Среда, 2017-08-23, 3:43 AM
О проекте Регистрация Вход
Hello, Странник ГалактикиRSS

.
Авторы Сказки_ Библиотека_ Помощь Пиры [ Ваши темы. Новые сообщения · Правила- ПОИСК •]

Страница 9 из 9«12789
Модератор форума: Fito, Танец, MгновениЯ 
Галактический Ковчег » ___Мастерские Ковчега » Сотворение Дворцов, Храмов... » Безусловная и романтическая любовь (миниатюры, рассказы)
Безусловная и романтическая любовь
ЛаодикаДата: Пятница, 2011-04-29, 2:29 PM | Сообщение # 161
Советник Хранителя
Группа: Модераторы
Сообщений: 194
Статус: Offline

Мы говорим: "Спасибо тебе за то, что ты есть" , когда не можем сказать: "Я люблю тебя."
Мы говорим: "Мне незачем больше жить", когда хотим, чтобы нас разубедили в этом.
Мы говорим: "Здесь холодно", когда нам необходимо чье-нибудь прикосновение.
Мы говорим: "Мне от тебя больше ничего не надо", когда не можем получить то, что хотим.
Мы говорим: "Я не поднимал (а) трубку, потому что была занят(а)",когда нам стыдно признаться в том, что слышать этот голос больше не доставляет нам радости.
Мы говорим: "Я никому не нужен (нужна)", когда мы в действительности не нужны одному-единственному человеку.
Мы говорим: "Я справлюсь", когда стесняемся попросить о помощи.
Мы говорим: "Ты хороший друг", когда забываем добавить "...но тебе не стать для меня кем-то большим".
Мы говорим: "Это - не главное", когда знаем, что у нас нет иного выбора, как примириться.
Мы говорим: "Я доверяю тебе", когда боимся, что мы стали игрушкой.
Мы говорим: "Навсегда", когда нам не хочется смотреть на часы.
Мы говорим: "Я был (а) рядом", когда не можем найти себе оправданье.
Мы так много всего говорим....... что когда на языке остаются три последних неизрасходованных слова.........мы поджимаем губы........и молчим.
Это слова Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ



ОДИН ПУТЬ. Поэтому на него можно встать через веру и знание.
 
TaliaДата: Суббота, 2011-04-30, 5:42 PM | Сообщение # 162
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 1550
Статус: Offline


Рассказ странствующего дервиша

Было это давным-давно, когда странствующего дервиша можно было встретить на любом дорожном перекрестке, на каждом базаре. Среди них были и истинные верующие, и шарлатаны, и те, кто достиг святости. Был среди них один старик, который отличался от своих товарищей особой статью и строгостью. Его седая борода, седые волосы и благородный вид вызывали уважение. Его одежда всегда была чиста и опрятна. Его почему-то все звали Султаном. И никто не знал, почему.

Он мог дать мудрый совет и помочь нуждающемуся. Он мог лечить трудноизлечимые болезни. Поэтому во многих городах и селениях знали его и всегда были рады принять его у себя. Он очень много знал, мог ответить на любой вопрос и очень интересно мог обо всем рассказать. Поэтому вокруг него всегда собиралась толпа почитателей.

Однажды, во время одного из таких собраний, молодой дервиш спросил его: «А почему вас зовут Султаном?». – До того, как стать странствующим дервишем, я действительно был султаном, - ответил старик. – Вас что, изгнали? – Нет, я ушел добровольно, оставив сыновьям свой трон и султанат. – Почему же вы это сделали? – Может, вам это покажется смешным, но я пошел искать любовь. – Вы, любовь…! Да у вас же был целый гарем женщин! – Да, но ни с одной из них я не познал любовь. Когда-то я тоже наивно думал, что удовлетворение своей похоти это и есть любовь. Но, когда я увидел настоящую любовь, то понял, что никогда не любил. Я просто сексуально развращал своих жен, а они развращали меня. И тогда я понял, что любовь в гаремах не живет.

И еще я понял, что сытая развратная жизнь в роскоши и неограниченная власть отвращают человека от любви. Он перестает быть чувствительным к чужому горю, радоваться чужой радости. Он попирает своим развращенным эгоизмом добро и справедливость. Вокруг него толпятся жадные, завистливые, жаждущие власти и богатства люди. Как же в такой среде выжить любви и справедливости? И все-таки мне посчастливилось, я увидел двух любящих людей. И тогда я понял, что я нищий. Мое сердце пусто. Оно стало неспособно принять любовь. И мой гарем – это средоточие разврата и попрание любви. И я ушел из своего дворца.

- Этих двух любящих вы видели в своем дворце? – Вначале – в своем дворце, а потом в бедной хижине одного юноши. А случилось это так.

Однажды я заметил, что самая драгоценная жемчужина моего гарема, Лейла, стала невеселой, замкнутой. – Что случилось, - спросил я ее. – Может, ты заболела? – О, мой повелитель! – воскликнула она и, зарыдав, упала передо мной на колени. – Ты же знаешь, что ты первый и единственный мужчина в моей жизни. И мне всегда казалось, что то, чем мы занимаемся и есть любовь. Но, оказывается, любовь это совсем другое. – Ты познала любовь? – грозно спросил я. – Да, мой повелитель, ты можешь забить меня плетью, можешь приказать отрубить голову, но я невиновна перед тобой. И моя верность тебе осталась цельной. Но я полюбила другого человека.

– Кто же он? – Ты не сделаешь ему вреда? – спросила Лейла и посмотрела на меня молящими глазами. – Нет, - сказал я, хотя у меня внутри все кипело от возмущения и ревности. – Это тот юноша, который каждое утро приносит во дворец молоко. Я приказал слугам найти и привести ко мне этого человека. «Дожил, - думал я, - моим соперником стал простой молочник... Ну, погоди же…». Лейла в отчаянии убежала в свои покои. И вот вошел он. Это был красивый, стройный юноша, в чистой опрятной одежде. Он поклонился мне, и в его поклоне не было лести, страха, подобострастия. Это был поклон честного, безгрешного человека. И это мне понравилось. А когда он поднял на меня свои глаза – все мои злые слова и намерения куда-то испарились. В этих глазах было столько доброты и участия, что я утонул в них. Это были глаза моей доброй матери, и слезы чуть не полились из моих глаз.

– Вы звали меня? – спросил юноша. И голос его отозвался в моем сердце какой-то давно забытой мелодией. Но я справился с собой. – Ты любишь мою жену Лейлу? – спросил я. Юноша молча опустил глаза. И я понял, что он никогда не скажет мне «Да, люблю». Потому, что эти слова можно сказать только одной женщине. И в этом была его чистота и порядочность. Я позвал Лейлу. Когда она вошла и они встретились глазами, по их телам пробежала дрожь. Он подошел к ней, взял за руки и они потонули друг у друга в глазах. Их лица горели и от них исходила такая волна чего-то такого, чего я никогда не испытывал, что мое сердце сжалось от сладкой боли и слезы невольно потекли из моих глаз. Но они ничего не видели и не слышали. Этот мир вместе со мной, дворцом и всем этим городом перестал для них существовать. Он прикоснулся к ее лицу, волосам и снова по их телам пробежала дрожь. И все это было на моих глазах и я ничего не мог поделать. Слезы лились из моих глаз.

Я стал невольным свидетелем чего-то запредельного, святого. Наконец они словно проснулись. С удивлением оглядели комнату, меня, потом молча поклонились мне и вышли, держась за руки. И я, грозный всемогущий султан, ничего не мог с этим поделать. Я плакал, как ребенок. И чувствовал, как эти слезы смывают грязь с моей Души. И я простил им. Я отпустил их. Несколько дней я никого не пускал к себе и размышлял о случившемся. Наконец не выдержал, оделся в простые одежды и пошел к хижине молочника посмотреть, как они живут. Мое воображение рисовало нищету, запустение, убогость. Но вместо этого я увидел ухоженный дворик, цветы, опрятный домик. Здесь царил покой и уют.

Меня встретила хозяйка, мать юноши. Она узнала меня, поклонилась. И в ее поклоне не было ни унижения, ни лести, ни подобострастия. Она приветствовали меня не как султана, а как гостя, как - бы говоря тем самым, что здесь ее законы и правила и, кто бы я не был, я должен уважать их. Когда я спросил, как живут молодые, она, молча, приложила палец к губам, тихо провела меня в дом и показала на щель чуть приоткрытой двери отделяющей маленькую комнатку. И я увидел их. Они стояли друг против друга, держались за руки и чему-то смеялись. Иногда он касался пальцами ее лица, волос и я видел, как дрожала его рука и как по их телам пробегала дрожь.

- Чем ты их кормишь? – спросил я хозяйку. – Они почти ничего не едят, - ответила она. – Клюнут немного и опять друг на друга смотрят. Я думаю, им эта пища уже не нужна. – Но они хоть спят, как муж и жена? – поинтересовался я. – Что вы! – воскликнула хозяйка. – Они не могут переступить эту границу. Они только касаются друг друга пальчиками. И этого им хватает. Видно, все земное оскверняет их и они это чувствуют. Между ними не земная любовь. Это две половинки одной Души, которые нашли друг друга. Они не могут более двух-трех минут жить друг без друга. Через две минуты разлуки они встречаются друг с другом, как будто не виделись вечность. – А целоваться они, целуются? – Что вы, им не нужны поцелуи, это земное. Они даже не разговаривают, им уже не нужны слова, они понимают друг друга без слов. И я ушел из этого дома растерянный и обескураженный.

«Ради чего человек живет, - думал я, - ест, пьет, получает удовольствие, жаждет власти, денег и почестей. И в этом ищет смысл жизни и свое счастье. А счастье, оказывается, в другом. Вот оно. В маленькой хижине. И счастье это – любовь. То, что ни за какие деньги не купишь и никакими золотыми клетками не заманишь». В тот же день я собрал сыновей и всех своих сановников. Передал им власть, оделся в одежды дервиша и ушел искать ту истину, которая никогда не посещает дворцы и храмы. Но через год дороги снова привели меня в мой султанат. И я сразу же отправился к хижине молочницы. Она встретила меня, узнала, заплакала и обняла.

– Нет больше моего сына и Лейлы, - сказала она. – Как нет, - испугался я, - они что, умерли? – Нет, они вознеслись. – Как вознеслись? Я отстранился и посмотрел в глаза женщины: уж не сошла ли она с ума? – Перед этим они вообще перестали что- либо есть, - стала рассказывать она. – Но я не видела, чтобы они выглядели похудевшими и изможденными. Наоборот, они играли и смеялись, как дети. Однажды утром они вышли умыться. Разыгрались и начали брызгать друг на друга водой. Потом я вдруг услышала, что они замолчали. Я выглянула во двор и увидела, как они, почему то очень медленно, подходят друг к другу. И вот они встретились. Он впервые обнял ее и она прижалась к нему всем телом. Будто вошла в него. И я увидела, как по их телам пробежала волна, и из них изошло нежно-розовое пламя. Оно было настолько ярким, что я зажмурила глаза. А когда открыла, то поняла, что их уже нет. Их тела по-прежнему стояли, словно влитые друг в друга, но их не было. Души их вознеслись туда, где живет только любовь.

– А где же теперь их тела? – спросил я. – Твой сын построил для них храм. Сейчас они там. Они стоят, как живые. Тлен не касается их. От них исходит такая благодать, что люди тысячами идут поклониться им и напитаться этой благодатью. И я тоже пошел в этот храм. И когда я вошел туда и увидел их, то невольно, как и десятки других людей, упал на колени. И слезы необъяснимой радости, необъяснимого счастья потекли из моих глаз. И я понял, что любовь - это та сила, та благодать, ради которой и стоит жить. И весь человеческий труд, все страдания служат взращиванию этой благодати в сердце каждого человека.

Любовь – это дар Божий тому, кто настрадался в своих жизнях и кто, несмотря ни на какие миражи мирских соблазнов, выстоял и сподобился для принятия этого Дара. – Вы все говорите, что к любви можно прийти только настрадавшись, - сказал один из слушателей. – А разве нельзя прийти к ней через радость, или добро, или сострадание? – Но как ты познаешь радость, не познав горя? Как ты можешь познать добро, не познав зла? Как ты можешь научиться испытывать сострадание, не познав боли? Любовь всегда тиха и жертвенна. Она всегда готова отдавать и ничего не просить взамен. Как же ты научишься любить, не научившись жертвовать? Мы приходим в этот мир, чтобы через лишения и страдания научиться любить. И я не знаю других путей, ведущих к этому Божественному дару.

– Может, вы знаете? – обратился дервиш к толпе. Но люди молчали. Ибо все они уже шли этим путем. И ни один из них не был освобожден от страданий. Человечество выдумало много путей, ведущих к Богу, - продолжал дервиш. – Путь йоги, путь христианского молитвенного состояния, путь странствующих, поющих и танцующих дервишей… Но все их объединяет один путь – путь Любви. Любите друг друга, соединяйтесь в любви, стяжайте любовь. Жертвуйте собой ради обретения любви. И прекратятся раздоры и войны на земле, исчезнет зло и неправедность и все люди снова станут Братьями и Сестрами. Ибо все мы от Бога. И во всех нас Бог. А Бог – это и есть Любовь. Так закончил дервиш свой рассказ. И люди молчали и смотрели внутрь себя, пытаясь отыскать хоть частичку того, что именуют любовь.

Я не знаю ни одного йога, ни одного святого, которые бы пришли к Божественному просветлению не настрадавшись и не любя. Гаутама Будда получил озарение пройдя через многолетние страдания. Иисус Христос, никем не принятый и всеми гонимый, был распят на кресте. Но именно он свидетельствовал людям о любви, как о единственном пути, ведущем к Богу.


Сообщение отредактировал Talia - Суббота, 2011-04-30, 5:57 PM
 
ЛаодикаДата: Пятница, 2011-05-06, 4:57 PM | Сообщение # 163
Советник Хранителя
Группа: Модераторы
Сообщений: 194
Статус: Offline


Психология любви

Трактат о большой и светлой любви ·

Пришло время для очередной провокационной темы. Рассуждать о любви с серьезным видом значило бы поддаться всеобщему помешательству на дырке от бублика, поэтому добавим-ка мы в наш разговор немного перца и иронии. Поговорим о любви и попробуем разобраться, что это за чудь такая, и почему от нее столько проблем в жизни.

В свое время подобная тема уже рассматривалась, но там речь шла о дружбе, и вывод был такой: бывает хорошее отношение к человеку, бывает симпатия, бывает уважение, а бывает такая абстрактная и наивно возвышенная категория — «дружба», которая есть ни что иное, как невротическая взаимовыручка двух инфантильностей.

Разумеется, слова можно использовать по-разному, и дружбой можно назвать как раз те самые адекватные отношения, построенные на взаимной симпатии и уважении — тогда спорить будет не о чем. Но если говорить о том, какого типа отношения называют дружбой на практике, то на первое место там обычно выходит именно невротическая зависимость. Так что давайте не будем спорить о смысле слов и попробуем разобраться в сущности интересующего нас вопроса.

Про любовь можно было бы сказать то же самое, что и про дружбу, и это было бы совершенно точно, но если только на этом мы и остановимся, то тема, как говорится, будет не раскрыта. Любовь и вера в нее — явление более сложное, как раз из-за того самого всеобщего помешательства. Про дружбу нам втирают много, но вот любовью прямо-таки промывают мозги. Телевизор, печатные издания, интернет, тусовки и посиделки — везде одни и те же стенания о любви в различных ее формах и позах.

Фактически ситуация такова, что вопрос любви по важности своей равен вопросу о смысле жизни, а для многих — тождественен ему. Прожить жизнь и не любить, прожить жизнь и не быть любимым… это ли не самый страшный кошмар современного человека?

Формула любви

В психологии есть такой принцип: чем больше ожиданий по поводу какого-то события, тем выше вероятность сокрушительного разочарования. Больше ждешь — меньше получаешь, меньше ждешь — больше получаешь. Принцип железобетонный, никаких исключений.

Так получается потому, что реальность непредсказуема и никак не хочет помещаться в прокрустово ложе умственных представлений о том, «как это будет». И чем более навороченные представления о будущем мы строим, тем сложнее реальности в них вписаться, а стало быть и вероятность расшибить лоб в столкновении с суровой правдой жизни выше. И наоборот, чем меньше планов и фантазий, тем скорее реальность окажется краше всяких ожиданий.

Так вот, одна из главных проблем с любовью как раз в том и состоит, что ожидания изначально чертовски велики, ведь, любовь — это же ого-го какая важная штука! Любви ждут всю жизнь, с каждым очередным провалом накручивая на нее все новые и новые ожидания, мол, в следующий-то раз все точно будет как в сказке. Затем случаются новые отношения, и кажется, что вот она — любовь, но проходит время и грубая реальность в очередной раз бьет лопатой по спине.

Умный человек бы оглянулся, сложил бы два плюс два и сделал правильные выводы насчет ошибочности своих ожиданий, но почему-то чаще получается иначе. Чаще все заканчивается обвинениями другого человека в том, что он некачественно любит или плохо справляется со своими обязанностями, — ведь, так куда проще, чем признать свою ответственность за ложные ожидания и необоснованные требования. Проще говоря, ожидания в отношении любви сильно завышены, и нужно с этим что-то делать. Восторженно романтические представления о любви не дают увидеть простоты и естественности этого чувства.

«Чувство любви» — это только фигура речи такая. Никакого чувства любви не существует. А если кто-то твердо верит, что у него внутри есть специальная лампочка, которая загорается, когда симпатия перерастает в любовь, то так ему и надо — с отношениями у таких людей все не очень-то удачно складывается, может, и вымрут когда-нибудь сами собой.

Бывает симпатия, бывает уважение, страсть точно бывает, а никакой любви нет. Любовью у нас называют комплекс более-менее простых душевных переживаний, в основном, невротического характера. «Я помешался, значит, я люблю» — вот современная формула любви.

Любимый свитер

Говорят, что любить нужно уметь, и что не всякий на это чувство способен… Брехня все это! Если не подменять понятия и зрить в корень, то никакой науки не требуется. О неспособности любить больше всего ноют манипуляторы, использующие тему любви, как рычаг психологического воздействия. Любить способны все — это не сложнее, чем дышать. Достаточно лишь внимательно взглянуть на свои житейские симпатии и антипатии, чтобы понять, как легко и непринужденно мы любим свои вещи, и… как совершенно не способны любить даже самых близких людей.

Конечно же, любить неодушевленные предметы проще. Кто бы спорил — с них взятки гладки. От любимого свитера не требуется ответных чувств — он на них не способен, но мы от этого почему-то никак не страдаем. Мы его любим таким, какой он есть, просто уже за то, что он у нас есть, и за то, как в нем тепло и уютно. Но как только речь заходит о любви к человеку, так сразу же начинаются какие-то претензии. Свитер нам за нашу любовь ничего не должен, а человек должен — он же человек, должен понимать! Странная штука в итоге получается — к любимым вещам мы относимся лучше и бережнее, чем к своим близким.

А как мы относимся к недостаткам своих вещей? Мы не злимся и не обижаемся, а любимую одежду занашиваем до дыр и все равно продолжаем ее любить. В отношении неодушевленных предметов гораздо проще ощутить ту самую спокойную и безусловную любовь, которую все тщатся найти в отношениях с человеком. Все мы способны любить, но в самый ответственный момент эта наша способность дает сбой, потому что в других людях мы видим не «вещь в себе», а расходный материал для своего психологического произвола. Нам мало того, чтобы любимый человек был рядом — мы хотим еще, чтобы ради нас он исправил свои недостатки, иначе мы его разлюбим.

Мы хотим, чтобы кто-то извне принял нас со всеми потрохами и дал нам поверить, что мы имеем право на свои кубометры пространства в этой жизни. Мы не любим себя, не умеем сами себя принимать, и поэтому не способны спокойно и целостно принимать другого человека. Наша любовь срабатывает только в простых случаях любви к неодушевленным предметам, где недовольство собой не может быть перенесено на объект нашей любви.

Именно недовольство собой создает недовольство другими людьми. Неспособность признать и принять свои недостатки, как некую данность, не дает нам возможности увидеть эту самую данность в другом человеке. Мы видим недостатки в другом человеке и виним его за них точно так же, как виним себя за свои. А не было бы этой внутренней вины, так и другого человека мы бы воспринимали совершенно иначе — смотрели бы на него точно тем же светящимся взором, которым мы смотрим на любимые вещи.

Любить другого человека можно только примирившись с собой или, хотя бы, не позволяя себе переносить на него свои внутренние проблемы. Никто нам ничего не должен за наше хорошее отношение — это наш выбор, любить или не любить, заботиться или нет, и если это не находит отклика с другой стороны, это еще не повод для обид. Любить или быть любимым — не значит владеть.

В случае любимых вещей все просто — они нам нравятся, и все. Нам не нужно выяснять с ними отношения и требовать каких-то клятв и признаний. Мы рады тому, что они у нас есть, но никак от них не зависим. Мы привязываемся к ним и неизбежно расстраиваемся, когда теряем, но мы не сходим от этого с ума — как бы горько нам ни было, мы живем дальше, обзаводимся другими вещами и с той же искренностью любим теперь их. Мы не сводим весь смысл жизни к своим вещам, и поэтому с их потерей наш мир не раскалывается на части. Случаи откровенной патологии мы не рассматриваем, так что не надо спорить.

В отношении любимых вещей естественным образом сохраняется та самая психологическая дистанция, которую в отношениях с человеком приходится устанавливать сознательно своим волевым усилием. Вещи можно любить, но на них сложно помешаться. А вот в человека мы вляпываемся, втрескиваемся, проваливаемся и растворяемся — и это уже как раз патология.

А как на счет верности? Обязаны ли мы хранить верность одному свитеру и отказывать в любви другим? Мы, конечно, можем сыграть в игру и дать обет верности — износить свитер до последней нитки, прежде чем поменять его на другой. Но есть ли в этом смысл? В чем принципиальное отличие любимого свитера от всех прочих? В том, что в данный момент времени он нам нравится больше всех остальных, и мы к нему возвращаемся раз за разом не потому, что дали обет, а потому что с ним нам лучше, чем с другими. Разве нужны здесь какие-то клятвы и обещания?

И даже если оказывается, что любимых свитера не один и не два, — разве мы должны испытывать по этому поводу какие-то моральные страдания? Никто ведь здесь от нас не требует моногамии, никто нас не упрекает в измене. В одном свитере хорошо на лыжах кататься, в другом телек смотреть зимним вечером. И что теперь, волосы на себе рвать?

Мораль, требующая любить и хранить верность кому-то одному, защищает невроз этого самого «одного». Никакой другой ценности в подобной морали нет. Поймать человека, посадить его на цепь и заставить его себя любить — вот чего хотят поборники супружеской верности. Терять чужую любовь больно лишь только по причине все той же нелюбви к самому себе, и мораль здесь, как всегда, встает на сторону униженных и оскорбленных — защищает слабых и осуждает сильных.

Мы не обязаны хранить верность своим вещам, мы не прибиты к ним гвоздями их требований, но безо всякого внешнего или внутреннего принуждения возвращаемся к ним снова и снова. Мы свободны от них, и потому храним им верность — там где нет цепей, нет и желания их порвать. Настоящая верность — это не моральная категория, а необходимое следствие из принципа удовольствия — мы всегда возвращаемся туда, где нам хорошо, и никакие обеты для этого не нужны. Будет хорошо — будем возвращаться, перестанет быть хорошо — перестанем возвращаться. Нет в природе никакого другого закона «О верности».

Но вот представьте, что у свитера появилась свободная воля и он захотел сменить хозяина под тем предлогом, что в другом месте ему будет лучше. Признайтесь, в душе тут же что-то всполошилось — «Да как он посмел?! Он мой!» Гордыня требует подчинения, ничтожество болезненно переживает удар по самооценке… а, ведь, речь о том же самом праве на свободу, которое мы только что с радостью признали за собой. Объект нашей любви имеет такое же полное право уйти туда, где ему лучше, но готовы ли мы за него, в таком случае, порадоваться и искренне пожелать всего хорошего?

Любимый человек

Если кому-то параллель между любовью к вещам и любовью к человеку кажется неправомочной, тот идет лесом просто не хочет отказываться от своего самообмана. Очень удобно считать, что любовь к человеку — это что-то принципиально иное. Можно столько всего себе нафантазировать, можно с таким удовольствием страдать из-за отсутствия «настоящей любви» в своей жизни, а уж с какой выгодой можно менять свою «настоящую любовь» на всевозможные бытовые услуги и психологические поглаживания!

Если уж говорить о «науке любить» и о том, что настоящая любовь — это нечто более сложное и возвышенное, чем обычная симпатия, то научитесь сначала любить человека хотя бы так же «примитивно», как вы любите свои вещи — безо всяких встречных обязательств, безо всякой зависимости, но с той же самоотдачей и искренней заботой. Получится — вот тогда и приходите порассуждать о природе истинной любви.

А теперь представьте себе, что рядом с вами находится живой симпатичный вам человек, который относится к вам, как к любимому свитеру, в том смысле, который мы только что рассмотрели. Он вас любит спокойно и безо всякого помешательства. Ему хорошо в вашей компании и он ничего не требует взамен. Он бережет ваши отношения и искренне заботится о том, чтобы вам было хорошо, потому что тогда будет хорошо и ему рядом с вами. Не об этом ли празднике жизни вы всегда мечтали?

А способны ли вы любить другого человека вот таким вот образом? Способны ли вы принять человека таким, какой он есть, со всеми его «дырками и потертостями»? Способны ли вы заботиться о другом человеке из соображений здорового эгоизма, не выставляя потом счет за свои услуги?

Способны ли вы любить, сохраняя при этом свою целостность и независимость, не растворяясь в другом человеке? Или, быть может, вы того и ищете — этого самого растворения в друг друге? Может, вы любовью называете утрату личных границ, когда две одинокие и несчастные «половинки» наивно надеются стать единым полноценным целым? Если так, то у вас большие проблемы, которыми вы, однако, можете гордиться. Вся любовная лирика и половина творений мирового искусства созданы такими людьми — с подобной «тонкой» душевной организацией. Гордиться есть чем, но счастья это еще никому не принесло — одни только сладостные страдания.

Никакой границы между простой симпатией и любовью нет — это все сплошные условности. Нет в природе ничего иного, кроме большей или меньшей симпатии одного человека к другому. А та любовь, о которой говорят все вокруг, от обычной симпатии отличается лишь страховочным контрактом на эксклюзивное пользование друг другом. Браки заключаются на небесах, да, но только по небесным законам, а не посредством ЗАГСов, красивых обещаний и договоров на право владения. Симпатия — это и есть «закон Божий», но в нем не расписаны права и обязанности сторон — это уже мухлеж закона человеческого.

Естественная любовь

Нет ничего смешнее признания в любви. Это ж просто обхохочешься! Если в нашей душевной организации не предусмотрено отдельного самостоятельного чувства под названием «Любовь», то что такое видит в себе человек, признающийся в этой самой любви? Следите за руками! Внутри он видит симпатию и навязчивую свою привязанность, вкупе со страхом возможной потери — видит, и делает логическое заключение о том, что все это вместе, наверное, и есть «любовь».

Спросите его, что такое любовь, и он замнется — если хватит честности, он так и скажет, что внятного ответа у него нет. Но он вынужден оперировать этим понятием, потому как от него этого ждут и даже требуют — «Ну, когда он уже объявит о своих чувствах?!» Вот он и объявляет — чтобы не выглядеть идиотом, который единственный не знает, что такое любовь. А на самом-то деле, никто этого не знает! И особенно этого не знают те, кто свято в любовь верят.

И вы ведь тоже думали об этом. Пытались ответить на этот вопрос? А что-нибудь кроме красивых поэтичных формулировок придумали в ответ? А если бы вас спросили, что такое голод, вы бы тоже в поэзию ударились? Нет, голод существует совершенно реально и вы отлично его знаете, поэтому легко его опишете и точно покажете пальцем, где вы его чувствуете. А про любовь вы не знаете ничего — и вовсе не потому, что никогда не были «голодны».

Будучи еще незамутненными детьми вы любили весь мир вокруг, но это никогда не было самостоятельным чувством — вы просто принимали все вокруг, как восхитительную данность, не требующую каких-либо изменений. Но, даже если бы вы тогда знали это слово, вы бы не поняли, что это была любовь, потому что нечего было понимать. Тогда это было вашим естественным способом смотреть на вещи — полное приятие или полное отсутствие неприятия. Как дыхание — вдох-выдох, и никаких иллюзий по поводу того, что вдох лучше выдоха или наоборот.

Любовь это не чувство — это режим восприятия, свойственный здоровому сознанию, и определить его можно только через отрицание, через то, чего в нем нет. Любовь — это восприятие, в котором отсутствует разделение на черное и белое. И это естественное состояние человека, которое, однако, практически у всех нас глубоко нарушено. Мы расколоты на черное и белое внутри и потому уже не способны видеть окружающий мир целостно. Восстановить внутреннюю целостность вполне возможно, но никак не путем игры в невротическую любовь, которая этот самый внутренний раскол только увеличивает.

Так что все слова и признания в любви — это либо ложь, либо невроз, которым почему-то принято гордиться, вместо того, чтобы его лечить. Если и существует в жизни «настоящая любовь», то это естественная любовь — та самая, которую невозможно описать по той же причине, по которой невозможно укусить дырку от бублика. Отсутствие камня в ботинке — это не любовь, это просто отсутствие камня в ботинке.

Поэтому, если до просветления вам еще далеко, не замахивайтесь на святое и не поминайте имя Господа всуе. Чем больше красивых слов, тем больше в них вранья и самообмана. Доверяйте своей чистой симпатии, следуйте ей и не требуйте большего от других людей. Погоня за призраками отнимает все силы и ничего не дает взамен. Остановитесь и оглянитесь — вас окружает прекрасный мир и прекрасные люди.

http://satway.ru/articles/psychology-of-love/


ОДИН ПУТЬ. Поэтому на него можно встать через веру и знание.
 
TaliaДата: Суббота, 2011-05-07, 8:18 AM | Сообщение # 164
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 1550
Статус: Offline

Сказка о любви

Опубликовал: Игорь Саторин, дата: Март 29th, 2011

Однажды одна юная, но очень смелая особа решила узнать,что такое любовь, и отправилась, как это водится, к волшебнице, которая жила на зеленом холме за облаком. Волшебница услышала просьбу девушки и рассмеялась:

- Что же ты милая ко мне пришла? За этим обычно к принцам ходят, коих нынче развелось великое множество: все покажут и научат.

- К принцам уже ходила, - грустно ответила девушка, - и теперь хочу убедиться – правильно ли я понимаю, что такое любовь.

- Ну, хорошо, - ответила с пониманием волшебница, - попробуем разобраться!

- Возможно, - предположила девушка, - любовь – это, когда я чувствую, как меня неудержимо тянет к принцу, словно никто и никогда не окажется лучше него?

- Это – влюбленность, - ответила волшебница с теплой улыбкой.

- Возможно, - продолжала девушка, - любовь – это, когда я чувствую страстное желание оказаться в объятиях принца?

- Это – вожделение, - ответила волшебница, задорно подмигнув.

- Тогда, может быть, любовь – это, когда я скучаю по нему?

- Это – привязанность, ответила волшебница, прикрыла глаза, и казалось, о чем-то задумалась.

- Тогда чем любовь отличается от влюбленности? – Спросила девушка.

- Влюбленность, дорогая, – это тяга к принцу, который живет исключительно в твоем воображении. А в любви образ любимого – реален, – ответила волшебница.

- Что значит «образ реален»? – Озадачилась девушка.

- Любя, ты любишь «реального» принца со всеми его недостатками! – Говорила волшебница, - Поэтому любовь возможна только, когда ты принца успела хорошенько узнать: все его привычки, закидоны, достоинства и недостатки. Мы любим, когда пониманием и принимаем настоящего человека!
- А чем отличается страсть от любви?

- Любовь спокойна и «равномерна».

- И что же? Любовь исключает влюбленность, вожделение и привязанность?

- Ну, - улыбнулась волшебница, - иногда бывает все и сразу, поэтому любовь так сложно различить среди всех этих «персистенций».

- Кажется, я запуталась, - грустно ответила девушка.

В это время мимо холма волшебницы проходил ее молодой ученик.

- Вовремя! – воскликнула волшебница, глядя на своего ученика. – Сейчас он нам все расскажет и наглядно покажет!

- Покажет? – переспросила смущенно девушка.

Волшебница подозвала своего ученика – юного чародея, что-то шепнула ему на ухо, и удалилась. Ученик спокойно подошел к девушке и начал говорить:

- Любовь – это приятие и понимание!
- Говорил юный чародей, закатив глаза к небу. - Это чистое, утонченное переживание глубинного родства. - Произнес он, чуть краснея, - Без всяких алхимических примесей любовь совершенно идентична как в отношениях с принцами, так и в дружбе друзей! Романтической любовь делается от примеси привязанности, вожделения и влюбленности, добавляя любви острых ощущений! – ученик волшебницы тараторил, как на лекции, даже не глядя на удивленную девушку. - Дружбу может сопровождать привязанность, но алхимическая примесь вожделения портит весь состав компонентов и дружба кончается. Любовь проявляется, когда мы способны пройти на внутреннюю территорию человека, при этом, не испугавшись образов, которые там увидим.

- Стойте-стойте! – перебила девушка юного чародея. – Какая еще внутренняя территория? Что Вы такое говорите?

- Сейчас покажу!

Мир перед глазами девушки побледнел, и растворился в сером тумане, из которого постепенно начали проступать очертания огромного замка. Теперь рядом с ней стояла волшебница.

- Где мы? – спросила девушка.

- Мы - на внутренней территории моего ученика, - ответила волшебница.

- Что это значит?

- Ну, это значит, что сейчас я тебе покажу на живом примере, что такое любовь.

- Так сразу? А что это за замок?

- Не пугайся! Это – музей внутренних артефактов моего ученика. В каком-то смысле – это он сам и есть!

Приблизившись к музею, девушка увидела, что его стены опоясывали витрины, за которыми можно было увидеть мириады изящных образов, каждый из которых изображал ученика волшебницы в благовидном свете.

- На этих витринах мой ученик - хозяин музея - повесил рекламу экспонатов, которые якобы хранятся в музее. Обычно на витрине рекламируется все самое лучшее и красивое. А то, что в некоторых помещениях музея нас поджидают всякие «страшилки», на витринах обычно не указывается. А уж про «комнату страха», так вообще никто не знает. Даже сам хозяин побаивается туда ходить, - говорила волшебница заговорщицким шепотом, - но я могу тебя и туда сводить, если пожелаешь!

- Нет уж, не хочу! Вы же хотели показать мне любовь?

- Пойдем, - и волшебница повела девушку внутрь музея.

В первом поверхностном помещении уже располагались разные незамысловатые экспонаты и картины, но странное дело: и в этом помещении, большую часть площади занимали пыльные колонны витрин и кипы рекламных проспектов, - изображавших ученика волшебницы в разных образах.

- Это - реклама других помещений музея, - пояснила волшебница, - при этом, в каждом проспекте нам дают четко понять, что просто так в эти помещения нас никто не впустит. Здесь мы с собой должны иметь толстую пачку местной валюты, или хороший кредит доверия. И если этот кредит у нас есть…

- Что тогда? – спросила девушка?

- Тогда мы идем дальше! – и волшебница повела девушку в следующий выставочный зал музея, где висело множество картин, о которых почему-то не было ничего сказано ни на витринах, ни в рекламных проспектах. Некоторые картины девушку пугали, иные удивляли и завораживали. Картины, как пояснила волшебница, изображали разные ситуации из воображения и «реального» прошлого ее ученика.

- Мы должны быть очень осторожны, - тихо произнесла волшебница, - чтобы не задеть неловким движением, или неосторожной фразой какой-нибудь хрупкий предмет этого психического пространства.

Где-то, в углу большого зала девушка увидела раненого зверя. Он смирно сидел в огромной клетке с табличкой «Тень».

- Когда-то этот зверь был настоящим монстром – страшным огнедышащим драконом властолюбия, – пояснила волшебница. - Он охранял этот зал, а временами то и дело вырывался из комнаты на поверхность, громил все витрины, рвал рекламные проспекты, покусывал посетителей музея, удивляя всех своим бешенством и коварством. Мало того, что зверь ревностно удерживал территорию личного пространства моего ученика, так временами он позволял себе похозяйничать и на поверхности его сознания: на стенах музея до сих пор видны следы его когтей. – Волшебница развела руками. – Но с годами мой ученик понял, что дальше бояться уже некуда, и начал заходить в эту комнату, и бороться с монстром за территорию своего собственного сознания. Это продолжалось долго. Борьба ни к чему не приводила. Она только тренировала зверя: делала его еще сильней и страшней. После очередной битвы зверь затихал, но потом вырывался, и в бешенстве пуще прежнего крушил все на своем пути. И тогда мой ученик - хозяин музея решил попробовать действовать иначе. Оставив клинок, он взял с собой кормежку, и попытался приручить зверя. Со временем у него получилось. Иногда хозяин выводил зверя на поверхность погулять под присмотром на привязи, распугивая всех, кто был рядом. Когда зверь стал послушным, мой ученик смог не только сам свободно гулять по этой комнате, но и впускать в нее других, как сейчас.

В это время юный чародей появился, словно, из ниоткуда. Он стоял у клетки со зверем, поглаживая его огромную мохнатую морду.

- Не бойся! Он тебя не тронет, - и ученик волшебницы подозвал девушку ближе.

- Вот здесь – мой темный попутчик. – Говорил он, указывая на зверя. - Смотри, какие большие у него клыки. Кровь на них уже подсохла: он давно не выходил на охоту. Сейчас – он не такой кровожадный, как в прошлом, и за его спиной видны пока еще совсем небольшие, но теперь уже золотые крылья. Мы с ним нашли общий язык, и он понимает, что без меня ему не выжить. А еще он чувствует, как постепенно преображается под моим чутким присмотром. Когда-нибудь он станет волшебным зверем справедливой силы и смелости, и тогда сможет гулять на поверхности без всякого присмотра. Именно поэтому я не стал его убивать, выдирая из себя его сущность с кусками моей собственной плоти.

Девушка осматривала пространство и остановила взгляд на проходе в следующее помещение, из которого струился лучезарный свет.

- В той комнате я храню кристальные сферы, - говорил ученик. - Они хрупкие, поэтому я пока туда никого не пускаю. Они изумительно красивые: через них проходит звук и свет, порождая гармоничную музыку сфер и радужные облака блаженства. В этих сферах уже начинает отражаться сущность любви, как приятия. И в этом приятии я начинаю растворяться. Сначала я не мог и шагу ступить в этой комнате т.к. ее охраняет строгий страж совести. Они со зверем в ладах, а иногда мне кажется, что они - «одно». Все, что я делал в предыдущих помещениях музея, оставляло во мне осадок. И у самого входа в комнату, страж совести начинал выжигать этот осадок страшным огнем стыда и чувства вины. Это было невыносимо. Но эти сферы настолько красивы, что я терпел. Однажды, когда я еще только-только начал делать осторожные шаги в этой комнате, я решил показать ее одной своей подруге – юной чародейке. Страж был к ней суров, и она отчаянно убежала, разбив одну из моих радужных сфер. И поэтому я пока не впускаю туда тех, кто имеет свой «осадок» пути, потому что их стыд почти тут же сменяется на раздражение, которым управляет их зверь из предыдущей комнаты.

- Из комнаты сфер тоже есть выход? – полюбопытствовала девушка.

- Да, это – последняя дверь пространства индивидуальности, - ответил юный чародей.

- А что находится за ней? – Спросила девушка.

- За ней, то есть за пределами индивидуальности – парадоксальное «помещение», в которое ведут последние двери всех существ на свете.

- Что там? Что в этом помещении?

- Психический бриллиант нашей души.

- Чтобы понять и принять другого, - заговорила волшебница, - мы должны научиться понимать и принимать самих себя. Иначе мы будем склонны влюбляться, но не любить, иначе в отношениях мы останемся как дети, на уровне страстных, иногда красивых мелодрам, но так и не откроемся для настоящей близости на глубинном уровне. Любовь возникает там, где двое идут на встречу, и открывают друг другу двери, ведущие по направлению к самой сердцевине их существа – к запредельному бриллианту души. Чем больше человек открывается, тем дальше мы проходим по его внутренней территории, тем тоньше грани, тем более чутко мы должны уметь себя вести, чтобы ничего не порушить, и не предать доверие. Любовь – это путь узнавания себя в другом и другого в себе. Любовь – это приятие жизни самой себя и для себя, в едином нераздельном «помещении» за последней дверью нашего индивидуального пространства сознания.

- Спасибо, – ответила девушка, - теперь я понимаю.

© Игорь Саторин
“Сказка о любви ” написана специально для progressman.ru
При использовании материалов обязательна активная ссылка на источник.

Адрес документа на сайте: http://progressman.ru/2011/03/tale/

 
TaliaДата: Суббота, 2011-05-07, 8:21 AM | Сообщение # 165
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 1550
Статус: Offline

ПРИТЧА

В индийской деревне жених после свадебной церемонии стучит в окошко невесты.
- Кто там? - спрашивает девушка
- Это я! - отвечает жених.
- Нет, это не тот, кого я жду.
После небольшой паузы пареньещё раз стучит в окошко.
- Кто там? - спрашивает невеста.
-Это ты!

Quote (Talia)
Любовь – это путь узнавания себя в другом и другого в себе.

 
ТанецДата: Воскресенье, 2011-05-08, 3:04 AM | Сообщение # 166
Администратор
Группа: Администраторы
Сообщений: 1794
Статус: Offline
Talia, вы привели здесь замечательные расказы, сказки, притчи и трактаты о любви, которые в какой-то степени дополняют друг-друга, но в тоже время и противоречат друг-другу.
Поэтому на мой взгляд вопрос о любви так и остался открытым да и останется наверное таким, поскольку любовь между женщиной и мужчиной содержит в себе много индивидуального и сокровенного и суть её не выразима словами.
Сказка Игоря Саторина очень хороша, но вывод его в конце:
- Любовь – это путь узнавания себя в другом и другого в себе
- мне видится не верным.
Узнавание себя в другом и другого в себе – это признак родственности душ, но не любовь, хотя может послужить предпосылкой для сильной прекрасной любви.

Quote (Лаодика)
Способны ли вы любить, сохраняя при этом свою целостность и независимость, не растворяясь в другом человеке? Или, быть может, вы того и ищете — этого самого растворения в друг друге? Может, вы любовью называете утрату личных границ, когда две одинокие и несчастные «половинки» наивно надеются стать единым полноценным целым? Если так, то у вас большие проблемы, которыми вы, однако, можете гордиться. Вся любовная лирика и половина творений мирового искусства созданы такими людьми — с подобной «тонкой» душевной организацией. Гордиться есть чем, но счастья это еще никому не принесло — одни только сладостные страдания.

А вот здесь я с автором трактата «Психология любви» согласен, так как считаю веру в существование «половинок» большим заблуждением. Поясню на примере. Положим, что изначально при зарождении (создании) людей эти мужские и женские половинки действительно существовали, но какова же вероятность того, что при воплощении эти души встретятся, при этом имея близкий возраст и способность узнать друг-друга? Из практики нам известно, что подавляющее большинство браков далеки от идеальных, что говорит о том, что эта вероятность встречи «половинок» очень мала. Теперь вспомним о реинкарнации душ и о цели многих воплощений – эволюции душ или рост сознания. Так как условия, в которые попадают воплощённые души разные, то и неизбежно, что их эволюция или рост их сознания тоже будет различен, а из этого следует, что если половинки и были изначально равными, то от воплощения к воплощению они становятся не равными, т.е. «половинки» перестают быть половинками. Другое дело, что некоторые души на определённых этапах своего развития могут иметь близкий уровень сознания и иметь родство своих монад (общую резонансную частоту основного тона души), вот тут при их встрече и произойдёт узнавание себя в другом и другого в себе, получается встреча не двух «половинок», а родственных душ приблизительно равного уровня сознания. И при удачном стечении обстоятельств между ними может «вспыхнуть» любовь и получиться идеальная пара.
Но это, опять же, может произойти лишь в том случае, если оба раскрыли в себе способность распознавать (чувствовать) родственную душу.
Следовательно первым и необходимым условием для «настоящей любви» является работа над собой, над своим сознанием – саморазвитие человека.

 
TaliaДата: Пятница, 2011-05-20, 2:29 PM | Сообщение # 167
Хранитель Ковчега
Группа: Модераторы
Сообщений: 1550
Статус: Offline
Quote (Танец)
Узнавание себя в другом и другого в себе – это признак родственности душ, но не любовь, хотя может послужить предпосылкой для сильной прекрасной любви.

И это замечательно! Танец

Как одуванчик сквозь асфальт....

Не верю в смерть - она не навсегда,
Не верю в вечность - вечность скоротечна.
Лишь поцелуй, надежда и звезда,
Лишь вера и любовь взаправду вечны.

Пусть время крошит кремень и базальт,
Оно над духом не имеет власти,
Так одуванчик рвется сквозь асфальт,
Сдирая в кровь зеленые запястья.

Так мартовской холодною порою,
Форель, поднявшись из придонных вод,
Сверкнув на солнце яркой чешуею,
Одним ударом разбивает лед.

Так рвусь и я, в безумии своем,
Своею верой пламенной ведомый,
Я в рай вернусь, как в свой забытый дом,
И сяду там под яблоней знакомой.

Верну добро и зло, что я познал,
Отдам долги, и стану сам собою:
Или ручьем, рождененным среди скал,
Иль ивою печальной над водою.

Александр Ковров

 
ЛаодикаДата: Среда, 2011-08-03, 12:29 PM | Сообщение # 168
Советник Хранителя
Группа: Модераторы
Сообщений: 194
Статус: Offline

Так есть ли любовь?


Один раввин наблюдал за тем, как молодой человек с аппетитом ест рыбу и заметив внимание раввина, пояснил ему : "Равви, я люблю рыбу". Равви ответил: "Ты рыбу любишь? Ты не рыбу любишь, а вкус рыбы на своем языке". У одного молодого человека человека спросили: "Почему вы бегаете за этой девушкой? Она же вас не любит." Он ответил:" ничего страшного. Рыба и пиво меня тоже не любят."А другой говорит:"Я люблю шоколадку". Шоколадку любишь? А почему же ты ее кусаешь? Этому всему есть иное определение. Это не агава. Это не любовь. Это вожделение, страсть.
В мире поменяли терминологию и все это называют любовью. Есть четыре вида любви. Мы любим тех, кто доставляет нам телесное удовольствие, мы любим тех, кто помогает нам достичь намеченных планов, мы любим тех, у кого обнаруживаем необыкновенные способности, мы любим тех, кто, как мы чувствуем сердцем, любят нас.
Любовь, которая зависит от чего-либо не любовь. Исчезло это условие-исчезла любовь. Так, мы любим не из-за красоты. Красота может увянуть. Из-за богатства? Он может разориться. Был умный? Поглупел. Закончилась любовь.
Любовь не рациональна, она эмоциональна. Когда приходит и уходит удовлетворение от интимной связи, тогда спасает та самая романтическая пелена, в которую кутали любовь. Можно ли строить на такой любви долгосрочные семейные отношения? Ответ-нет. Так есть ли любовь? Ответ-есть. Такая любовь основана на связи духовной, на желании узнать внутренний мир другого. Она не зависит от чего-либо.
В Торе написано: И отработал Иаков за Рахель 7 лет. И прошли эти 7 лет как несколько дней. В любви к ней. Вы слышите? Подчеркивается-в любви к ней. Когда любишь не себя, а ее, тогда ощущения, что это не 7 лет прошли, а несколько дней. Отсюда есть вывод. Любовь существует, но не такая, о которой мы с вами говорили. Любовь это порождение отдачи. Любовь рождается от самоотдачи. В кого мы вкладываем, того и любим. И эта отдача связывает людей. Главное не брать, а дать. Т.е. не так как полагают в мире: кого я люблю, тому я даю. А наоборот- кому я даю, того люблю. В то, во что мы вкладываем, мы и будем любить.



ОДИН ПУТЬ. Поэтому на него можно встать через веру и знание.
 
MгновениЯДата: Среда, 2011-08-03, 2:35 PM | Сообщение # 169
Ковчег
Группа: Администраторы
Сообщений: 11923
Статус: Offline
Лаодика, а как можно объяснить любовь к кумирам эстрады, например?
Вроде бы это не страсть, не желание брать или отдавать, не вкладывание или ожидание отдачи,
не рациональное чувство, но что это?

Talia, а кто автор или где публикация - Рассказа странствующего дервиша?
Удивительная история!


Сфера сказочных ссылок
 
ЛаодикаДата: Суббота, 2011-08-13, 11:38 AM | Сообщение # 170
Советник Хранителя
Группа: Модераторы
Сообщений: 194
Статус: Offline
Quote (MгновениЯ)
Лаодика, а как можно объяснить любовь к кумирам эстрады, например?
Вроде бы это не страсть, не желание брать или отдавать, не вкладывание или ожидание отдачи,
не рациональное чувство, но что это?


Думаю, что это благодарность за то, что они лечат или питают нашу душу. Мы любим не кумира, а его творчество: не поэта , а стихи его, не музыканта, а его пьесы, не художника, а его картины...


Хосе де Мадрасо-и-Агудо
Любовь небесная и любовь земная
1813


Сюжет на тему извечной борьбы между любовью земной (телесной) и любовью небесной (платонической) восходит еще к временам античности. Оба вида любви воплощаются в образе Эрота, один из которых олицетворяет красоту материального мира, а другой несет людям духовность. Оба они сошлись в решающей битве, но целомудрие нельзя победить — и поверженный искуситель уже привязан к дереву, лишившись лука и стрел. Произведение Мадрасо решено в духе неоклассицизма, как по композиции, так и по содержанию: добродетель всецело торжествует.


ОДИН ПУТЬ. Поэтому на него можно встать через веру и знание.
 
ЛаодикаДата: Четверг, 2012-04-05, 6:49 PM | Сообщение # 171
Советник Хранителя
Группа: Модераторы
Сообщений: 194
Статус: Offline


Старцы и теолухи

Есть огромная пропасть между святыми и старцами прошлого и сегодняшними реформаторами и самозванцами. В дальнейшем будем называть их теологами,что больше соответствует действительности.

Теолог хорошо владеет информацией,обладает острым умом иногда и харизмой,довольно быстро может доказать,что его направление,например,”Свидетели Иеговы”,единственно правильное и только с ними вы спасётесь.

Теологи,находятся в иллюзии,что Бога можно вычислить логически,проникая всё глубже в тексты и находя там скрытый смысл. Их не пугает многозначность слов и переводов с древних языков. Они не знают,что логика,при помощи которой была построена искусственная среда,совершенно непригодна для понимания взаимоотношений человека с Богом.

Человек использует для познания логику противоположностей [относительности],где каждое слово имеет смысл и может быть понято,а главное пережито на опыте, только по отношению к своей противоположности: смелость-трусость,гордыня-смирение и т.д.

Возьмём к примеру,самое важное в христианстве определение “Бог - есть Любовь.” Вы можете исписать тонны бумаги,но объяснить,что такое любовь без слова ненависть или его синонима, вы не сможете, как и наоборот, слово ненависть без слова любовь.
Люди,пережившие во время войны длительный голод,когда наступило мирное время,ещё долго не могли выбросить лишний кусочек хлеба и даже собирали после еды крошки. Они познали голод и только поэтому смогли оценить изобилие.

Бог есть абсолютная любовь.Бог не может пребывать в ненависти и тут логика бессильна.

Теперь о главном.

Святые находятся в Боге постоянно и не испытывают ненависти даже к своим мучителям и врагам,что недоступно теологам.
Люди пользуются умом,но не знают как он работает,потом удивляются почему с усилением ума за последние века количество сект и направлений растёт,а количество истинно верующих всё меньше и меньше.

Все согласны с тем,что Бог един,но Истина не может быть передана словами,её надо пережить как опыт,а для этого есть только один путь - вести скромный образ жизни,быть исключительно искренним,смиренным и сострадательным,т.е. соблюдать заповеди.

Пусть читатель не записывает меня в “теолухи”,я просто размышляю и никого за собой не веду. У кого есть терпение и интерес могут прочесть небольшую выдержку из книги Германа Гессе “Сиддхарта”

- Да, - ответил Сиддхартха, - у меня бывали свои мысли, от времени до времени даже являлись откровения. Иногда - в течении часа или целого дня я чувствовал в себе знание, точь-в-точь как ты чувствуешь жизнь в своем сердце. Разные это были мысли, но мне трудно было бы передать их тебе. Вот, к примеру, одна из мыслей, принадлежащих мне лично: мудрость непередаваема. Мудрость, которую мудрец пытается передать другому, всегда смахивает на глупость.
- Ты шутишь? - спросил Говинда, - Я не шучу. Я говорю то, в чем убедился на деле: передать можно другому знание, но не мудрость. Последнюю можно найти, проводить в жизнь, ею можно руководиться; но передать ее словами, научить ей другого - нельзя. Еще когда я был юношей, у меня временами мелькала эта мысль: она-то и заставила меня уйти от учителей. А вот еще одна мысль, которую ты, Говинда, примешь снова за шутку или за глупость, но которую я считаю лучшей из своих мыслей. Она гласит: по поводу каждой истины можно сказать нечто совершенно противоположное ей, и оно будет одинаково верно.
Дело, видишь ли, в том, что истину можно высказать, облечь в слова лишь тогда, когда она односторонняя. Односторонним является все, что мыслится умом и высказывается словами - все односторонне, все половинчато, во всем не хватает целостности, единства. Когда возвышенный Гаутама говорил в своих проповедях о мире, то должен был делить его на Сансару и Нирвану, на призрачность и правду, на страдание и искупление. Иначе и нельзя. Нет иного способа для того, кто хочет поучать других. Но сам мир, все сущее вокруг нас и в нас самих, никогда не бывает односторонним.

А вот наконец и мое учение, над которым ты, наверное, будешь смеяться: Любовь, о, Говинда, по-моему важнее всего на свете. Познать мир, объяснить его, презирать его - все это я предоставляю великим мыслителям. Для меня же важно только одно - научиться любить мир, не презирать его, не ненавидеть его и себя, а смотреть на него, на себя и на все существа с любовью, с восторгом и уважением.
- Это я понимаю, - сказал Говинда. - Но именно это Возвышенный признал заблуждением. Он предписывает доброжелательность, терпимость, кротость, снисходительность, но не любовь. Он запретил нам отдавать наше сердце любви к земному.
- Знаю, - сказал Сиддхартха, и улыбка засияла на его лице. - Я знаю это, Говинда. Вот мы и забрели с тобой в дебри мнений, в спор из-за слов. Не могу отрицать, мои слова о любви как будто находятся в противоречии со словами Гаутамы. Оттого я и не доверяю словам. Но это противоречие только кажущееся. Я знаю, что я совершенно согласен с Гаутамой. Возможно ли, чтобы не знал любви тот, кто познав всю бренность и ничтожность человеческого бытия, тем не менее настолько любил людей, что посвятил долгую, тяжелую жизнь исключительно тому, чтобы помочь им, просветить их. И в нем, в твоем великом учителе, дело мне милее слов, его жизнь и дела важнее его речей, движение его руки важнее его мнений. Не в словах и мыслях вижу я его величие, а в делах и в жизни.

Продолжение от автора:

Созидательная энергия Бога поддерживает жизнь огромного многообразия форм от минералов до человека,живущих по закону рождения,развития и угасания,но только человек имеет возможность эволюционировать как душа и стать единым с Богом.

Изгнав душу из Рая,Бог поставил её на путь эволюции,после чего из жизни в жизнь в телах человеческих она проходит разнообразный опыт взаимоотношений с другими людьми,имеющими разную степень зрелости,культуры,таланта и в различных социальных условиях.

Личность человека,а точнее эго,которое возникает в раннем детстве,в виде части сознания души пытается жить за счёт других,подталкиваемое инстинктами тела и этим лишает себя любви.Близкие не идут в расчёт,их любовь является привязанностью и зависимостью одного тела от другого.

Человек,отождествляясь с телом и умом,чувствует себя отделённым, во враждебном окружении и пытается обезопасить себя и своих близких накоплением материальных ценностей.Прикрываясь красивыми словами,он по сути,как и животные,стремится размножится на возможно большей территории,подчинить себе других и получать удовольствие для тела и ума в ущерб отношениям с другими.Это мы видим и на уровне государств.

Однако,если не жизнь,то старость и смерть, в конце концов,отнимают всё.Какой бы властью над людьми не был бы наделён человек,душа его продолжает стремится
к Богу,а ум мотающийся между противоположностями приносит страдания.Главное из них, это отсутствие искренней любви в отношениях.

Душа стремится познать всё,что не является любовью,которая есть её родная стихия,используя тело и ум.В мире относительности и противоположностей нет другого способа познать любовь.Для души,которую мы не ощущаем,как своё истинное
"я",тело являтся тем же,чем для личности человека является автомобиль.Ценная вещь,но износился - покупаем новый и в путь.

Наконец,накопив достаточно любви,человек,в одной из жизней теряет эго и его сознание соединяется с сознанием души и он переживает на опыте,а не по книгам,что он душа,которая никогда не рождалась и никогда не умрёт.

С этого момента невоможно не заметить любовь этого человека к существованию.Не он сам объявляет себя просветлённым или старцем,рассказывая всем,как к нему спустился ангел небесный и произвёл его в старцы,а люди,которые начинают тянуться к нему, как намагниченные.
На этом заканчивается путь души на планете Земля,но не эволюция,которая продолжается до тех пор пока душа не вернётся домой к Богу.

Ефим Блувштейн


ОДИН ПУТЬ. Поэтому на него можно встать через веру и знание.
 
Галактический Ковчег » ___Мастерские Ковчега » Сотворение Дворцов, Храмов... » Безусловная и романтическая любовь (миниатюры, рассказы)
Страница 9 из 9«12789
Поиск:

Открыты Читальные Залы Библиотеки
Традиции Галактического Ковчега тут!
Хостинг от uCoz

В  главный зал Библиотеки Ковчега