Четверг, 2017-10-19, 0:56 AM
О проекте Регистрация Вход
Hello, Странник ГалактикиRSS

.
Авторы Сказки_ Библиотека_ Помощь Пиры [ Ваши темы. Новые сообщения · Правила- ПОИСК •]

Страница 1 из 212»
Модератор форума: milogik, Въедливый 
Галактический Ковчег » ___Мастерские Ковчега » Галактический Университет » Научна ли "научная картина мира" (к статье Тростникова Виктора Николаевича)
Научна ли "научная картина мира"
MгновениЯДата: Пятница, 2017-07-28, 3:43 PM | Сообщение # 1
Ковчег
Группа: Администраторы
Сообщений: 12079
Статус: Offline
1989. Тростников В.Н.,
"Научна ли «научная картина мира»?"



Об авторе

Журнал «Новый мир», 1989, № 12,
рубрика «из редакционной почты».
http://gtrubnik.narod.ru/naukairel/trostnikov.htm

Это письмо выбрано нами из обширной почты «Нового мира», поскольку оно затрагивает много лет не обсуждающуюся в нашей философской литературе тему. В нем рассматриваются наиболее общие вопросы мироздания, те, которые в нашей философии считаются априорно решенными. Эта тема пересекается с дисциплиной, которая традиционно именуется научной апологетикой. Широкому читателю она вряд ли знакома; так еще со времен Тертуллиана называется искусство доказывать верность религиозного миропонимания, опираясь на материал науки. Одним из крупнейших специалистов в этой области был наш соотечественник П.А. Флоренский, читавший соответствующий курс в Московской духовной академии; однако эта линия русской культуры была насильственно оборвана и возродилась сравнительно недавно; одним из тех, кто участвовал в ее возрождении, является Виктор Николаевич Тростников (р. 1923), живущий в Москве, математик и философ, автор многих книг и статей, к сожалению, более известный зарубежному читателю, чем отечественному.
Факт публикации этого письма в журнале не означает, естественно, что редакция полностью разделяет эти идеи, хотя сама возможность метафизического или априорного постижения действительности и сегодня не утратила своей ценности. Мы считаем, что живой (а не только посмертный) голос русской религиозной мысли тоже может и должен органично и свободно вписаться в нынешнее многоголосие, обогащать нашу культуру.




Удельный вес науки в жизни современного общества огромен. Поэтому может показаться, что уточнять смысл термина «наука» незачем - ведь каждый из нас произносит или слышит его по нескольку раз на дню. В действительности же эта очевидность есть иллюзия, которая рассеивается, когда начинаешь вдумываться в существо вопроса глубже. Оказывается, под единой вывеской «наука» разместились два совершенно разных предприятия. Одно из них можно назвать наукой-исследованием, а другое - наукой-мировоззрением.

Наука-исследование есть то, что определяется как «наука» во всех словарях и энциклопедиях: «объективно-достоверное знание, максимально проверенное по содержанию и максимально систематическое по форме». Наука-мировоззрение - это так называемая научная картина мира. Считается, что она есть прямой результат науки-исследования. Но это совсем не так, в чем мы скоро и убедимся. Это - совершенно самостоятельная концепция, основанная на трех философских презумпциях, которые условно можно назвать редукционизмом, эволюционизмом и рационализмом. Иногда эти термины употребляются в более широком смысле, и тогда сказанное нами дальше не будет верно, но мы просим читателя помнить, что на протяжении статьи мы будем вкладывать в эти слова тот узкий смысл, который сейчас разъясним.
Редукционизм есть предположение, что низшие формы бытия более реальны, чем высшие его формы, которые могут быть сведены к комбинации низших. Здесь мир уподобляется детскому «конструктору», в котором винтики и стерженьки более значимы, чем собираемые из них сооружения, ибо последние можно снова разобрать, а некоторые из них остаются лишь принципиально возможными, но не реализуются, в то время как стерженьки и винтики суть нечто постоянное и неизменное.
Эволюционизм есть предположение, что сложные формы бытия естественным образом, то есть под действием незыблемых законов природы, не ставящих перед собой никаких целей и работающих как автоматы, образовались из исходных простых форм [1].
Рационализм есть убежденность во всемогуществе человеческого разума, наиболее Полным воплощением которого являются математика и логика. Разум способен проникнуть во все тайны природы и поставить обретенные знания на службу человеку, сделав его таким образом властелином Вселенной.

Пока читателям, наверное, еще не ясно, в чем же состоит различие между наукой-исследованием и наукой-мировоззрением. Ведь нам с детства внушают, что картина мира, включающая в себя три названных постулата, как раз и основывается на данных научных исследований. Это написано во всех научно-популярных книгах, это утверждают школьные учебники. Но авторами этих изданий являются, как правило, не ученые, а люди совсем другой специализации, которых точнее всего можно обозначить как идеологов. Именно они и создают науку-мировоззрение. При этом они действительно постоянно апеллируют к науке-исследованию. Но как они это делают? Берут то, что им подходит, что можно использовать для защиты их концепции, а остальное либо провозглашают несущественным, либо просто замалчивают. Но даже и то, что берут, трактуют по-своему, иногда очень вольно. А такими методами с помощью науки можно доказать все что угодно. Чтобы это обвинение не было голословным, проиллюстрируем их метод примерами, относящимися к каждому из трех основных компонентов научной картины мира.

Редукционизм был подсказан ньютоновской физикой, которая изображает Вселенную состоящей из «материальных точек», взаимодействующих между собой по имеющим четкое математическое выражение законам. Но в космологии Ньютона предполагалось и существование Бога-Творца, а помимо математических методов он использовал в познавательных целях Священное писание, пытаясь расшифровать пророчества Даниила, и т.п. Все это было отброшено как нелепость, а вот за физику идеологи ухватились обеими руками.

Эволюционизм был подсказан космогонической теорией Лапласа, согласно которой Солнечная система под действием законов сохранения энергии, импульса и момента импульса сама собой образовалась из первичной газовой туманности. Хотя даже эта конкретная модель не была доведена до количественного расчета и так и осталась голой идеей, ее сразу обобщили, преобразовав в некий всеобщий закон автоматического превращения простого в сложное, а затем распространили и на живую природу, чего Лаплас, конечно, и не думал делать.
Рационализм был подсказан программой создания универсального алгоритма вычисления истины Лейбница. Но тот же самый Лейбниц разработал учение о монадах - восходящей последовательности неделимых духовных единиц, каждая из которых управляет определенным фрагментом видимого мира. Однако монадологией Лейбница пренебрегли, а идею чисто логического познания безо всяких дополнительных обоснований или подтверждений приняли за абсолютно верную.
Как видите, поведение идеологов, выступающих от имени науки, похоже на поведение гоголевского Головы из повести «Майская ночь, или Утопленница». Когда писарь начал читать «Приказ голове Евтуху Макогоненку. Дошло до нас, что ты, старый ду...», он закричал: «Стой, стой! Не нужно! Я хоть и не слышал, однако ж знаю, что главного тут дела еще нет. Читай дальше». Их обращение с научным материалом такое же: что им приятно слышать, они слышат, а если что-то им не нравится, они притворяются глухими или кричат: тут главного нет! В книге, которая во времена моей молодости провозглашалась вершиной философской мудрости всех времен и народов, было даже сказано, что, какими бы хорошими специалистами ни были ученые в своей конкретной области, им нельзя верить ни в едином слове, когда речь заходит о мировоззрении. Чувствуете, как ставится вопрос: вы нам только поставляйте материал, а интерпретировать его будем мы сами - вы в это дело не лезьте.

Такими-то методами гоголевского персонажа и была построена к концу прошлого века научная картина мира, которая с тех пор в главных чертах совершенно не изменилась. А наука-исследование шла тем временем своим путем. Подчиняясь своему внутреннему правилу, которое, как верно отмечается в словарях, состоит в установлении объективно достоверных сведений, максимально проверенных со стороны содержания, она добыла массу новых интереснейших данных. И сейчас мы приподнимем покрывало над материалом науки-исследования и посмотрим, насколько он сегодня соответствует науке-мировоззрению. Может быть, идеологи оказались великими провидцами? Может, они интуитивно ухватили самую суть дела и теперь их обобщения подтверждаются лучше и полнее, чем сто лет тому назад? Чтобы вывод был надежным, нужно взять те отрасли науки, которые, по единодушному мнению ученых, являются самыми важными я наиболее результативными. Таковыми считаются три отрасли: физика, биология и математика. Что же открылось этим наукам за последние десятилетия?

Физике открылась ложность редукционизма. Она полностью его опровергла. Более сильно опровергнуть что-либо просто невозможно. Уже довольно давно выяснилось, что ньютоновская концепция материи неверна, что «материальная точка» есть лишь художественный образ, притом такой, который даже приблизительно не соответствует ничему реальному. Открытая в 1927 году Дэвиссоном и Джермером дифракция электронов показала, что у частиц нет определенных траекторий, а принцип неопределенности Гейзенберга отменил само понятие частицы как объекта, локализованного в пространстве и имеющего определенную скорость. Но это привело к такому взгляду на окружающую действительность, который противоположен прежнему не в каких-то деталях, а в самом своем существе. Речь идет уже не о поправках, а об отмене предыдущей концепции. Такую постановку вопроса нельзя сгладить разговорами о какой-то диалектике или о необходимости синтеза двух точек зрения, ибо, как сказал Фейнман, у нас нет двух миров - квантового и классического, - нам дан один-единственный мир, в котором мы живем, и этот мир квантовый. И если поставить целью дать самую краткую характеристику принципов его устройства, то ею будет слово «антиредукционизм».

Начнем с того, что идеальное оказалось реальнее материального. Тут невольно вспоминаются космологические представления индуизма, согласно которым материя есть майя - род иллюзии. Не будем сейчас вдаваться в анализ понятия материи как философской категории, но если говорить о том, что физики называют наблюдаемыми, то индусы, пожалуй, правы. И это не плод каких-то косвенных соображений, которые можно понимать и так и сяк, на этот счет имеется теорема. В квантовой физике центральным понятием служит не частица, а пси-функция, которая принципиально не может быть зафиксирована никаким прибором, то есть является невещественной данностью. Но жизнь Вселенной есть именно жизнь пси-функций, а не наблюдаемых. Во-первых, законам природы подчиняются не наблюдаемые, как полагали раньше, а пси-функций; наблюдаемые же управляются пси-функциями, да и то не в строгом, а в статистическом смысле. Все законы природы суть не что иное, как уравнения Шредингера, а они определяют лишь эволюцию подфункций, материя в них не фигурирует. Во-вторых, Джон фон Нейман доказал математически (как раз в этом и состоит упомянутая только что теорема), что классической модели Вселенной, адекватно описывающей ее экспериментально установленные свойства, существовать не может. Какими бы ухищрениями мы ни пытались свести мир к наглядным понятиям, у нас заведомо ничего не получится. Только признав главной мировой реальностью умозрительное, мы обретаем шанс понять поведение чувственно воспринимаемого. Узлы тех нитей, на которых держится видимое, завязываются и развязываются в невидимом. Идеалисты всегда были убеждены в этом, однако никто из них, даже сам Платон, не могли и мечтать, что когда-нибудь появится столь неопровержимое подтверждение их правоты. Но оно появилось, и теперь то решение основного вопроса философии, на котором нас воспитывали, становится в высшей степени сомнительным.

Любопытно отметить, что пси-функций современной физики очень родственны лейбницевским монадам. По иронии судьбы Лейбниц был прав как раз в том, что идеологи у него отвергли. Дальше мы увидим и другое: в том, что они с восторгом у него заимствовали, он здорово ошибся.

...далее...


Сфера сказочных ссылок
 
MгновениЯДата: Пятница, 2017-07-28, 3:44 PM | Сообщение # 2
Ковчег
Группа: Администраторы
Сообщений: 12079
Статус: Offline
Но это еще не все. Из квантовой теории с несомненностью вытекает и то, что целое реальнее своих частей. Дело в том, что пси-функция системы всегда адекватнее описывает ее свойства, чем совокупность пси-функпий, относящихся к ее частям, взятым по отдельности. При объединении частей в систему вступают в силу совершенно новые законы природы, предсказать которые заранее невозможно. Простейший пример тому - атом. Как бы мы ни изучили свойства электронов и нуклонов порознь, мы никогда не смогли бы предвидеть, что в состоящем из них атоме вступит в силу «запрет Паули», формирующий всю менделеевскую таблицу. Строго говоря, само выражение «атом состоит из электронов и нуклонов» неверно, надо было бы сказать иначе: «электроны и нуклоны исчезли, и на их месте появился новый физический объект с новыми свойствами - атом». Так же надо понимать и переход к объемлющим системам в других случаях; скажем, группа атомов может «исчезнуть» и «превратиться» в новую реальность, называемую полупроводником или плазмой, своеобразие которой нельзя извлечь из особенностей атомов. В общем, чем обширнее фрагмент Вселенной, тем истиннее его пси-функция, то есть для приближения к познанию нужно идти не вниз, как на этом настаивают редукционисты, а, наоборот, вверх; надо не разлагать систему на составные элементы, а изучать ее как часть более обширной системы - в пределе всего сущего. Только в этом предельном случае, который, разумеется, недостижим, нам открылись бы все законы природы и мы получили бы точную модель наблюдаемых. Это было бы то, что называется фоковской универсальной пси-функцией (по имени нашего выдающегося физика В.А. Фока). Понятно, что написать эту функцию мы не в состоянии, но сам этот принцип сформулирован современной физикой абсолютно недвусмысленно и представляет собой чистейший принцип антиредукционизма.

Биологии открылась ложность эволюционизма. Главной опорой эволюционистов служила, конечно, теория естественного отбора, то есть дарвинизм. Но на фоне сегодняшних данных биологической науки он выглядит просто-таки неприлично.

Собственно, уже в момент своего появления в 1859 году дарвиновская теория была подвергнута суровой критике самыми выдающимися специалистами того времени - Агассисом, Вирховом, Дришем и др. Но ученые меньшего калибра ею соблазнились, ибо она претендовала на простое объяснение сложнейшего феномена появления жизни на земле. Широкая же читательская публика была от нее в полном восторге. Так наметилась закономерность, которая неуклонно выполнялась и дальше: чем меньше человек разбирается в биологии, тем тверже он верит в дарвинизм. Самыми же убежденными его сторонниками являются те, кто вообще в ней не разбирается. Этим людям достаточно взглянуть на рисунок пород голубей или на изображение костей динозавра и им уже все ясно: человек произошел от обезьяны. Не правда ли, подозрительна та теория, которая боится знаний, относящихся к предмету, ею обобщаемому? Но если в прошлом веке знание материала позволяло обнаружить в теории естественного отбора отдельные несообразности, то сегодня ее абсурдность достигла уровня, не допустимого не только для науки, но и для бытовых разговоров.

Всякая теория опирается на две вещи: на логику и факты. Логическая схема дарвинизма проста. В живой природе имеется изменчивость - признаки детей несколько отличаются от признаков родителей, и особи, которые вследствие этого оказываются наиболее конкурентоспособными, побеждают в жизненной борьбе своих собратьев и передают полезные признаки потомству. Так приспособленность постепенно накапливается и за миллионы лет достигает высочайшей степени. По словам самого Дарвина, эту мысль подсказало ему наблюдение за деятельностью селекционеров, выводящих породы домашнего скота. Ясность рассуждения подкупает, а аналогия делает его правдоподобным. Но если вдуматься глубже, оказывается, что рассуждение безграмотно, а аналогия незаконна.

Прежде всего тут совершенно игнорируется тот факт, что всякое животное имеет не только индивидуальные, но и видовые признаки, а они состоят не в параметрах, а в совокупности жестко взаимосвязанных между собой конструктивных принципов, образующих идею вида. У разных видов эти идеи отличаются не в меньшей степени, чем идея черно-белого телевизора отличается от идеи телевизора цветного. Если по черно-белому телевизору стукнуть кулаком, он может начать работать лучше, но, сколько по нему ни бей, улучшение не достигнет такой степени, чтобы он превратился в цветной. Так же и с отбором случайных мутаций. Признаки, на которые воздействует отбор, есть отдельные параметры, не более того. Собаковод топит щенков с короткими ушами и оставляет длинноухих и в конце концов получает спаниеля. Но спаниель при всем внешнем своеобразии остается типичной собакой - с собачьими повадками, собачьим обменом веществ, с собачьими болезнями. И можно ли поверить, что если достаточно долго топить одних щенков и сохранять жизнь другим, то когда-нибудь мы получим кошку? А то и ящерицу? А ведь эти допущения есть то самое, на чем зиждется весь дарвинизм. Безграмотность состоит здесь в том, что животное мыслится как сумма параметров, тогда как на самом деле оно представляет собой систему, состоящую из многих уровнен. И если на низших уровнях действительно имеется изменчивость, которая может привести к образованию разных пород одного и того же вида, то на более высоких уровнях изменчивость просто недопустима, ибо она сразу же привела бы к разлаживанию тончайше подогнанных друг к другу функциональных и структурных механизмов.

Факты полностью подтверждают этот теоретический аргумент. Эксперименты показали, что никаким отбором нельзя создать нового вида. В некоторых лабораториях селекция бактерий ведется непрерывно с конца прошлого века, причем для усиления изменчивости применяется излучение, однако за этот период, который по числу сменившихся поколений равносилен десяткам миллионов лет для высших форм, так и не возникло нового вида! А у высших форм за эквивалентный промежуток времени появились новые отряды! Похоже, живая природа устроена по принципу «атома Бора» - в ней имеются «разрешенные» наборы генов, промежуточные между ними «запрещены», а то, что мы воспринимаем как эволюцию, есть внезапное заполнение новых «разрешенных» уровней в результате какого-то таинственного творческого импульса. Картина костных останков, извлекаемых палеонтологами, соответствует именно этому предположению. Дискретность живых форм выражена необычайно резко. Никаких кентавров, грифонов и алконостов, которыми наши предки пытались ее смягчить, в земных слоях не обнаружено. А недавно по концепции непрерывной эволюции был нанесен удар еще с одной стороны. Наш кинолог А.Т. Войлочников догадался сделать то, что прежде никто не делал; получив помет волка и собаки, он начал скрещивать гибриды между собой. И что же? В последующих поколениях стали рождаться либо чистые собаки, либо чистые волки! Насильственно перемешанные гены, как только их предоставили самим себе, тут же разошлись по «разрешенным» наборам. Этот блестящий эксперимент, который по важности можно сопоставить с опытом Майкельсона, единодушно замалчивается нашими популяризаторами науки, а ведь его одного уже достаточно, чтобы признать дарвинизм несостоятельным. Кстати, из него следует, что собака не произошла от волка, и к загадке происхождения человека добавилась теперь загадка происхождения его четвероногого друга.

Все приведенные до сих пор аргументы полностью находились в рамках классической биологии. Конечно, если бы дарвинизм и вправду был научной теорией, то он давно должен был честно признать их силу и добровольно уйти со сцены. Но после того как Уотоон и Крик в 1953 году открыли механизм синтеза белков на рибосомах под управлением нуклеиновых кислот, учение о естественном отборе стало более несуразным, чем утверждение, будто земля плоская и стоит на трех китах. Это великое открытие, положившее конец донаучному периоду существования биологии, показало, что жизнь совсем не то, что мы про нее думали. Оказалось, что она не химическая лаборатория, а издательство, где идет непрерывное распечатывание и редактирование текстов, их перевод с одного языка на другой и рассылка по разным инстанциям.

Почему этот новый взгляд окончательно уничтожает дарвиновскую теорию?
Во-первых, потому, что вероятности случайного возникновения полезных мутаций превратились из геометрических в комбинаторные и тем самым сразу уменьшились на тысячи порядков, так что их теперь нужно считать равными нулю.
Во-вторых, выяснилось, что программы синтеза белков, посылаемые в цитоплазму каждой клетки из ее ядра, не только согласованы между собою, но и учитывают программы синтеза других организмов, так как в них имеются распоряжения, явно сообразующиеся с иммунологическими требованиями и структурой цепочек питания. В сочетании с данными экологии животных этот факт наводит на предположение, что стопроцентно жизнеспособным является только геобиоценоз, обладающий необходимой полнотой, а всякая меньшая экосистема, если ее изолировать, была бы обречена на вымирание. Первым к этой идее пришел, кажется, Вернадский, сформулировавший гипотетический закон постоянства биомассы.

И вот свежий научный результат: анализ изотопного состава древней серы подтвердил, что общая масса всех живых существ Земли миллиарды лет тому назад была точно такой же, как и сегодня. Это значит, что живая природа возникла сразу во всем своем объеме и многообразии, ибо иначе она не могла бы выжить...

Осталось сказать несколько слов о рационализме. Его абсурдность открылась математике - той самой науке, на которой он пытался утвердиться. Пока идеологи внушали нам, что возможности человеческого разума безграничны, а мы радовались этому и распевали «нам нет преград ни в море, ни на суше», математическая логика, в которой разум сконцентрирован в наиболее сжатом виде, начала выяснять, так ли это на самом деле. И в ходе своего расследования натолкнулась на большие сюрпризы. В 1931 году австриец Курт Гёдель сконструировал истинное арифметическое высказывание, которое, как он доказал, нельзя ни доказать, ни опровергнуть, то есть нельзя вывести дедуктивным путем из аксиом арифметики ни само это высказывание, ни его отрицание. Уже одного этого примера было бы достаточно, чтобы разрушить восходящее к Лейбницу и Декарту мнение, будто множество выводимых формул совпадает с множеством истинных формул. Но оставалась надежда, что выводимость лишь на немного меньше истинности, что недоказуемыми являются только экзотические формулы гёделевского типа, в которых зашифрованы утверждения, относящиеся к самим этим формулам. Но через пять лет был получен значительно более сильный результат - польский математик Тарский доказал, что само понятие истинности логически невыразимо. Это означает, что посылать дедуктивный метод на поиски истины - то же самое, что сказать ему: «Иди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что». Теорема Тарского, включающая в себя теорему Гёделя как частное следствие, наталкивает на мысль, что различие между истинностью и выводимостью довольно значительно. Но установить, насколько оно велико, удалось только сравнительно недавно, после многолетней совместной работы математиков многих стран, регулярно обменивавшихся промежуточными результатами. Все математические формулы были вначале разбиты на классы сложности, причем таким образом, что они расширялись, то есть в каждом следующем классе имелись не только все формулы предыдущего класса, но и некоторые новые. Значит, тут при поднятии верхней границы сложности количество формул реально возрастает. Затем было показано, что множество выводимых формул целиком содержится в нулевом классе. И, наконец, доказано, что множество истинных формул не помещаются даже в тот предельный класс, который получается при стремлении показателя сложности к бесконечности. Известный математик Ю. Манин так прокомментировал эту ситуацию - «Выводимость находится на нижней ступеньке бесконечной лестницы, а истинность располагается где-то над всей лестницей». В общем, расстояние от выводимости до истинности настолько громадно, что, говоря в целом, ролью строгой логики в деле познания можно просто пренебречь. Похоже, она нужна лишь для придания результату общепонятной и убедительной формы, а механизм получения результата совсем иной. Недаром от математиков нередко можно услышать фразу: сначала я понял, что эта теорема верна, а потом начал думать, как бы ее доказать. На что же опираются они в своем творчестве, природу которого объяснить, как правило, не могут? Ответ на этот вопрос подсказывается замечательной теоремой, доказанной в конце 70-х годов американцами Парисом и Харрингтоном. Из нее следует, что даже относительно простые арифметические истины невозможно установить, не прибегая к понятию актуальной бесконечности. Что это такое? Это категория уже внеарифметическая. В арифметике есть, конечно, бесконечность, но потенциальная - возможность к любому числу прибавить единицу. Это не очень высокий уровень абстракции. Гусар заявляет в оперетте, что он может выпить шампанского сколько угодно и еще две бутылки - это и есть потенциальная бесконечность. Даже в случае с гусаром мы почти готовы в нее поверить: на то он и гусар, чтобы всегда выпить «еще две бутылки». Но если бы гусар сказал, что он уже выпил бесконечное число бутылок, мы бы отнеслись к такому заявлению как к абсурдному. А именно это и есть актуальная бесконечность - бесконечность, существующая как реальный объект сразу всеми своими элементами. Ясно, что в материальном мире она пребывать не может. Но в том дополнительном пространстве, где парит наша мысль, она существует, и не только существует, но, как удостоверяет нас теорема Париса-Харрингтона, является необходимым источником творчества.


Сфера сказочных ссылок
 
MгновениЯДата: Пятница, 2017-07-28, 3:45 PM | Сообщение # 3
Ковчег
Группа: Администраторы
Сообщений: 12079
Статус: Offline
Так вскрылась ложность картины мира, на которой мы выросли сами и растим своих детей. И в этом одна из главных причин наших бед и кризисов.

Можно ли считать безобидным редукционизм, если он ведет к охлократии, власти, управляемой сиюминутными страстями толпы, вслед за которой неизбежно приходит власть тиранов? Уродливы и плоды эволюционизма. Он заставляет смотреть на человеческую историю как на закономерное восхождение от дикости к цивилизации, а отсюда происходят все формы расизма, терзающего ныне нашу планету. По чисто произвольным критериям одни народы объявляются другими народами стоящими на . более ранней стадии развития, а ранний, с точки зрения эволюционизма, есть более примитивный, то есть неполноценный, недочеловек. Иногда можно услышать, как европеец говорит о неграх: «Только что слезли с деревьев, а туда же». Тут уж в явной форме присутствует первоначальный дарвинизм (который как раз и вызвал восторг атеистов), сводящийся к утверждению, будто человек произошел от обезьяны.

Что касается рационализма, то токсичность этого духовного яда мы, русские, испытали на себе в большей мере, чем кто бы то ни был. Когда-то нам сказали, что учение Маркса всесильно, потому что оно верно. А в чем состоял критерий верности? Хотя марксисты постоянно заявляют, что самым надежным должен быть признан критерий практики, тут они его не применили; хотя учение не было опробовано даже на лягушках, его уже вознамерились приспособить ко всему человечеству... Конечно же, здесь пленились именно ясностью и простотой теории, в чем и проявился типичный рационализм. Что из этого вышло, мы знаем... Так что недооценивать пагубность ложной философии никак нельзя. Такую философию надо сразу же отбрасывать. Но отбросить ложь или заблуждение, разумеется, полдела, надо еще понять истину. Поиски ее - уже другая, очень сложная тема. К истине надо идти не только разумом и чувством, но и жизнью. Это великое искусство, овладев которым человек получает самую драгоценную награду. Здесь у нас нет уже места и времени начинать этот серьезный разговор. Но некоторые намеки, содержащиеся в новейшем научном материале, хотелось бы в заключение немного раскрыть.

Положительным утверждением квантовой физики является тезис, что наивысшая реальность бытия есть универсальная пси-функция, управляющая всей Вселенной как единой и целостной системой, то есть актуальная бесконечность в функции объективного творчества. Положительное утверждение молекулярной биологии состоит в тезисе, что жизнь всякого отдельного существа организуется текстом ДНК, представляющим фрагмент какого-то бесконечно мудрого Слова, обладающего полнотой. Положительным утверждением математической логики служит тезис, что для математического творчества самой ценной идеей является внематематическая идея актуальной бесконечности, к которой человек приобщается не путем освоения ее своим сознанием, а путем мистического с ней соединения.

Прочитав это, всякий почувствует, как тут вдруг повеяло чем-то очень знакомым. Чем же? Вспомним хотя бы: «Вначале было Слово, и слово было у Бога, и Слово было Бог» (Ин. 1, I). И дальше: «В Нем была жизнь». Тут уместно вспомнить, что сказал когда-то Александр Поуп: «Недостаточное знание - опасная вещь. Пей вволю из его источника или вовсе к нему не подходи. Выпьешь мало - только опьянеешь, выпьешь больше - снова отрезвеешь». Справедливость этих слов продемонстрировала история науки. Когда наука была молодой и одерживала первые успехи, у нее закружилась голова от собственного мнимого всесилия, и она объявила свою монополию на истину. Сейчас, войдя в пору зрелости, она узнала больше и стала медленно, но верно возвращаться к тому миропониманию, которое когда-то было дано человечеству через Откровение. Но возвращаться уже на новом уровне, наполняя общие религиозные и этические истины конкретным содержанием, что-то уточняя и дополняя. И именно понимание этой динамики должно помочь нам правильно решить вновь ставший актуальным вопрос о соотношении знания и веры. Во-первых, динамично само понятие «знания», и если вчера в него входило лишь рациональное «постижение», то сегодня оно начинает охватывать уже и «метатеории» - изучение условий постижения интуитивного и даже «сверхъестественного». Во-вторых, неправомочен сам спор о примате разума или чувства, ибо в нашей душе одно постоянно переливается в другое или подготавливает в нем важные изменения, даже если мы этого не осознаем. Святая Варвара пришла к религии, глядя из окна своей башни на тварный мир, но от этого её религия не стала гностической. Ньютон открыл закон всемирного тяготения, пытаясь расшифровать божественный замысел в отношении тварного бытия, но от этого написанная им формула не стала ненаучной. Всякий волен избрать тот путь к Истине, которым ему легче пойти, - важно, чтобы имелось само стремление к Истине. В современной науке-исследовании такое стремление есть, и мы постарались показать, к каким замечательным результатам оно приводит. Похоже, все-таки прав был Бердяев: атеизм оказался лишь диалектическим моментом Богопознания.

Примечание.

[1] - К термину «эволюционизм» особенно относится наше замечание об условности понимания. В трактовке Л.С. Берга или Тейяра де Шардена в эволюции участвует некое творческое начало. Но мы будем говорить именно о концепции автоматизма развития.

Справка:

Тростников Виктор Николаевич (1928 г.р.), кандидат философских наук (1970). Окончил физический факультет МГУ (1954), работал доцентом по кафедре высшей математики в разных ВУЗах Москвы, главным образом занимался математической логикой. Издал около 20 трудов. Преподавал в Институте инженерного транспорта на кафедре высшей математики. Верующий, написал книгу апологию христианства, «Мысли перед рассветом», которая была издана в Париже в 1979-ом г. За эту книгу был изгнан из Института и продолжал существовать как дворник. После 1991 г. преподает богословские науки и пишет соответствующие труды. Ныне профессор Российского Православного университета.
Тростников В.Н., Мысли перед рассветом, Paris: YMCA-Press, 1979; Москва: 1997, 359 с.

Гёдель (Gödel, Kurt) Курт (1906-1978), австрийский математик, в 1924 поступил в Венский университет, в 1930 защитил докторскую диссертацию по математике. В 1933-1938 - приват-доцент Венского университета; в 1940 эмигрировал в США. С 1953 и до конца жизни – профессор Принстонского института перспективных исследований.

Войлочников Анатолий Т., кинолог, эксперт всероссийской категории, старший научный сотрудник, Всесоюзный научно-исследовательский институт охотничьего хозяйства и звероводства ( ВНИИОЗ) им. проф. Б.М. Житкова РАСХИ (г. Киров).
Войлочникова Светлана Дмитриевна, кинолог, эксперт всероссийской категории, старший научный сотрудник ВНИИОЗ.
Войлочников А.Т., Войлочникова С.Д., "Охотничьи лайки", М.: изд-во "Лесная промышленность", 1982. 256 с.

Манин Юрий Иванович (1937 г.р.), математик, доктор физико-математических наук (1963), член-корреспондент РАН (1991; член-корреспондент АН СССР с 1990). В 1958 г. окончил механико-математический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова и с 1960 года работает в Математическом институте АН СССР им. В.А. Стеклова, В 1961 г. там же защитил кандидатскую, а через два года докторскую диссертацию, с 1965 года по совместительству профессор математики в МГУ. Сейчас он работает директором Института математики имени Макса Планка в Бонне, продолжая оставаться в штате Математического института РАН.

Тарский (Tarski Alfred) Альфред (1902-1983), логик и математик, родом из Польши (с 1939 жил в США). Полученные Тарским результаты относятся к теории множеств, теории булевых алгебр, логикам с формулами бесконечной длины и др. разделам математической логики и оснований математики. Основополагающий характер имеют работы в теории моделей, логической семантике, металогике и методологии дедуктивных наук.



Сфера сказочных ссылок
 
MгновениЯДата: Воскресенье, 2017-08-06, 11:24 AM | Сообщение # 4
Ковчег
Группа: Администраторы
Сообщений: 12079
Статус: Offline
Мне очень понравилась статья и сам тон изложения основной мысли автора.
Вероятно из-за того, что он выразил и мои мысли так, как я бы не смога, даже если бы очень захотела. В благодарность автору - эти маленькие притчи.

Притча о человеке знания

Жил обычный человек, и было у него всё, как у других, ни лучше, ни хуже. Хотел он радоваться жизни, но мир оказался к нему жесток. Счастье пришло, да истаяло, друзья были, да сплыли, богатство пропало, и сам себя он потерял. Отправился к Богу с надеждой:

– Ты один мое спасение!

Ушёл человек из своего жестокого мира в мир Бога, душой и мыслями ушёл, оставшись жить там, где и жил. Так он стал мастером йоги.

А Бог и спрашивает его:

- Почему отвернулся от Моего мира, разве это любовь ко Мне?

Растерявшись, человек отвечает:

- Я не могу любить жестокость мира, Боже!

А Бог в ответ ему:

- Мир – твое восприятие, отражение внутреннего мира. Выбрось из мыслей жестокость, и мир постепенно изменится.

- Я понимаю это, Бог, но другие люди не понимают! Живут миражами, которые не существуют в моем мире! Я так решил! - причитает человек.

- Но ведь и я не существую, Несущий Я! А вы в сущем мире, связанны Мною. Зачем разделяешь Мой мир на части? – снова ему Бог, - Другие и ты - все вы - Мои отражения, присмотрись, родные люди остались без твоего душевного участия. А ведь любовь твоя к дальним и учителям даруется Мною, чтобы научить тебя любить ближних, как Меня. То, что кажется тебе миражом, изменяется от взглядов Любви Моей - через тебя, ты создаешь Реальность сердечным желанием.

- Но моя Реальность - только Ты, Бог! - воскликнул человек знания.

- Кто же Я? – улыбнулся Бог.

- Ты – Абсолют, вмещающий Всё, Недвижимый!

- Значит, Я и Всё-Ничто, по-твоему? Пустота, недеяние мысли и чувства? Я бездушный, бездеятельный, по-твоему? Для чего ты хочешь опустошить себя, освободиться от себя, от прежнего себя, не для Меня ли? Для Меня – Божества, а не для смертной пустоты или недеяния. А как же Мои Дела? Как появляется и живёт Мой Мир? – снова улыбнулся Бог. – Или думаешь, без Моего участия мир рождается, умирает и живет?

- Ты – Всё… - Смутился человек

- Ты упускаешь важный нюанс, дорогой. Я не просто Всё, Я – Всё божественное, присутствующее в каждом! Это Качество! Это не пустота, а сама жизнь духа! Структурированного Мною, осознай! Вот и покажи зеркало, порадуй же Меня, как и Я радую твои очи, слух, тело, любя Всё: и мечты, и дела людей, и фантазию, и все миры, и саму мысль Любви. Люби подобно Мне! Не выбрасывай внешний мир, называемый тобою майей, на свалку, он тоже твой и Мой, значит, реальный. Стань, наконец, на деле Мною, Единым Неделимым!

Стань же ты творцом нового, и стань разушителем отжившего. Стань Волшебником, пропитавшим собой - волшебством и тайнами любви - весь свой мир, да перестань толковать о желании быть абстрактным и абсолютным Единством. Стань Реальным! Единством живым! Собой! Это и есть твоя цель, соединить все миры в Себе. Воплощай Желание Бога.

- Боже, но каждый человек видит свою иллюзию, а не Тебя, многобожие - грех людей, живут-то в ереси, – ещё раз попытался возразить человек Богу.

- Ты со Мной споришь или с собой? Стань же Единым, и не дели Меня и тебя! Не укоряй всех за их иллюзии, это - твоя иллюзия.
Пойми же, когда в тебе самом не останется противоречий, иллюзий, двусмысленности умствования, ты будешь слышать только Одно - Сердце. Только Любовь! В каждом встречном! Только Меня!

Слова останутся словами, но дела, Дела Бога останутся Делами во Имя Мое. А у Меня столько имён, сколько помнят люди, обращаясь ко Мне. Люди поймут тебя и без слов, по делам! Вы любимые дети Мои, единая семья, неделимое Человечество.

Ты и во вздохе Моем гениален!
В слове ли, взгляде, чувстве души…
Эти мгновения долго так ждали
Боги, творящие тайну тиши!
Там, где не движется мысль человека,
Божеский замысел движет миры!
Где неделимое – таинство века,
Там Сердце Бога пирует Пиры.

Сам себе цену разве ж ты знаешь…
Там, в глубине, зреет звёздное чудо!
А в зеркалах маску тела встречаешь,
Тут возникают мираж и причуда.
Мысли по кругу снуют и скупы,
Чувства ветшают, как старые платья,
Да и дела суетливо глупы…
Чудо ж не спит,
а готовит объятья!

Всплеск удивленья!
Взгляд до звезды!
Вмиг единяют и тело, и Бога.
Да не скупись на Любовь и труды
В доме Ее
драгоценного
Слога.

Тут или там ты живёшь, осознай!
Дело единства собой воплощай.
Стань неделимым в делах и сужденьях,
В помощи каждому миру творенья.

ПРИТЧА О ЗНАНИИ ВСЕГО

Жил да был человек большого знания. Знания Всего. Долгий и трудный путь прошел он по жизни, наконец-то видны ему стали долгожданные свобода и цель в виде сияющей звезды небесной. Это Бог протягивал человеку свои Руки. В жизни мастера было столько взлетов и падений, столько восторга и разочарований, столько обретений и потерь, что он смог, наконец-то признать, что мирская жизнь - это миражи, как говорил его Учитель, а жизнь духа - единственная Реальность. Вот и решил он отречься от всего земного, от привязанностей и знания, от дружбы и любви... Решил и сделал, как говорил, ведь знал, что духовные Учителя тоже так поступали.. Оградил себя от близких важнейшими делами духовных практик, семью поставил в известность, что у него есть более важная миссия и духовная семья, Учитель! Но Учитель не звал к себе человека, посвятившего ему оставшиеся годы жизни, духовные практики не приносили желанного результата, и сам человек стал угасать, стареть прямо на глазах, глядя на себя в зеркало. Тогда решил он удвоить усилия в распространении духовного знания. Всюду, где мог, начинал читать лекции с комментариями текстов своего Учителя. Доброжелательные поначалу слушатели разошлись, видя никчемность многих и противоречивых речей и не видя дел, подтверждающих произносимые слова. Человек терпеливо объяснял людям:

– Я всех вас люблю, но когда говорю от человеческого эго, звучат одни слова, когда от духа – другие. Вы не способны меня понять, потому, что погрязли в Великой Ереси и Темноте сознания вашего.

Тут совсем отвернулись от него все вокруг. Подошел человек к зеркалу, а из него смотрит на него смерть и смеется:

– Ага, ты мой!

- Не может быть! – вскричал человек и взмолился к Богу – За что, Боже?
И услышал ответ:

– Ты любовался своими порывами, забыв искренность и любовь.

© Copyright: Феана, 2014
http://proza.ru/2014/01/24/816


Сфера сказочных ссылок
 
MгновениЯДата: Среда, 2017-08-09, 3:17 PM | Сообщение # 5
Ковчег
Группа: Администраторы
Сообщений: 12079
Статус: Offline


В качестве ремарки. Когда учёные сферы большой науки открыто говорят, что ничего не знают о движущей миры силе, о том, откуда является энергия при возникновении, сотворении мира, то это их шаг к единению с древним первоисточным Знанием, это прекрасный факт признания современного учёного в том, что он преодолевает самомнение юности своей и косности научных и религиозных догматов.


Сфера сказочных ссылок
 
MгновениЯДата: Понедельник, 2017-08-14, 3:11 PM | Сообщение # 6
Ковчег
Группа: Администраторы
Сообщений: 12079
Статус: Offline
Цитата MгновениЯ ()
Так вскрылась ложность картины мира, на которой мы выросли сами и растим своих детей. И в этом одна из главных причин наших бед и кризисов.


Для того, чтобы высказать свое отношение к поднятой, актуальнейшей теме,
приведу пару цитат для иллюстрации.

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Цитата
Научная картина мира — одно из основополагающих понятий в философии науки — особая форма систематизации знаний, качественное обобщение и мировоззренческий синтез различных научных теорий. Будучи целостной системой представлений об общих свойствах и закономерностях мира, научная картина мира существует как сложная структура, включающая в себя в качестве составных частей общенаучную картину мира и картины мира отдельных наук. Картины мира отдельных наук, в свою очередь, включают в себя соответствующие многочисленные концепции — определённые способы понимания и трактовки каких-либо предметов, явлений и процессов объективного мира, существующие в каждой отдельной науке.

Система убеждений, утверждающая основополагающую роль науки как источника знаний и суждений о мире называется сциентизм.

В процессе познания окружающего мира в сознании человека отражаются и закрепляются знания, умения, навыки, типы поведения и общения. Совокупность результатов познавательной деятельности человека образует определённую модель (картину мира). В истории человечества было создано и существовало довольно большое количество самых разнообразных картин мира, каждая из которых отличалась своим видением мира и специфическим его объяснением.

Однако прогресс представлений об окружающем мире достигается преимущественно благодаря научному поиску...


Давайте рассуждать логично.
Прогресс науки понятен нам, как сказано выше, наука заинтересована в научном поиске, всеобщем внимании, а не в развитии отдельной личности или развитии самосознания социума, тем более, интерес её не в развитии Человека-вселенной, каковыми мы все являемся, даже если не сознаем этого.

Прогресс саморазвития человека - это другой ракурс вопроса, другое измерение, не связанное с прогрессом в науке. Этот момент постараемся понять и не упускать из виду.

Что касается поиска вненаучного, личного или персонифицированного, то он, конечно же, присутствует в каждом самостоятельно мыслящем о мире человеке, и он, безусловно, для самого человека имеет большее значение, чем общепринятое представление, усредненная картина мира. По сути, мир и есть личное восприятие мира внутри социального и родового, состоящее из того что человек способен воспринять, как растущая и мыслящая личность в среде растущей и мыслящей социальной Личности, которая, в свою очередь, находит самосознание в среде растущей и мыслящей Ноосферы, которая... воспринимает мир в растущей и мыслящей среде Солнечной, а та в Галактической... Мир Космоса Сознания бесконечен. Мы понимаем, что сознание человека самым тесным и неразрывным образом вплетено в Единое многоуровневое Сознание, в первом приближении большей и меньшей мерностей, дающих основу восприятия жизни земному человеку. Живое рождается от Живого, разумное от Разума. Большая мерность нашего мира - Ноосфера планеты, меньшая - внутри нас, как целостного организма, временного и вечного одновременно,
это и родовая память предков, и генетический механизм биологического тела, и присущая разуму человека творческая потенция самотворения, самопознания, влияния на окружающую среду...

цитата со страницы философского сайта:
http://www.philosophica.ru/volkov/06.htm
Цитата
...Картина мира формируется как в сознании отдельного человека, так и в общественном сознании, что объясняет различные проекции мира в существующих картинах.

Различают религиозную, научную и философскую картины мира. Их принципиальные различия определяются двумя позициями: 1) основной проблемой, решаемой каждой из указанных картин мира и 2) основными идеями, которые они предлагают для решения своей проблемы.

Проблемы РКМ: Соотношение Бога и человека
Идеи РКМ: Божественное творение мира и человека

Проблемы ФКМ: Соотношение мира и человека.
Идеи ФКМ: монизм, дуализм и плюрализм; диалектика и метафизика; эклектика; редукционизм; механицизм; вопрос об отношении мышления к бытию.

Проблемы НКМ: Синтез и обобщение разнородных, порой противоречивых, частей знания в единое, логически непротиворечивое целое
Идеи НКМ: Мир, как совокупность естественных процессов, развивается по своим, объективным и специфическим для каждого из этих процессов законам.

Религиозная Картина Мира (РКМ)

— совокупность наиболее общих религиозных представлений о мире, его происхождении, строении и будущем. Главный признак РКМ — разделение мира на сверхъестественный и естественный, при абсолютном господстве первого над вторым.

.


Цитата
Особенности Научной картины мира:

1. Научная картина мира отличатся от религиозных представлений о мире, основанных на авторитете пророков, религиозной традиции, священных текстах и т. д.

Религиозные представления более консервативны в отличие от научных, меняющихся в результате обнаружения новых фактов..

и далее по ссылке.

*************************

Видите, как научную картину мира - НКМ, постоянно меняющуюся и основанную не на авторитете знания пророков, древних традиций и первоисточников, то есть, не на знании, проверенном тысячелетиями, а на собственном временном научном знании, шатком фундаменте постоянно соперничающих и отрицающих самое себя убеждений - научных парадигм, так вот эту НКМ столетиями внедряют в школах, как единственно верную и истинную.
Где же логика и где же совесть?
Как можно игнорировать фундамент связи поколений, преемственности духовного знания о Едином мире!

Вот простой и наглядный пример.
Как временные ветви Древа Жизни, не ведающие о питающих их корнях, к тому же отрицающие корневое, первоисточное Знание, основывающие свою НКМ на "веточном знании", как они могут научить будущие плоды? Как ветки вместе с листьями на них прикажут бутонам появиться и расцвести? Только передавая корневое Знание, Знание питающих их самих соков Земли. Как они научат жизни вечной, продолжению рода чело-вечного, будучи временными? Но ведь учат... и в школах, в ВУЗах.

Видимо, это временное, веточное знание должно на этапе самонадеянной молодости отказываться от корней своих, и пробовать пустить собственные корни от... ветвей, а не из земли... Конечно, такие попытки небезуспешны, это видно даже из примеров растительного мира.
Однако, корни этих веток... тянутся к земле, к тем же самым питающим Древо Жизни сокам.



Так не полезнее ли для ума молодых людей и школьников сразу изучать временно-научную картину на основе корневого Знания с тем, чтобы иметь твёрдую почву для глубинного самостоятельного роста и плодоношения! Для вхождения в мир большей мерности - в мир Космоса! Не лучше ли признать науке фундаментальным не временные физические картины мира и современную научную базу меняющихся воззрений на мир, а долговременные Законы планетарного мира, мудрость Первоисточников, духовного знания Пророков, незыблемое основание происхождения жизни на земле от Жизни в Космосе!

Соединить непротиворечивым образом временное научное знание и религиозное знание о вечной духовно-религиозной основе мира связующей их философией всеединства.


Сфера сказочных ссылок
 
ФeaноДата: Среда, 2017-09-20, 2:47 PM | Сообщение # 7
Ковчег
Группа: Администраторы
Сообщений: 1852
Статус: Offline
Картина мира всегда уникальна в восприятии мыслящего человека. Общенаучная картина достаточно условна и приблизительна, если можно так выразиться. Но главное даже не в том, насколько похоже или различно мы воспринимаем научную картину мира. Главное в самовосприятии, в осознании мира в себе и себя в мире, в восприятии своей фрактальности Единству мира. И как трудно иногда объяснить человеку, что вокруг него не другие люди, а он сам во множествах прошлых и будущих форм сосуществования единого вневременного Человека-Творца. Почему же человек отделяет от себя Творца и ищет Бога в звёздных небесах или в дальней дали? В самом деле, ум человека земного далёк от Разума божественного центра – Логоса Космоса, да и сама планета Земля находится на периферии галактики Млечный Путь, и это не просто красивое сравнение человека с планетой, а реальное тождество, которое пока не для всех является реальностью. Проекции проявленных форм Сознания. Как всё же замечательно, что мы такие разные, воспринимаем и реализуем свои таланты по-разному, идём разными путями к одному искомому. Однообразное восприятие мира, даже в простом его проявлении, делает мир неинтересным. Мы, такие земные и умные, сами усложняем свой путь, творим, запутываем и разгадываем, и неспроста, а по провидению, точнее сказать, по велению великого Замысла судьбы своей, сплетенной с судьбами других людей и составляющего фрагмент ещё более великого Замысла, сплетённого узором в единстве Космоса… бездонной и прекрасной Звёздной Души нашей.

О, Боги, благодарности - нет края,
Нет меры и того, что не сбылось,
Повсюду муза истинного рая
Звучит во мне, поёт земная ось.

Порой, заслышав сердца стук извечный,
Уж в горле ком, и слёзы на чеку,
Вот, вот польются реками навстречу…
В незнаемую временем… строку…

Навстречу с тем, кого не знаю я,
Кто вёл меня от первых мира дней,
Туда, где вечны все мои моря…
Где Тихий Океан души моей…

И добавлю фрагмент статьи автора Семушкин

49_РУССКИЙ КОСМИЗМ

Косми́зм (греч. κόσμος — организованный мир) — философское мировоззрение, в основу которого положено представление о Космосе и о человеке как «гражданине Мира», а также о микрокосмосе, подобном Макрокосмосу. В философии понятие Космизма связано с учением древних греков о мире как структурно-организованном и упорядоченном целом. В религиозных системах Космизм является неотъемлемой частью теологии. В науке учение о Космизме основано на теориях о рождении и эволюции Вселенной: концепции Канта-Лапласа (18 в.) об образовании солнечной системы конденсацией пылеобразных масс; теории расширяющейся Вселенной А. Фридмана, разлетающихся галактик Э. Хаббла (20 в.), теории относительности А. Эйнштейна и др.

В русском космизме выделяют течения: естественнонаучное, религиозно-философское, поэтически-художественное. В естественнонаучной форме идеи космизма развивались Н.А.Умовым, В.И.Вернадским, К.Э.Циолковским, Н.Г.Холодным, А.Л.Чижевским. В трудах этих ученых осознается потребность в разработке новой картины мира.

Существует, по крайней мере, две точки зрения космистов на мир. Для одних мир есть космос, для других мир — история. Если мир космос, то в нем (с ним) уже все было и круговорот собы¬тий не оставляет человеку надежду на будущее. Если мир история, то в мире еще не все явлено и есть надежда на будущее. Для древних греков мир был космосом, для первых христиан — историей. В русском космизме возрождается космоцентризм древних греков. Но отправной точкой этого возрождения выступает опыт исторического сознания, оставляющего возможность для свободного доопределения мира человеком.
Чтобы изменить картину мира, постулирующую случайность человеческого существования в структуре космических процес¬сов, необходимо, писал В.И.Вернадский, ввести жизнь в самую основу космоса, в атомы.

Константин Эдуардович Циолковский (1857—1935). Основоположник современной космонавтики. Вывел уравнение движения, пришел к выводу о необходимости двухступенчатых ракет. Предлагал заселить космическое пространство с помощью орбитальных станций. Считал, что развитие жизни на одной из планет Вселенной достигает такого могущества и совершенства, что оно позволит преодолевать силу тяжести и расселяться по Вселенной.

Владимир Иванович Вернадский (1863—1945). Разработал учение о биосфере («живая сфера») — совокупности живого вещества Земли, проявляющего себя как единый организм. Ныне это общее место экологии, но тогда это учение только зарождалось. Биосфера постепенно эволюционирует к ноосфере («сфере разума») — к такому состоянию, когда человечество овладеет силами природы, научится контролировать погоду, изменять ландшафт и управлять самой эволюцией живых существ. Ныне подобные эксперименты кажутся губительными для окружающей среды, но Вернадский был оптимистом. Человек — часть биосферы и его вред не абсолютен. Человек — залог того, что биосфера Земли в будущем распространится на окрестные планеты. Хаотичному развитию жизни на Земле должно прийти упорядоченное человеческим разумом развитие. В природе нет ничего случайного, в том числе и человек. Впоследствии космизм был удачно интегрирован в советскую философию.

Александр Леонидович Чижевский (1897—1964) биофизик, изучал влияние космических физических факторов на процессы в живой природе, в частности, влияние циклов активности Солнца на явления в биосфере, в том числе, на социально-исторические процессы
Религиозно-философское направление русского космизма связано с именем

Николая Федоровича Федорова (1828—1903).
Главный труд - «Философия общего дела» — философия действия. Чтобы сде¬латься знанием конкретным и живым, философия должна кон¬центрировать в себе не только сущее, но и должное; философия должна стать реальным проектом будущего.
Трудовая активность человечества, единство теоретического и практического действия рассматриваются в «общем деле» как главные проблемы. Идея вдохновляет человека к деятельности, но реализация ее требует колоссальной отдачи, созидания, всеобщности труда.
Философию Федорова можно считать космически-утопической. Он мечтал о переустройстве мира на основе преодоления смерти, овладения тайнами жизни, достижения богоподобной власти в измененном и преобразованном мироздании.
В конце XIX в. пришел к выводу, что человечество ожидает истощение земных ресурсов при постоянном умножении числен¬ности населения. Выход виделся в завоевании новых сред обита¬ния, преобразовании Солнечной системы, дальнего космоса.
Назначение философии, по Федорову, состоит в том, чтобы обосновать в самом общем виде необходимость регуляции природы и наметить основные объекты преобразования. Речь идет о метеоро¬логической регуляции, управлении движением Земного шара, маг¬нитными силами, о поисках новых источников энергии и т.д.
Преобразуется не только природа, но и человек, его организм. Необходимо исследовать механизм питания растений, по типу ко¬торого можно затем перестраивать человека. С физическими органами должна измениться психика, внутренний мир человека. В деле регуляции природы должна помочь наука. Но не та, которая воспроизводит жизнь в малых формах, лаборатории, кабинете. Такая наука дает теоретическое, мнимое господство над природой при подчинении ее закону смерти. Федоров призыва¬ет к синтезу научного знания вокруг астрономии, выдвигает идею «космизации» науки.

Для реализации идей космизма необходима длительная человеческая жизнь. Смерть слишком рано прерывает ее. Оттого в философской системе Федорова вопрос жизни и смерти рассматривается как один из главных. Федоров считает, что самое ценное в христианстве — идея воскрешения, вечности жизни. Воскрешение, достижение бессмертия и есть «общее дело» че¬ловечества, ведущее ко всеобщему братству, родству, преодолению «вражды», разрыва слова и дела, «знания и невежества, богатства и бедности, города и деревни».
Федорова мучила проблема людской разобщенности, отсутствие братских отношений. «Небратство» в мире ведет к катастрофе, человек своей деятельностью способствует приближению конца. Цивилизация, выросшая на «небратской» жизни, держится вечным страхом, насилием; «небратство» проявляется в стремлении к войне, во враждебном отношении к природе. Но не считал, что призыв ко всеобщей любви, братству может снять социальные проблемы.

Одно из актуальных противоречий человечества — противоречие между мыслью и действием. Идеален тот строй, где сознание и практическое дело взаимодополняемы.

Поэтически-художественное направление в русском космизме представлено В.А.Левшиным, В.Ф.Одоевским, А.В.Сухово-Кобылиным. В нем отражены поиски связей между истиной и смыслом человеческого существования. Связи бытия, реализующие смысл бытия, составляют «космос» истории.
Помимо этических следствий разложения связей человека со своим лоном (вселенной) русский космизм указывает на экологические последствия этого распада. Экологические проблемы являют нам не мир как историю, а мир как космос. Создается термин «ноосфера».
Русский космизм потому и называется русским (в отличие от других космизмов), что космос в нем предстает в изначальном смысле слова «вселенная» — как дом, в который еще надо все¬литься не поодиночке, а всем миром.
С какой стороны ни рассматривать феномен русского космизма, его исторические корни теряются в мифологическом сознании, определяемом смесью христианства и язычества.


Единство - Закон Богов
 
ФeaноДата: Среда, 2017-09-27, 3:01 PM | Сообщение # 8
Ковчег
Группа: Администраторы
Сообщений: 1852
Статус: Offline


Знает душа лишь о тайне
…звучания свыше:
Всё относительно в каждом живущем миру.
Свыше тебя – потолок твоей мысли,
что в нише
Сферы сознания.
Уровень втянут в Игру
Мира безмерного,
творчества Мысли Творца.
Каждый творец - уникальное мира Единство.
Вот почему манит тайна загадкой кольца,
Мысль бесконечно уводит в истоки таинства…

Разве слова… это смыслы?
Тени в пещерах…
Разве Идеи откроют все тайны свои?
Суть запределья в структуре поэмы Гомера,
В каждой из роз, для которой поют соловьи…

Будет Сизиф бесконечно закатывать камень
В гору, вершины которой не видно ему,
А над вершиной - другие вершины, как знамя
Вечной любви,
притяженья к творцу Одному.

Умный Сизиф,
для тебя я пою оду эту,
Будь же ты счастлив,
оставь свои камни внизу
Там, где слова без души и восторга поэта.
В каменном русле не вырастишь чудо лозу…

Счастье искомое скрыто не в книгах ученых,
В светлой душе, что открылась поющим сердцам.
Сладким нектаром питаются славные пчелы,
Жвачку жуют, кто подобен глупцам и купцам.

Мира картина всегда и везде уникальна,
Пусть уж наука стремится объять этот мир
Так, чтобы сердце откликнулось в такт, музыкально,
Так, чтоб звучала Гармония праздником лир.

***

Все же научное знание необходимо
Каждому страннику мира по серпантину
Лучших путей из возможных, лучших дворцов
В играх творения мира многих творцов...



Единство - Закон Богов
 
ТанецДата: Воскресенье, 2017-10-01, 10:21 AM | Сообщение # 9
Администратор
Группа: Администраторы
Сообщений: 1944
Статус: Offline
Когда человек открывает законы Природы,
Покорным становится, Ей доверяя все троны.
Она же, играя умами и чувствами, знает,
Что в лоне Её человек до Творца созревает.

Когда раскрывает он Тайны Природы своей,
Сгорает в телесности, дух доверяя лишь Ей.
В Природе нет смерти, но смена есть временных форм,
Уму не понять, что сильнее Она всех проформ.
Бессмертие Жизни Природы волшебной стрелой
Летит по мирам, отнимая у тверди покой.
 
ВъедливыйДата: Воскресенье, 2017-10-01, 11:12 PM | Сообщение # 10
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 355
Статус: Offline
Цитата MгновениЯ ()
Тут уместно вспомнить, что сказал когда-то Александр Поуп: «Недостаточное знание - опасная вещь. Пей вволю из его источника или вовсе к нему не подходи. Выпьешь мало - только опьянеешь, выпьешь больше - снова отрезвеешь». Справедливость этих слов продемонстрировала история науки. Когда наука была молодой и одерживала первые успехи, у нее закружилась голова от собственного мнимого всесилия, и она объявила свою монополию на истину. Сейчас, войдя в пору зрелости, она узнала больше и стала медленно, но верно возвращаться к тому миропониманию, которое когда-то было дано человечеству через Откровение. Но возвращаться уже на новом уровне, наполняя общие религиозные и этические истины конкретным содержанием, что-то уточняя и дополняя. И именно понимание этой динамики должно помочь нам правильно решить вновь ставший актуальным вопрос о соотношении знания и веры.

Сильная статья! И автор, Тростников Виктор Николаевич (1928 г.р.), - глыба, разносторонний интеллектуал, носитель многих научных специальностей, философ-богослов. Но последнее у него явно преобладает, что неизбежно делает его предвзятым в оценке истории науки и последних её достижений. Поясним. Если придерживаться его разделения всего здания науки на науку-исследование и науку-мировоззрение, то сразу можно указать на искусственность такого разделения. Наука-исследование - это и есть естественные науки, которые добывают факты действия законов Мироздания, причём непременно оговариваются условия и границы их применения для объяснения Мироздания, включая феномен жизни. А науки-мировоззрения просто не существует, именно, как объективной науки. А то, что за неё выдаётся, это не более, чем мнения политически или клерикально ангажированных сил в истории человеческого общества в угоду властным и материальным амбициям поводырей человечества. Вот и выявляется софизм философа-богослова - придумать вроде бы правдоподобное, но не существующее понятие и начать с н им бороться всем интеллектуальным недюжинным арсеналом.

Автор делает (возможно, вполне сознательно) ту же ошибку, которую делают либералы, оценивая исторические события в России, а особенно период Красного Проекта, с позиций современных либеральных представлений об истине и справедливости, совершенно игнорируя конкретные исторические условия, которых эти события происходили. Вот у них и получаются  выводы, с кондачка, что "не так надо было" или "можно было, но не с такими жертвами" и т. д. В общем, как у Руставели: "каждый мнит себя стратегом, видя бой со стороны". В данном случае умничают со стороны современной развитой цивилизации, уже преодолевшей ценой многих трудов и жертв былые сомнения, ошибки, выборы путей жизни и развития и создавшей условия жизни, вообще пригодные для таких досужих размышлизмов.

То же и для истории науки. Как дети не сразу научаются говорить букву "р" и рассуждать о событиях вокруг себя, так и наука, вместе с цивилизацией, проходит детский возраст, потом становится всё более зрелой, расширяет свой кругозор, вырабатывает всё более общие и глубокие представления о Мире. Так классическая наука о макро объектах становится частным случаем квантовой науки о микро объектах, которая тоже ещё не претендует  на полное объяснение Мироздания, которое ещё впереди. Поуп сказал поучающую сентенцию о "недостаточном знании", как будто он знает, какое оно, достаточное. Знание ВСЕГДА будет недостаточным, и как ни объясняй всё наличием Создателя и Бога, которым известно всё, таковым для науки и останется. А история, в том числе науки, какая она случилась при развитии цивилизации, такой она и останется. И не нам с кондачка оценивать, что не туда шли и не так шагали люди и учёные в прошлом. Нам теперь свою историю надо делать, как сейчас представляется должным, и будь, что будет. А потомки поймут правильно и пойдут дальше, уважая прошлое, а не ёрничая над ним. Там были люди не глупее нас, просто уровень цивилизации, нравственности, представлений о Мире у них был иной. Спасибо им, что мы дожили до нынешних времён и стали довольно развитыми, чтобы знать и понимать больше, чем они.


ёклмн&ёпрст
 
ВъедливыйДата: Понедельник, 2017-10-02, 9:03 AM | Сообщение # 11
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 355
Статус: Offline
Цитата Танец ()
В Природе нет смерти, но смена есть временных форм,Уму не понять, что сильнее Она всех проформ.

Красиво, но абстрактно!

Ну почему же не понять?! Для чего же тогда Природа развилась до Ума-Разума? Чтобы понимать! Главная проформа, которую уже понимает Ум, это то, что Природа неисчерпаема для познания, и это познание не может остановиться на некоем рубеже, где предполагается существование Создателя Всего. После этого рубежа неизбежно возникнет вопрос: а откуда взялся Сам Создатель на самом верху доступной нам пирамиды Гармоний-Систем Мироздания? И предстанет для познания ещё более  великая пирамида Гармоний более совершенного Мироздания. Не помню, кто сказал, но есть такая сентенция: как знать, может быть, весь наш Мир не более, чем грязь под ногтями некоего супер Существа? Гипербола, не лишённая права на смысл...


ёклмн&ёпрст
 
ТанецДата: Понедельник, 2017-10-02, 10:21 AM | Сообщение # 12
Администратор
Группа: Администраторы
Сообщений: 1944
Статус: Offline
Москва, 29 сентября 2017 года

На 90-м году жизни, в день своего тезоименитства, скончался русский ученый-математик
и православный мыслитель Виктор Николаевич Тростников.


Виктор Николаевич родился в Москве 14 сентября 1928 года. Во время Великой Отечественной войны был эвакуирован в Узбекистан, где с 14 лет почти до окончания войны работал на сахарном заводе. По возвращении в Москву был мобилизован на трудовой фронт. Поступил на физико-технический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова. После его окончания преподавал математику в МИФИ, МИСИ, МХТИ, МИИТ и других вузах. Подготовил ряд статей и книг по истории математики и математической логике.

Со временем область интересов Тростникова сместилась к религиозной философии. В 1970 г. он защитил кандидатскую диссертацию по философии. Из-за того, что в 1980 г. книга Тростникова «Мысли перед рассветом» была опубликована в Париже, а сам он печатался в альманахе Аксенова «Метрополь», Виктор Николаевич был уволен с работы и вплоть до развала СССР работал сторожем, каменщиком, чернорабочим, прорабом.

После образования Российского православного университета был избран его профессором, преподавал философию, философию права и всеобщую историю. Написал множество книг и статей по православному богословию, философии, истории и политике, часто, почти до самой смерти, выступал с лекциями на радио и телевидении.

Да упокоит Господь раба Своего Виктора в селениях праведных!

29 сентября 2017 г.
http://www.pravoslavie.ru/106702.html

"..Главная ложь современной европейской науки заключается в материалистическом миропонимании. Оно позволило науке добиться быстрых первых успехов, но плата за это оказалась чрезмерно высокой. Это миропонимание оказало на массы сильнейшее развращающее воздействие, ибо они, в отличие от самих ученых, большая часть которых принадлежала по рождению к религиозному типу, были против него совершенно беззащитны. А сейчас оно стало тормозом уже и в чисто методологическом плане. Так что наша сегодняшняя задача предельно ясна: решительно избавиться от всех форм наукообразной лжи. И вернуться к подлинному познанию. Только что мы видели, что, не желая этого, наука собрала огромный материал, который может служить отправной точкой такого познания. К нему нам и нужно ныне обратиться".
https://cont.ws/@veschun/74831

Виктор Тростников
 
ТанецДата: Понедельник, 2017-10-02, 10:34 AM | Сообщение # 13
Администратор
Группа: Администраторы
Сообщений: 1944
Статус: Offline


Конец науки - начало познания

Всякое поколение хочет понять суть своего времени и осознать свое место в человеческой истории. Но сделать это очень трудно. Обычно получается так, что свою эпоху люди воспринимают в образе предшествующей эпохи, видят мир с сильным запозданием, как при разглядывании в телескопы далеких звезд. Одна из причин этого заключается в том, что такое разглядывание идет через литературу и искусство, а они обладают определенной инерцией. Но помимо этой субъективной трудности имеется и трудность объективная, и она, видимо, непреодолима. Суть исторических явлений определяется не только их собственным содержанием, но и суммой последствий, а эти последствия выходят на поверхность лишь спустя некоторое время после того, как явление прекратит свое существование. Сколько же времени требуется событиям, чтобы отстояться? Жизнь показывает, что итоги можно подводить примерно через пятьдесят лет. Именно такое время понадобилось Толстому, чтобы верно описать события Отечественной войны, а Фолкнеру, - чтобы дать правдивую панораму борьбы между Севером и Югом. Раньше этого срока окончательную оценку произошедшему дать очень сложно. Но и упустить момент опасно - все начнет забываться.

Что ж, выходит, свою эпоху нам так и не осмыслить? Полностью, конечно, нет. Недаром шутят, что древние греки не знали о себе самого главного, - что они древние греки. Но многое в собственном времени станет нам понятным, если мы хорошо поймем суть предыдущего, уясним смысл тех событий, которые уже закончились и улеглись. Ведь они составляют фундамент последующего, а фундамент во многом влияет на тип здания. Внимательно всмотревшись в прошлое, мы лучше увидим настоящее, и даже будущее.

Пятьдесят лет назад стало достоянием истории одно из самых поразительных явлений всех времен - европейская наука. Возникнув в конце XVII века, она за какие-то два с половиной века прошла путь от первых насосов Роберта Бойля до сканирующих электронных микроскопов и от первых формул аналитической геометрии до теории линейных операторов в гильбертовом пространстве. Она полностью преобразила окружающую нас материальную действительность и в немалой степени изменила нас самих, внушив нам новую иерархию ценностей, приучив к иному образу жизни и к иной манере мышления стала на какое-то время всемирным фетишем, породила грандиозные надежды и мечтания, а затем, не попрощавшись, по-английски, навсегда покинула нас. Для многих эти слова покажутся странными, поскольку множество и отдельных лиц и коллективов до сих пор занимается деятельностью, которую они называют научной работой. Но это лишь обычное перенесение популярного термина на вещи, уже не соответствующие его первоначальному смыслу.

Чем же она была европейская наука? Как возникла, и почему её больше нет. По поводу ее возникновения есть стандартный ответ: её породили практические потребности. Но кто любит честную игру, никогда такой ответ не примет - это пустая отговорка. Потребности существовали у людей, по крайней мере, 20000 лет, а наука появилась только на рубеже семнадцатого и восемнадцатого веков. Потребности были всюду, а наука возникла лишь в Западной Европе. Значит, условия, необходимые и достаточные для ее появления, сошлись вместе именно тогда и именно там. Что же это были за условия? Попробуем выявить их одно за другим - сначала сравнительно недавние, а затем более ранние.

Знаменитый математик Лаплас был при Бонапарте министром внутренних дел. При одной из встреч с императором он подарил ему свою книгу "Изложение системы мира". Просмотрев ее, Наполеон выразил удивление, что в ней ни разу не упомянут Бог. Лаплас ответил: "Я не нуждался в этой гипотезе". Эта фраза обрела огромную популярность, ибо выразила одну из важнейших составляющих научного кредо, тот принцип, которого неукоснительно придерживаются все ученые. Они думают, что она показывает их непредвзятость, на самом же деле в ней сквозит как раз тенденциозность. Ученые любят хвалиться тем, что им нет заботы ни о чем, кроме фактов, что все свои выводы они извлекают только из наблюдений, из "его величества эксперимента". Но из наблюдений нельзя извлечь ровно ничего, кроме описания этих наблюдений, а такое описание отнюдь не есть наука. Наука начинается там, где появляется теория, а теория всегда больше совокупности фактов. Ее создают так: на основе интуиции выдвигают некоторую гипотезу и смотрят, вписываются ли в нее имеющиеся факты. Если не вписываются, - гипотезу переделывают или отбрасывают, если вписываются, - она превращается в теорию. Ну, а коли так, непредвзятость должна была бы состоять в том, чтобы примеривать к фактам все гипотезы, включая и ту, которая подразумевает существование Бога. Однако нет, ни один ученый такую гипотезу не испытывает - он заранее "не нуждается" в ней. При этом в частной жизни он может быть верующим и даже писать что-то по вопросам веры, но эти писания не войдут в его научное наследие и не будут считаться учеными занятиями. В науке надо уметь отделять творение от Творца и изучать творение само по себе, как нечто первичное. Это - непременное условие.

Понятно, почему его выполнение содействовало быстрым успехам науки: позволяло ученым сконцентрировать все внимание на изучении свойств материи, не отвлекаясь мыслями на то, кто и зачем ее создал. Человеческое сознание устроено так, что не может вместить в себя сразу два предмета, особенно если они далеки друг от друга, Оно может быть сфокусировано на чём-то одном и ближайшем его окружении. В восемнадцатом и девятнадцатом веках ученые исследовали очень простые, самые поверхностные аспекты поведения материальных объектов, а они связаны с глубинными причинами сущего, в частности с обстоятельствами творения, очень длинной цепочкой посреднических звеньев. Поэтому, начало и конец этой цепочки нельзя было успешно осмысливать вместе, это привело бы к расщеплению психики, так что уклонение ученых того времени от рассмотрения гипотезы о Творце было отчасти продиктовано инстинктом самосохранения. Вначале, правда, некоторые из них пытались заниматься сразу и следствиями и причинами, но у них ничего не вышло, и они отступились. Скажем, Ньютон в своем первоначальном эскизе теории тяготения вводил в рассмотрение ангелов, обеспечивающих дальнодействие, но увидел, что от этого нет никакой пользы, и в окончательном варианте оставил одну математику. "Я не строю гипотез сказал он по этому поводу, имея в виду гипотезы о механизме взаимодействия между духом и веществом. Эти слова отделяют от фразы Лапласа сто лет, и посмотрите, как за это время изменилось отношение к подобным размышлениям. Ньютон говорит: "Хотел бы, но не получается", Лаплас говорит: "Не хочу и пытаться". И если точка зрения Ньютона была еще переходной, то у Лапласа она обретает уже статус устоявшегося тезиса, выражающего общее мнение ученых.

Однако одной лишь концентрации интереса на предмете изучения было бы для возникновения науки недостаточно. Большую роль сыграло и то, что этот интерес был громадным, всепоглощающим, что он становился для ученого главным, а чаще и единственным интересом его жизни, физиолог Иван Павлов сказал, что науке нужно отдавать всего себя без остатка, иначе в ней ничего не добьёшься, и это действительно так. Европейские ученые так и поступали, они были настоящими фанатиками исследования природы, поэтому и добились таких грандиозных результатов. Тот впечатляющий прорыв мысли, который они осуществили, был бы невозможен без непрерывного горения.

Невозможен он был бы и еще без одного условия - полной раскрепощённости сознания, порождающей свободу суждений и предположений. Вынеся Творца вселенной за скобки, ученые сами сделались самостоятельными творцами - если не собственно вселенной, то ее теоретических моделей. Традиции и авторитеты перестали для них что-либо значить, каждый из них начинал свое постижение мира чуть ли не с нуля. Эта установка хорошо выражена Декартом, который усомнился во всем, что говорили о мироустройстве до него, и начал выводить свою концепцию сущего из единственного постулата: "Я мыслю, следовательно, я существую", И это дало ценные плоды: им была создана основа высшей математики, аналитическая геометрия. А придерживайся он традиций, он просто продолжил бы изыскания эллинских геометров, считавших достойными рассмотрения лишь те фигуры, которые можно построить циркулем и линейкой, а эта работа давно зациклилась и стала бесперспективной.

Таковы условия, приведшие к возникновению науки. Сведем их воедино:

1. Осознание себя инициативной творческой личностью.

2. Отношение к умственной работе как к святому делу.

3. Концентрации исследовательского интереса на материальных объектах.

Если не удовлетворяется хотя бы одно из этих требований, не будет и науки. Все три одновременно они до семнадцатого века нигде не удовлетворялись, поэтому не было и науки. Была мудрость, были знания, была систематизация знаний, а науки не было! Аристотель с его необъятной эрудицией и с раскладыванием всего по полочкам - еще не наука, а Роберт Гук с его простеньким законом "деформация пропорциональна силе" - уже наука. Три условия соединились, как химические реагенты, и начался взрывной процесс.

Почему же это случилось именно в Западной Европе и именно в конце семнадцатого века?

К этому совпадению вёл длинный исторический путь. Указанные условия осуществлялись последовательно и в том же, указанном нами порядке. И все три были связаны с христианством, так что возникнуть в странах, которые никогда не были христианскими, науке не могла.

Именно христианство пробудило внутреннюю активность человека, сделало его дерзновенной творческой личностью. Христос призвал своих последователей быть Его энергичными помощниками в деле Божественного Домостроительства. Пассивность строго осуждена Им в притче о талантах: раба, который не проявил изобретательности в использовании данной ему ссуды, господин приказывает бросить во тьму внешнюю, где плач и скрежет зубов (Мф. 25, 30). Это был вызов всему тогдашнему миропониманию. Чтобы оценить всемирно-историческое значение этого вызова, нужно понять, что представляло собой античное миропонимание.

У нас принято изображать античный мир как нечто светлое и прекрасное. Это - волшебное "детство человечества" (Маркс), там все пронизано солнцем, жизнь бьет через край, искусство ищет высшего совершенства форм, философия проникает в бездны мудрости. Этот образ, похожий на образ утерянного рая, сформировался в эпоху Возрождения, и уже, поэтому в нем не может быть никакой объективности. Ведь возрождалось-то в эту эпоху как раз эллинское язычество, поэтому совершенно естественно, что оно всячески идеализировалось. Картина очень далека от действительности, если не сказать, - противоположна ей. У античной цивилизации был серьезный недостаток, который замалчивается историками, и который перевешивал все ее достоинства - неподвижность. Взять хотя бы то же искусство: на протяжении тысячи лет оно не сдвинулось с места. Как высекали ваятели из мрамора людей, очень похожих на настоящих, так и продолжали высекать. Так же обстояло дело и в интеллектуальной области. За пятьсот лет тот маленький шедевр, каким была Евклидова геометрия, не пополнился ничем существенным - все любовались им, и только. В общем, это был многовековой "период застоя", хотя и довольно пышного. И корни этой застойности уходили в религию. Верно сказал однажды митрополит Виталий: "Мир управляется религиозно", какова религия, такова и жизнь общества. У греков выше всех богов стояли мойры, прядущие нить судьбы, изменить эту судьбу не мог никто, даже сам Зевс. Соответственно, самой существенной чертой античного мироощущения был фатализм. Он делал греков и римлян совсем не такими людьми, как мы с вами, я бы сказал даже - малопонятными для нас существами. Пределом их мечтаний было не иметь в жизни то-то и то-то, а узнать о том, что им предназначено иметь всемогущим роком. Чтобы заглянуть в своё будущее, они платили огромные деньги оракулам, и это сегодня кажется удивительным и непонятным, поскольку, по их же собственному убеждению, в этом будущем абсолютно ничего нельзя было изменить. О неотвратимости написанного на роду повествует вся греческая трагедия, это ее основная тема.

Этот великий застой не был чем-то безобидным, - в конце концов, он привел к реальной угрозе вырождения человека. Души каменели: даже зрелища гладиаторских боев с агонией умирающих не могли уже пробудить в них острых ощущений. Широчайше распространился содомский грех, за который Господь низвел когда-то серный и огонь на цветущий город. Жизнь теряла привлекательность и становилась все более дешевой. Возрастало количество немотивированных самоубийств, в том числе и в высших слоях общества, утопавших в роскоши. И, главное, не предвиделось никакого выхода из этого тупика, так как идея рока делала людей внутренне апатичными.

Христианство взорвало эту апатию. Оно отменило рок и сделало каждого человека хозяином своей судьбы, да еще, какой судьбы - вечной! Он мог теперь сделать более головокружительную карьеру, чем любая карьера на земле - войти в Царство Небесное. Но предупредило, что это потребует напряжения всех душевных сил: "Царство Небесное силою берется" (Мф. II, 12). Эта Благая Весть, подкрепленная нисхождением Святого Духа. постепенно переродила европейского человека, создав из него "новую тварь" (2 Кор. 5, 17). На нашей планете появилось невиданное ранее существо, отличительными признаками которого стали возвышенные устремления души и колоссальная сила воли, выражающаяся в умении подчинить всю жизнь достижению цели, на которую направлены эти устремления. В безграмотных опусах атеистов ранние христиане выставляются непритязательными простачками, в действительности же они были максималистами, которым вынь да положь самое высокое, что есть на свете, и ни на йоту ниже, - Истину в ее последней инстанции. В них и началось то горение, которое необходимо для создания науки.

Но это было только первое из вышеназванных условий. Второе же стало осуществляться лишь около девятого века. Почему не раньше? Потому, что раньше вера христиан была очень сильной и делала невозможным заниматься с религиозным пылом построением теорий. Пламенная вера открывает человеку ни с чем не сравнимую возможность прямого молитвенного соединения с Богом, и это соединение есть не что иное, как постижение Истины в ее персонифицированной, то есть онтологической форме. Первые христиане широко пользовались такой возможностью - слова: "Я есмь путь и истина и жизнь" (Ин. 14. 6) были для них не иносказанием, а опытно проверенным фактом. Но тот, кто постоянно носит в своем сердце образ Спасителя, может ли ставить на одну лоску с его созерцанием какие-то умствования? Конечно, нет. В этом случае Иисус Сладчайший есть для него "Альфа и Омега" (Откр. 1, 8), поэтому самым сильным творческим стремлением будет не рассуждать о чем-то, а просто жить во Христе. Такая жизнь означает непрестанную молитву (1 Фес. 5, 17), а молиться в условиях мирской суеты очень трудно, тем более непрестанно. И вот цвет европейского человечества потёк из городов и сёл в безлюдные труднодоступные места, чтобы ставить там кельи и вливаться в общежительные монастыри. Это происходило на огромном пространстве от Британии до Египта и от Испании до Малой Азии. В одной нитрийской горе в Северной Африке, где удобно рыть пещеры, подвизалось одно время пять тысяч монахов. В Ирландии шестого века каждый третий мужчина был монах, поэтому ее прозвали Святым Островом.

продолжение далее...
 
ТанецДата: Понедельник, 2017-10-02, 10:35 AM | Сообщение # 14
Администратор
Группа: Администраторы
Сообщений: 1944
Статус: Offline
Однако тот мощный импульс веры, который изошел от Боговоплощения и Пятидесятницы, мало-помалу поглощался сопротивлением греховной человеческой природы, и образ Бога в людских душах стал терять свою конкретность. Его лик начал как бы растворяться в тумане, и высшим из вместимых в сознание уровней сущего стал тот, который на самом деле был вторым, уровень проекции Бога на понятийные структуры. Здесь находится уже не сам Бог, а совокупность Его ближайших эманаций, Его "энергии" и формообразующие идеи. Жажда познания истины осталась в человеке, но истина начала теперь пониматься в гносеологическом смысле, то есть как учение, как доктрина. И лучшие из лучших обратились к выделению и осмысливанию "универсалий" - общих понятий, непосредственно связанных с категорией Бога. Так начался период богословской схоластики. По своему официальному статусу схоласты оставались монахами, и большинство из них жили в монастырях, но по сравнению со своими предшественниками они спустились на одну ступеньку вниз - от экзистенциального постижения самого Бога, к умственному постижению Его премудрости. Это значит, что осуществилось второе из наших условий. Правда, на раннем этапе речь шла о премудрости невещественной, но уже на рубеже одиннадцатого и двенадцатого веков в схоластике обозначилось направление, названное "номинализмом", выдвинувшее тезис "универсалии после вещей". По-иному эту же мысль можно выразить так: "вещи важнее общих понятий". Способность людей вмещать духовное продолжала уменьшаться, и высшей формой познания стало представляться уже познание проекции Бога на материальную вселенную. Но сосредоточиться на изучении этой проекции мешало то, что мысль о Том, Кто проектируется, все время присутствовала в сознании. Искатели истины не умели еще отделить размышления о вещах от размышлений об их Творце.

Сделать этот последний шаг помог им протестантизм. Важность той роли, которую сыграл, протестантизм " становлении всей нынешней цивилизации, убедительно показал Макс Вебер, но в появлении науки она была просто решающей. Он отграничил внутреннюю жизнь человека от внешней, религиозные переживания от образа поведения, нравственное чувство от профессиональных занятий. Лютер провозгласил, что спасает исключительно вера, а есть в человеке вера или нет, может судить только сам человек, ибо это субъективное состояние души, которое может ничем наружно не проявляться. Веруешь в душе - и этого достаточно, жить же можешь так, как требуют обстоятельства. Чтобы подать окружающим пример следования этому принципу, он демонстративно женился на монахине, что по прежним понятиям было двойным грехом: нарушил собственный обет безбрачия, данный при рукоположении в священники, и совратил девицу, посвятившую себя Богу. Дескать, мне нечего бояться - в душе я верую, а это главное. Кальвин же пошел еще дальше и стал учить, что спасение или погибель предопределены для каждого еще до рождения, поэтому надо делать то дело, к которому ты приставлен, и не предаваться бесполезным раздумьям о своей посмертной судьбе. Работаешь палачом, - хорошо руби головы, занимаешься ростовщичеством, - дери хорошие проценты, изучаешь свойства материи, - отдай этому занятию все свои способности и выкинь из головы все остальное. А веру - имей, но помести её в самую глубину сердца, где она ничему не будет мешать.

В области хозяйственной деятельности эта концепция привела к бурному развитию капитализма. В области интеллектуальной к бурному развитию науки. Наличие тут прямой связи подтверждается и тем, что почти все основатели европейской науки были протестантами - англичанами, немцами, голландцами, французами-гугенотами и т. д. Протестантизм обеспечил выполнение третьего условия, а поскольку первые два уже были выполнены, колесо науки закрутилось, и начало быстро набирать обороты.

А вращать его стали опять лучшие из лучших. Это, собственно, было то же самое племя, которое когда-то населяло скиты и киновии, а позже жарко спорило о количестве чертей, помещающихся на острие иглы: племя неистовых искателей истины. Оно появилось в Европе вместе с христианством, и это были иноки. Их преемниками стали богословы-схоласты средневековья. Третьей генерацией явились европейские ученые.

Историки-популяризаторы любят на разные лады повторять волнующий рассказ о том, как наука бросила смелый вызов схоластике, и после драматической борьбы вытеснила ее из европейских университетов, заняв там ее место. Это было очень трудно, говорят они, так как схоластику защищала и отстаивала католическая Церковь. Но они умалчивают о самом существенном: это была типичная семейная драма, извечный банальный сюжет, где неблагодарный сын прогоняет воспитавшего его отца. Тот факт, что университетская наука унаследовала свои организаторские структуры от выработавших их в течение веков богословских центров, хорошо известен, и его иллюстрирует сама академическая терминология Например. "декан" - это "настоятель храма", "бака лавр" - "отказавшийся от брака", то есть "монах". Когда мы говорим сегодня "научная школа", мы уже не чувствуем, что это трансформированное слово "схоластика"; - но это так. Богословская схоластика средних веков была именно той школой, в которой прошли обкатку те качества души и ума, понадобившиеся потом для создания науки. Протестантизм просто переключил эти качества на исследование других предметов, вот и все. Иоганн Кеплер, Блез Паскаль и Исаак Ньютон были не первыми естествоиспытателями, какими их принято изображать, а последними великими богословами. Они завершили собой список богодухновенных правдоискателей, открывающийся святым Антонием Египетским. И как раз из-за того, что они были последними богословами, они оказались богословами несостоявшимися, и в этом заключалась их трагедия. Родись Ньютон в третьем веке, он и был бы вторым Антонием Великим, но он родился в семнадцатом веке, когда англиканская разновидность протестантизма толкала его к тому, чтобы напряженно всматриваться в творение, забывая о Творце. Как мы знаем, он не сразу пошел на это, так как хотел, в конечном счете, познать именно Творца. На свою физику он смотрел как на расшифровку замысла Бога в отношении сотворенного им мира, "ибо невидимое Его, вечная сила Его и Божество, от создания мира через рассматривание творений видимы" (Рим 1, 20) А в конце жизни решил, что лучше расшифровывать само Божье слово, и занялся истолкованием пророчеств Даниила. При этом по жизни он был строгим монахом и не любил, когда кто-то нарушал его уединение. Таким же отшельником был Паскаль. Близкая к кальвинизму идеология секты янсенистов, к которой он принадлежал, позволяла ему исследовать материю, отвлекаясь от размышлений о Том, Кто ее создал, но, даже пользуясь этих позволением, он испытывал угрызения совести и однажды твердо решил не заниматься больше наукой, чтобы почаще молиться Богу. Вернуло его к этим занятиям курьезное обстоятельство. Как раз в тот период, когда он оставил математику как греховное развлечение, доставляющее наслаждение, но не приближающее к Богу. у него сильно разболелись зубы. Чтобы забыться, он начал решать задачу о циклоиде, опубликованную Парижским научным обществом, и вдруг, заметил, что зубная боль прошла. Он истолковал это как знак того, что Господь разрешает ему думать о циклоиде, и через час задача была решена. Вот каких внутренних терзаний стоило этим мыслителям то, что сегодня объявляют "ответом на возникшие в обществе практические потребности" Основателям науки не было дела до чьих-то потребностей, у них были собственные. Мотивация их титанической работы была сугубо личной и в своей сокровенной сущности религиозной. Но волею судьбы они направили эту работу на создание того, что вскоре отменило всякую религиозность. И вправду, сын, убивающий своего отца, - драма, достойная Софокла.

На вопрос Фауста, кто он такой, Мефистофель отвечает. "Я - частица той силы, которая желает делать зло, а получается благо". У пионеров науки вышло обратное, руководствуясь благими побуждениями, они содействовали утверждению такой страшной формы зла, как атеизм. Это их раздвоение порождалось антиномией, заложенной в протестантизме. Он хочет сделать как лучше: отделить веру от рассуждений о предметной деятельности, чтобы они могли протекать без помех и поэтому быть более эффективными, но он не учитывает того, что, кроме отсутствия помех, эффективность определяется еще и уровнем стимуляции, а самую мощную стимуляцию к какой бы то ни было деятельности дает человеку вера. Заперев ее в дальней кладовке души на замок, протестант привыкает обходиться без нее, а потом и вообще забывает, где она спрятана. С этого момента его жизнь лишается высокой цели и заветной мечты и становится пресной. Чувствуя опасность ее затухания, протестант внушает себе такие бодрящие понятие, как "долг", "дисциплина", "ответственность" и т п., но очень далеко на этом все-таки не уедешь. И погоня за эффективностью оборачивается, в конечном счете, снижением эффективности.

Мир управляется религиозно. Воистину так! Дефект протестантской установки перешел и в те вещи, которые были ею порождены, в частности в науку. По самой своей сути она не могла существовать бесконечно долго. Ведь ее существование было основано на том, что ученые относились с религиозным рвением к безрелигиозным предметам. Это было возможно лишь в течение того переходного периода, когда вера в душах бывших христиан еще не выветрилась окончательно, но уже упала ниже той отметки, за которой желание познать Самого Бога перевешивает желание проникнуть в технические секреты устройства Его творения. Этот период длился меньше трех столетий Последними искорками гигантского костра познания, разожженного когда-то христианством, вспыхнули в первой половине нашего века квантовая теория и математическая логика. С тех пор в области физики и математики не появилось ни одной значительной идеи. Бывшая натурфилософия вырождается в технологию, а бывшая царица наук - в программирование. Правда, в биологических дисциплинах идет настоящий фейерверк открытий, но это открытия описательного характера, для которых не нужно ни вдохновения, ни самоотречения, а нужны только большие деньги. Но в них у биологии нет недостатка, ибо современное общество ждет от нее помощи в решении единственно волнующей его проблемы, как продлить срок жизни человеческого организма и сделать так, чтобы можно было получать максимум телесных наслаждений, не расплачиваясь за них болезнями вроде СПИДа. На отпускаемые им триллионы долларов лаборатории приобретают совершеннейшую аппаратуру и засаживают тысячи сотрудников за монотонные наблюдения и записи, чтобы время от времени открыть на клеточном или субклеточном уровне какое-то неизвестное ранее явление или какую-то новую структуру. Но никаких философских обобщений увиденного никто уже не делает, ибо это было бы уже познание истины, а воля к такому познанию нашей цивилизацией утеряна.

Конечно, прежде чем что-то утверждать, надо договориться о терминах. Слово "наука" можно воспринимать по-разному, в том числе и как "научение", - сказал же поэт: "Науки юношей питают". Но если постараться выделить этим термином некую исторически значимую конкретность, а не утонуть в море словесного хаоса, то лучше исходить из интуитивно более понятного термина "ученый". Наука - это совместная деятельность ученых. А что такое ученый? Строго определить это нельзя, но в этом нет ничего страшного. Все самые важные понятия формально неопределимы, но наше сознание воспринимает их непосредственно, и ошибок тут не бывает. Невозможно определить словами состояние влюбленности, но каждый из нас точно знает, когда он влюблен, а когда не влюблен. Невозможно дать определение джаза, но любой музыкант после нескольких тактов уверенно скажет, джаз это или нет. Фрэнк Синатра - это не джаз, какие бы синкопы он ни применял, а Луи Армстронг - чистейший джаз, даже когда играет в сопровождении Королевского симфонического оркестра. Так и с ученым. Если понимать под этим словом настоящего ученого (а это единственно правильно, ибо ненастоящий ученый вообще не есть ученый), то каждому ясно: Жак Паганель с его крайней рассеянностью и непрактичностью - ученый, а директор современного НИИ, ловко добывающий для своей лаборатории субсидии, - не ученый. И дело тут не в прагматизме директора, а в его несоответствии образу ученого, который как-то проник в наши сердца и живет там, вызывая уважение и симпатию. Паганель соответствует этому образу, а директор НИИ не соответствует, вот и критерий. И он безошибочен, как и внутренний критерий влюбленности. Они даже родственны, эти два критерия, ибо настоящий ученый - этот не идущий ни на какие компромиссы чудак, слабый телом и бесстрашный духом - предмет, нашей полузабытой детской влюбленности. Когда-то он много значил для нас, был властителем дум, образцом для подражания, героем книг и фильмов. Но пятьдесят лет тому назад он ушел из нашей жизни, а с ним ушла и наука. Сфера, в которой он подвизался, перешла в ведение совсем других людей - лукавых, корыстолюбивых, исполненных зависти, злоречивых, тщеславных, изобретательных на зло, вероломных, непримиримых, немилостивых (Рим. 1. 29-31) н уж менее всего озабоченных отысканием истины. Они продолжают называть эту сферу наукой, но это, конечно, никакая не наука. Раз нет ученых, не может быть и науки. Есть масштабные исследования и эксперименты, есть накопление данных и извлечение из них логических выводов, есть расчеты и обсчеты, есть участие в работе (помимо только что перечисленных) и весьма честных людей, есть практическая польза, но нет уже пафоса познания и горения духа, а значит, нет и науки. Это такое же ремесло, как любое другое, - скажем, вставление стекол, хотя более престижное и лучше оплачиваемое. И вот что показательно: как только бывшая наука стала одним из ремесел, в нее хлынули представители неевропейских народов - японцы, индийцы, китайцы и т. д., которых в той, ушедшей в историю, науке не было ни одного. Это еще одно подтверждение того, что та наука была артефактом христианства.

...продолжение ниже
 
ТанецДата: Понедельник, 2017-10-02, 10:35 AM | Сообщение # 15
Администратор
Группа: Администраторы
Сообщений: 1944
Статус: Offline
В последней фразе нет ничего обидного для нехристианских народов. Полвека - тот срок, после которого явление предстает в своем натуральном виде, и, вглядевшись с этого расстояния в европейскую науку, мы найдем в ней больше отрицательного, чем положительного. Тем, кто не принимал участия в се создании, не о чем сожалеть. Да, она породила обеспечившую комфорт технологию, но теперь эта технология так быстро начала уничтожать среду нашего обитания, что вот-вот прикончит не только комфортную жизнь, но и жизнь вообще. А остановить этот процесс или выработать какое-то противоядие ему наука перед своим уходом со сцены не потрудилась. Но еще хуже то, о чем уже говорилось: она сделала нашу цивилизацию безбожной. Ученых в этом, винить нельзя - в них-то была скрытая религиозность, - но они пополняли ее из такого источника, который годился только для них и ни для кого другого. На место живого Бога они поставили мертвую материю и по своей восторженности ухитрялись не замечать этой подмены. Они умели с христианским рвением молиться языческим идолам - камню, металлу, кислороду, таблице Менделеева, и по их молитвам им открывались сокровенные свойства этих идолов. Но другие люди, не столь увлекающиеся, не могли относиться к материи как к Богу, и когда ученые авторитетно сказали им, что материя с ее законами движения превыше всего, они сделали отсюда весьма логичное заключение: Бога нет. И это "научное" мнение стало так же отравлять души, как промышленные отходы - природу.

Ну, а есть ли в наследии науки что-нибудь положительное? Да, есть, И со временем оно, может быть, даже перевесит все отрицательное. Наука запустила в действие не только технологию, но и процесс добывания "научного материала" - объективных сведений об окружающем мире. Сейчас его набралось достаточно много, и количество начало переходить в качество. Превысив некую критическую массу, этот материал стал уже не удалять нас от той картины мира, которая была дана в Христианском Откровении, а приближать к ней. В прошлом веке ученые были верующими, а наука безбожной, в нашем веке ученые сделались безбожниками, а наука верующей. В рамках этой небольшой статьи можно указать лишь на отдельные вехи, обозначающие путь этого удивительного возвращения. Квантовая теория установила, что без признания находящейся бок о бок с видимой реальностью реальности невидимой принципиально невозможно построить теорию, совпадающую с наблюдениями (теорема о скрытых параметрах). Эта духовая составляющая бытия, как выясняется, населена теми самыми существами, о которых говорится в Священном Писании. Недавно подсчитано, что числовые характеристики мировых констант образуют тот единственный и неповторимый набор, при котором могут существовать полимерные молекулы - основа живых клеток и тканей. Отсюда очевидно, что еще до сотворения вселенной в бытии имелась категория цели, определившая нужную калибровку констант. Но цель есть субъективная категория, так что ее должна была ставить перед Собой какая-то Личность. Эта исходная Личность осуществляет Свою цель, создавая материальный мир, и наполняет его смыслом. Как доказано в так называемых "отрицательных теоремах математической логики", для устойчивого существования осмысленной системы содержание смысла должно быть бесконечным. Но следствие не может быть больше причины, поэтому и Личность, являющаяся истоком смысла, бесконечна. Вот вам и Бог Отец Книги Бытия. Но это еще не все.

Молекулярная биология нашла, что жизнь есть синтез белков под управлением нуклеиновых кислот, то есть линейных программ, текстов. Все эти тексты взаимно согласованы, иначе живой мир вступил бы в противоречие с самим собой, значит, творению предшествовало невещественное бесконечное же Слово, проекциями которого на материальную структуру служат полимеры ДНК. Это есть Бог Сын Нового Завета. А, анализируя исторические документы, нельзя не ощутить, а них веяния Святого Духа. Так научные факты подводят к идее Живоначальной Троицы,

К ней же ведет путь логического рассуждения. Творец есть носитель абсолютного смысла, а абсолютный смысл не допускает даже малейших отклонений, то есть порождает закон. Но Творец есть Личность, а Личность немыслима без свободы. Ясно, что в случае Творца свобода тоже должна быть абсолютной, ибо над Ним никого нет. С одной стороны, абсолютная свобода, а с другой - абсолютная необходимость, задаваемая законом. Могут ли они существовать одновременно? Могут, но лишь при том условии, что мировой - закон - это закон любви. Это - особый закон: подчинение ему не отнимает свободу у личности, а наоборот, максимально ее раскрывает. Таким образом, мы приходим к выводу, что изначально в мире была любовь. Но любовь - не элемент, а отношение, требующее наличия хотя бы двух личностей. Достаточно ли двух? Нет. Любить можно лишь другую личность, существо, обладающее собственной свободой, независимой от свободы того, кто любит. А если в мире есть только двое, то второй есть все то, что не есть первый, и, независимости от первого у него нет, значит, нет и такой свободы. Когда же появляется третий, она обретается. Второй будет восприниматься первым как свободный сам по себе, ибо он может свободно строить свои отношения с третьим, действуя целиком во внешнем по отношению к первому пространстве.

Чем лучше поймешь свое прошлое, тем дальше сможешь заглянуть в свое будущее. Уникальный феномен науки вошел в прошлое не только Западной Европы, но и России. У нас наука вспыхнула лишь в середине прошлого столетия, и это запоздание понятно. Христианская вера пришла к нам позже, чем к немцам и англичанам, позже и снизилась до того уровня, где познание твари становится сподручнее познания Творца. Пока Русь рождала монахов, зачем ей были нужны ученые? Да и кто из этих первосортных искателей истины пошел бы во второсортные? Молодой русский аристократ Дмитрий Брянчанинов был наделен способностями к мыслительной работе не в меньшей степени, чем Паскаль или Лейбниц, и Николай Первый, знавший о его одаренности, пытался сделать из него своего помощника в управлении государством. Но он упросил царя отпустить его в монастырь. Ныне мы знаем этого аристократа как святителя Игнатия и перед его иконами возносим ему свои молитвенные прошения. Подумайте, разве мог он заниматься низшим, когда чувствовал в себе силу достичь высшего? А когда общая религиозность нашей нации упала, ученые посыпались как из рога изобилия, притом ученые самого высокого ранга. И мы ускоренно прокрутили у себя тот сюжет, который разыгрывался на Западе, и одновременно с Западом подошли к моменту расставания с наукой.

Однако у нас к ней особый счет. Разоривший нашу прекрасную страну коммунизм строился нами "на научных основаниях". Мы уверовали в науку с горячностью неофитов и принесли на алтарь этого божества самую кровавую жертву. И осмысление нашего богатого опыта "жизни по науке" особенно действенно может помочь нам в уяснении сегодняшних наших задач. В свое время у нас имело хождение слово "лженаука" его применяли к мальтузианству, генетике, кибернетике и т. д. Нам надо понять, что того момента, когда Лаплас от имени всех ученых заявил, что он "не нуждается в этой гипотезе", вся европейская наука уже стала "лже". Главная ее ложь заключается в материалистическом миропонимании. Оно позволило науке добиться быстрых первых успехов, но плата за это оказалась чрезмерно высокой. Это миропонимание оказало на массы сильнейшее развращающее воздействие, ибо они, в отличие от самих ученых, большая часть которых принадлежала по рождению к религиозному типу, были против него совершенно беззащитны. А сейчас оно стало тормозом уже и в чисто методологическом плане. Так что наша сегодняшняя задача предельно ясна: решительно избавиться от всех форм наукообразной лжи. И вернуться к подлинному познанию. Только что мы видели, что, не желая этого, наука собрала огромный материал, который может служить отправной точкой такого познания. К нему нам и нужно ныне обратиться. Если мы это сделаем, тогда все наши злоключения, связанные с доверием к слову "наука", обретут смысл полезного урока.

Виктор Тростников

1928 - 2017
 
ТанецДата: Понедельник, 2017-10-02, 11:58 AM | Сообщение # 16
Администратор
Группа: Администраторы
Сообщений: 1944
Статус: Offline


Из отзывов о Викторе Тростникове на портале Православие.Ру

"...Так кто он был? Он не был философом, не был богословом, хотя охотно высказывался по всем вопросам жизни. Он был мудрецом. Не китайским в беседке, не античным киником, не пафосным учителем человечества. Он был умнейшим и сердечным русским человеком, для которого лучшим другом была Истина. И ей он не изменял. На радио «Радонеж» он работал лет 20..."

Евгений Никифоров, председатель Православного братства «Радонеж», директор радио «Радонеж».
 
ВъедливыйДата: Понедельник, 2017-10-02, 1:23 PM | Сообщение # 17
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 355
Статус: Offline
Цитата Танец ()
Главная ложь современной европейской науки заключается в материалистическом миропонимании

Соболезнование родным и Царствие Небесное ушедшему мыслителю.

Но истина дороже.
Ультра претензионная и совершенно необоснованная сентенция. Без материалистического миропонимания наука превращается в схоластическую болтовню, мало что дающую для развития материальной цивилизации (как необходимое условие жизни человечества), без которой просто некогда и некому будет заниматься духовным развитием, разве что опять за счёт "рабов божиих", в поте лица добывающих "днесь хлеб насущный" (никто свыше  именно им его не даёт, увы). Для духовного развития человечества нужно высвобождение огромных ресурсов, потребных для длительного поддержания тех немногих, кто способен встать на трудную стезю духовного мышления. Здесь нет противоречия - для таких учёных людей надо обеспечить огромные массивы информации и средства её обработки, а на это нужны значительные энергетические затраты (информация - законсервированная энергия, потраченная на работу по её добыванию). Это будет то самое максимально возможное "достаточное" знание (по Поупу), которое необходимо для такой сложной задачи, как доказательно(!) связать (а не  размышлять с кондачка!) материальное и духовное. Пока же наблюдается, в основном, лицемерие религиозных схоластов: жить материальным, но отрицать его и презирать его добытчиков (трудящихся) и служителей познания (учёных).

Цитата Танец ()
Таковы условия, приведшие к возникновению науки. Сведем их воедино:1. Осознание себя инициативной творческой личностью.2. Отношение к умственной работе как к святому делу.3. Концентрации исследовательского интереса на материальных объектах.

Почему же это случилось именно в Западной Европе и именно в конце семнадцатого века?

К этому совпадению вёл длинный исторический путь. Указанные условия осуществлялись последовательно и в том же, указанном нами порядке. И все три были связаны с христианством, так что возникнуть в странах, которые никогда не были христианскими, науке не могла.


Вот это вывод! Хоть стой, хоть падай! А куда же делись (для автора) первые 16 веков христианства - "тёмные" годы средневековья, когда велись бесчисленные споры схоластов, типа "сколько дьяволов уместится на кончике иглы", и когда свирепствовала инквизиция, физически выжигая любое инакомыслие? Это ведь тоже христианство. А в это самое время в странах Востока разве не развивалась наука? Многое оттуда было перенято потом западной наукой.
Итак, клерикальная предвзятость автора зашкаливает!

А в 17 веке общественные потребности (рост населения и необходимость его занятости) породили промышленную революцию, потребовавшую, в свою очередь,  развития материалистической науки, и средства для этого нашлись от завоевания колоний. Вот и ответ на выделенный вопрос: "Почему же это случилось ИМЕННО в Западной Европе и ИМЕННО в конце 17 века". Поэтому к трём правильным условиям развития науки добавим и четвёртое:

4. Наличие необходимых свободных средств для занятия наукой особыми, освобождёнными от иного труда, людьми-учёными.

Остальные религиозно окрашенные  рассуждения автора по поводу науки и материалистической парадигмы в ней уже, как говорится, "от лукавого".


ёклмн&ёпрст
 
MгновениЯДата: Понедельник, 2017-10-02, 2:30 PM | Сообщение # 18
Ковчег
Группа: Администраторы
Сообщений: 12079
Статус: Offline
Повторю ролик из темы К Истоку.



Роликов на тему научного мировоззрения у современных исследователей так много в сети, как и книг, статей, научных трактатов - что не счесть... На каком же основании вы делаете вывод:

Цитата Въедливый ()
А науки-мировоззрения просто не существует, именно, как объективной науки. А то, что за неё выдаётся, это не более, чем мнения политически или клерикально ангажированных сил в истории человеческого общества в угоду властным и материальным амбициям поводырей человечества.


Автор статьи ясно в первых же словах разъяснил, что понимать под этими словами:

Цитата В.Тростников ()
Наука-мировоззрение - это так называемая научная картина мира. Считается, что она есть прямой результат науки-исследования. Но это совсем не так, в чем мы скоро и убедимся. Это - совершенно самостоятельная концепция, основанная на трех философских презумпциях, которые условно можно назвать редукционизмом, эволюционизмом и рационализмом. Иногда эти термины употребляются в более широком смысле, и тогда сказанное нами дальше не будет верно, но мы просим читателя помнить, что на протяжении статьи мы будем вкладывать в эти слова тот узкий смысл, который сейчас разъясним.


Цитата Въедливый ()
Вот и выявляется софизм философа-богослова - придумать вроде бы правдоподобное, но не существующее понятие и начать с ним бороться всем интеллектуальным недюжинным арсеналом.


Я с большим уважением и доверием отношусь к любым философам-богословам, даже если имею иную точку зрения и несхожее мировосприятие. Думаю, что больше пользы нам всем относиться с доверием к мыслителям, чей опыт жизни подтверждает их веру и убеждения. Не отрицать, не извращать, а брать то, что на ваш взгляд полезно для вас. Попробуйте, Александр, допустите на минутку, что ваши убеждения (и мои тоже, конечно) со стороны видятся заблуждениями.

Из типового учебника: "Наука и религия, каждая в отдельности, дают людям определенную совокупность взглядов на окружающий мир, на место человека в этом мире, понимание и оценку окружающей действительности. Эта совокупность взглядов и называется мировоззрением".

Замечу лишь, что целое всегда достовернее своих частей.


Сфера сказочных ссылок
 
ВъедливыйДата: Понедельник, 2017-10-02, 10:57 PM | Сообщение # 19
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 355
Статус: Offline
Уважаемая Феана, у философов-богословов, даже если у них было ранее физическое и математическое образование, непременно водятся утверждения, на первый взгляд правильные, но по сути уводящие от сути, что и называется софизмами. И в регулярных пасторских речах Патриарха они тоже присутствуют. Это искусство риторики церкви. А как же?
Ведь надо же убеждать неискушённую паству  доказательством недоказуемого: наличия Бога.

Что касается цитаты В. Тростникова по поводу придуманного им понятия "наука-мировоззрение", то приводимая им раскладка на три презумпции этого понятия это всего лишь лекционный приём для студентов, не предполагающий  дискуссии и критики, а лишь лучшее усвоение и запоминание, чтобы потом без проблем получить зачёт или отпущение грехов. Настаиваю, что нет такой "науки-мировоззрение", а есть просто мировоззрение (зачастую навязываемое народу, с разными раскрасками-эпитетами,  власть имущими в своих интересах), как совокупность взглядов, что и трактует совершенно правильно типовой учебник.

Относительно опыта жизни автора - повторяется известная для либералов и церковников последовательность: личные жизненные беды переносятся ими на весь строй и служат основой для охаивания того. И даже с утратой чувства меры, что особенно не пристало учёному.

Цитата Танец ()
Разоривший нашу прекрасную страну коммунизм строился нами "на научных основаниях". Мы уверовали в науку с горячностью неофитов и принесли на алтарь этого божества самую кровавую жертву.

В этом высказывании то самое отсутствие чувства меры у лично обиженного властью человека. Ведь коммунизма в нашей стране, увы, даже не было, чтобы его так конкретно обвинять. А была советская власть, использовавшая принцип социальной справедливости и право на труд, которая не разорила нашу "прекрасную" страну (надо понимать, царскую "прекрасную", почти уже западную "полуколонию" к Первой мировой войне), а возродила Россию до второй экономики мира  с победой на этом пути европейского фашизма. Именно для этого была принесена "кровавая жертва", а не на "алтарь божества науки". И эти достижения советской власти до сих пор являются основой подлинного суверенитета России.

Подтверждается, что глубоко религиозные люди - это готовые экстремисты. У автора это видно по непримиримому, враждебному даже, отношению к атеистам. Но атеисты имеют своего "бога" внутри, как своё человеческое достоинство. В отличие от "рабов божиих", верящих в некую Личность-Бога-Создателя-Спасителя-Дух, имеющую над своими рабами неограниченную власть. И такие рабы не любят людей с внутренним человеческим достоинством (атеистов). Разве это не экстремизм? Он самый. В любой религии на почве такого экстремизма образовалось множество течений, которые враждуют между собой до крови. Поэтому и властные режимы, в основном, по необходимости светские (атеистические, отделённые от всех религий), для примирения "рабов божиих" в одном государстве, чтобы они не перерезали друг друга в экстремистском раже отстаивания исключительно своей "Истины".


ёклмн&ёпрст
 
ВъедливыйДата: Вторник, 2017-10-03, 10:07 AM | Сообщение # 20
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 355
Статус: Offline
Цитата Танец ()
У пионеров науки вышло обратное, руководствуясь благими побуждениями, они содействовали утверждению такой страшной формы зла, как атеизм.

Только крайняя зацикленность на собственные верования может считать атеизм "страшной формой зла". Гораздо больше зла исходит от одних верований к другим (отношения между религиями) и от одних толкований-течений к другим в рамках одной религии (кровавых примеров масса). Глубоко верующий человек - готовый экстремист, игрушка в руках циничных поводырей, которые себе на уме. Кто же будет мирить и регулировать таких ортодоксов в рамках одного общества? Неужели не атеисты, светская власть?

Цитата Танец ()
Недавно подсчитано, что числовые характеристики мировых констант образуют тот единственный и неповторимый набор, при котором могут существовать полимерные молекулы - основа живых клеток и тканей. Отсюда очевидно, что еще до сотворения вселенной в бытии имелась категория цели, определившая нужную калибровку констант. Но цель есть субъективная категория, так что ее должна была ставить перед Собой какая-то Личность. Эта исходная Личность осуществляет Свою цель, создавая материальный мир, и наполняет его смыслом.

А откуда взялась сама эта Личность? Она представитель какого Мира?  И такого рода вопросы можно ставить бесконечно, если уходить от объективного рассмотрения Мироздания в его сущей данности, которой вполне хватит для развития материалистической науки ещё надолго. А жизнь есть нано уровень организации материи (ниже - атомы и молекулы,
выше  - материалы). Это уровень полимерных макромолекул, к которым относятся спирали ДНК-РНК и белки (по Энгельсу, жизнь - способ существования белковых тел). Жизнь - одна из Гармоний-Систем Мироздания. Какие в нём были условия, так эта Гармония и сложилась. При чём здесь некая задумка гипотетической Личности? Кстати, жизнь возможна и на основе кремния, а не только углерода, как у нас. Может быть, в каких-то условиях нашего же Мироздания есть и такая жизнь. Не исключается. Тоже задумка? А для чего? Само предположение "осуществления Своей воли" накручивает бесконечную цепь подобных риторических вопросов.

Цитата Танец ()
Так что наша сегодняшняя задача предельно ясна: решительно избавиться от всех форм наукообразной лжи. И вернуться к подлинному познанию. Только что мы видели, что, не желая этого, наука собрала огромный материал, который может служить отправной точкой такого познания. К нему нам и нужно ныне обратиться. Если мы это сделаем, тогда все наши злоключения, связанные с доверием к слову "наука", обретут смысл полезного урока.

Значит, всё-таки собрала поносимая материалистическая "наука-исследование" огромный материал для дальнейших теологических размышлений! Берите, пользуйтесь, на то и цивилизация. Только не надо свои мифологические бездоказательные выводы, ангажированные априорным признанием существования некоей Сверх Личности над всем и вся, выдавать за Истину в последней инстанции.  Путь познания всегда должен быть объективным, а не удобным для лёгких представлений о Мироздании, к которым и относится идея об управляющей Сверх Воле, у которой всё в руках и в задумках.


ёклмн&ёпрст
 
Галактический Ковчег » ___Мастерские Ковчега » Галактический Университет » Научна ли "научная картина мира" (к статье Тростникова Виктора Николаевича)
Страница 1 из 212»
Поиск:

Открыты Читальные Залы Библиотеки
Традиции Галактического Ковчега тут!
Хостинг от uCoz

В  главный зал Библиотеки Ковчега