,
Смотри, не узришь, времена разомкнутся…

А Бездна та - ты! Это сущность твоя!
Не веришь - проверь, когда сам погрузишься
В себя! И поймешь - нет здесь дня,
И ночи, и дна, и границ…
Только мчишься
Со скоростью
Света!
Во тьму
Бы-ти-я,
И света быстрее…
В кристалл безвременья!
Не смей сомневаться в себе, ведь нельзя
На миг задержать это чудо мгновенья…

И в этот волшебный момент ты успей
Воскликнуть душою - о, Бездна, прими
Мой мир, и затем полной чашей испей
Всю тьму… и в себе эту тьму… раствори!

Потом… как сумеешь ты вспомнить Себя
Сияющим солнцем во Храме души,
Тогда лишь ты дело свое и сверши,
Зажги сотни звезд в недрах Бездны огня.

Есть Бездна златая, одна во Вселенной,
Границ нет и даже начал у нее…
Ты сам… эта Бездна, живущая пленной
Невольницей, ждущей спасенье свое.