3.

Сын человека!
Я в предвечности Своей
И в бесконечном бытии к тебе Любовь
Храню надежно, проявляя вновь и вновь
В тебе Мой образ. Воскрешаю Я людей.

Где клад бесценный, сокровенный,
Там скрыто золото Вселенной,
Одна монетка у тебя,
Храню надежно тайно Я...

Я в неге туч малиновых,
Рождающих зарю,
В ладонях исполиновых
Я звёздами горю.
В легендах и мистериях
Мой дом родной отлит,
Я вера в суевериях,
Творящий мир пиит...
Во мне былин сказания,
И царства, и страна
Гипербореи Знания –
Русь - Золото Руна…

Услышь Меня, о Человек!
Чело, не долог Темный Век,
Я Книгу Жизни приоткрою,
И новый МИР Любви построю...

Я – твоя надежда, вера и печали,
И любовь, что скрыта тайною в миру,
И твоя разлука, сказки доброй дали,
Я – свеченье мысли, мёд я на пиру.

Миф  – это еще не последний предел, последний есть откровение  – пустота или бытие по ту сторону категорий  –  небытие, в которое разум должен сам погрузиться и раствориться в нем. Следовательно, и Бог и боги представляют собой лишь надлежащие средства  –  будучи сами по себе той же природы, что и весь мир форм и имен, но выражая невыразимое и будучи предельно соотнесенными с ним. Они являются просто символами приводящими в движение и пробуждающими дух и зовущими его по ту сторону самих себя.

Подобное видение описывается и в апокрифическом Евангелии Евы. «Я стояла на высокой горе и увидела огромного мужчину и другого  –  карлика; и я услышала как бы глас грома и подошла ближе, чтобы слышать; и Он заговорил ко мне и сказал: Я есть ты, и ты есть Я; и где бы ты ни была, там есть и Я.Я рассеян во всем, и когда бы ты ни пожелала, ты вбираешь Меня, и, вбирая Меня, ты вбираешь Себя»

Эта же идея часто выражается в Упанишадах; то есть «это я отдает себя тому я, то я отдает себя этому я. Таким образом они обретают друг друга. В этой форме оно познает тот мир, в той форме оно воспринимает этот мир» (Aitareya Aranyaka, 2. 3. 7). Мистикам ислама это также известно: «Тридцать лет всевышний Бог был моим зеркалом, теперь я  –  сам себе зеркало; то есть тем, кем я был, я уже не являюсь, всевышний Бог – его собственное зеркало. Я говорю, что я  –  свое собственное зеркало; ибо моими устами говорит Бог, я исчез».